В поисках истины: кто устроил кровопролитие в Вильнюсе в 91-м?
Перед лицом суда
Из последних ярких событий процесса – оглашены показания первого главы правительства постсоветской Литвы Казимиры Прунскене. Экс-премьер прямо утверждает, что в 1991 г. президент Советского Союза Михаил Горбачёв ничего не знал о военном вмешательстве и, по сути дела, ничего не решал. «Я сказала ему, что у нас есть информация о том, что в Литву введены части МВД СССР. Что власти Литвы официально об этом не проинформированы, и есть опасения, что против нас может быть применено насилие. Я попросила Горбачёва всё выяснить» – так К. Прунскене описала состоявшуюся у неё в январе 1991 г. встречу с первым и последним президентом Советского Союза. По утверждению Прунскене, М. Горбачёв ответил, что он не в курсе происходящего и посоветовал ей обратиться в Министерство обороны. Из чего, по её словам, можно было сделать ясный вывод – президент СССР сам ничего не решал и более не принимал на себя ответственность как глава государства.
Характерно, что Горбачев в числе обвиняемых у Вильнюса не числится. А проходят в качестве таковых задержанные на территории Литвы граждане России Геннадий Иванов и Юрий Мель. Еще 63 нынешних гражданина РФ, Белоруссии и Украины (в их числе бывший глава Минобороны СССР Дмитрий Язов) могут быть осуждены заочно.
Особенно драматичной оказалась история Меля, которого арестовали по приказу литовских властей 12 марта 2014 г. Проживавший в Калининградской области полковник в отставке Мель неоднократно ездил в Литву за дешёвыми лекарствами (он страдает диабетом), и одна из таких поездок оказалась для него фатальной. Ю. Мелю, кстати, выпал жребий заслонить от беды немалое количество людей, спасти их от той незавидной судьбы, которая выпала ему самому. Арест отставного полковника послужил для них весомым предостережением и заставил озаботиться элементарными мерами безопасности. Кстати, в августе позапрошлого года в Милане по запросу литовских властей задержали предпринимателя из Санкт-Петербурга бывшего десантника Василия Котлярова – по тем же обвинениям, что и Меля. Но в данном случае руки у Вильнюса оказались коротковаты: Котлярова (к слову, отрицавшего, что в январе 1991-го он вообще был в Литве!) итальянцы в итоге выдавать не стали...
В Литве пострадавшими в данном деле числятся почти пятьсот человек, свидетелей – около тысячи. Крайне характерно, что президент Даля Грибаускайте, комментируя начало судилища, заранее заявила, что всех виновных, мол, обязательно «настигнет возмездие». Учитывая, что в Литве законодательно запрещено оспаривать официальную версию событий у вильнюсской телебашни, а инакомыслящие подвергаются уголовным преследованиям, слова Грибаускайте означают, что приговор обвиняемым по «делу 13 января» уже вынесен.
Но сами подсудимые своей вины не признают ни по одному из пунктов. «Приказа на убийство людей не получал, наоборот, нас постоянно и при любой возможности на всех уровнях предупреждали, чтобы мы действовали осторожно, чтобы ни в коем случае гражданские не пострадали. Экипаж танка, в котором я находился, никого не задавил и никого не убил. По приказу командира полка было произведено два холостых артиллерийских выстрела из танковой пушки с углом максимального возвышения. Такое не является и не являлось чем-то необычным, часто использовалось, используется и будет ещё долго использоваться для имитации выстрела. Пиротехнические средства не являются ни звуковым, ни световым и ни каким-либо другим видом оружия», – заявил Ю. Мель.
Российский ответ
В конце минувшего марта крайнее негодование правящих кругов Литовской республики вызвало заявление официального представителя Министерства иностранных дел РФ Марии Захаровой об организации в России слушаний по вильнюсскому судилищу – на них оказались приглашены в том числе и непосредственные участники вильнюсских событий. «У российской общественности вызывает справедливое возмущение политически мотивированное уголовное преследование в Литве по сфабрикованным обвинениям граждан РФ, участников тех событий. Для сомнений в беспристрастности этого процесса есть серьёзные основания. Вспомним хотя бы заявление тогдашнего руководителя Департамента обороны Литвы Аудрюса Буткявичюса, что жертвы январских событий «изначально планировались». О том, что «свои стреляли в своих» говорил и известный литовский правозащитник Альгирдас Палецкис», напомнила М. Захарова. «Имеются и другие свидетельства, опровергающие причастность советских военнослужащих к гибели людей в январе 1991 г. в Вильнюсе. Так, по данным прокуратуры СССР, по горячим следам расследовавшей (несмотря на активное противодействие литовских властей) произошедшее у вильнюсской телебашни, большинство потерпевших в действительности погибли не от советских военных, которые сами серьёзно пострадали в ту трагическую ночь. Выстрелом в спину был убит лейтенант Виктор Викторович Шатских, к расследованию обстоятельств гибели которого сейчас решено вернуться. Полагаем, что слушания смогут пролить свет на дополнительные факты, указывающие на истинных виновников трагедии 13 января 1991 года», – заключила официальный представитель МИД России.
Первый раунд таких слушаний состоялся в Общественной палате в начале апреля. На него собрались люди, имевшие прямое отношение к вильнюсским событиям четвертьвековой давности. Так, бывший командир группы спецназа КГБ СССР «Альфы» Герой Советского Союза Геннадий Зайцев заявил: «Наши сотрудники в данном случае оружия не применяли, использовали свето-звуковые гранаты». А вот что отметил уполномоченный МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов: «Ответа на многие вопросы не получено до сих пор. Нет ясности в обстоятельствах гибели советского военнослужащего Виктора Шатских. Следственный комитет, кстати, решил вернуться к расследованию обстоятельств его гибели».
По словам К. Долгова, если Литва требует от России возмездия за гибель четырнадцати своих сограждан, то и РФ вправе потребовать ответа на вопрос: кто убил лейтенанта «Альфы» Шатских и нанес увечья еще 78 военнослужащим и дружинникам (как следует из записки в Верховный Совет Генерального прокурора СССР Николая Трубина)? «Это не просто дело против Меля – это площадка для межгосударственного торга, в котором судьба человека является разменной монетой. От имени России должно быть назначено официальное юридическое сопровождение, чтобы судьи, которые рассматривают дело, понимали, что это не частный случай. Генпрокуратура и следственные органы могли бы проснуться и пораньше», – сказал вице-президент Международного союза адвокатов Сергей Бородин.
Подытожил заместитель секретаря Общественной палаты Сергей Орджоникидзе: «Доказательной базы у прокуратуры Литвы нет ни по одному из затрагиваемых вопросов. В основе лежат чисто политические мотивы, откровенная неприязнь к России, стремление показать, что Литва является самым верным союзником США и готова ради любой глупости производить очередные глупости… Это унижение и оскорбление для нашей страны, и нам нужно на это реагировать. Создать комитет или орган, который бы занимался данным вопросом, и разработать план действий. За идеями для этого плана далеко ходить не надо. Почему бы, например, не составить по аналогии со «списком Савченко», который Литва сейчас активно пропагандирует, «список Меля»? Это для начала. А потом можно было бы посмотреть шире и задуматься о "списке Шатских"».
Экзамен для литовского правосудия
Наверняка будут рассмотрены в ОП и доводы, которые обнародовал бывший второй секретарь ЦК Компартии Литвы, председатель Гражданского комитета Литовской ССР, депутат Верховного Совета Литвы Владислав Швед. По его мнению, в тот роковой день в Вильнюсе действовали националистические боевики, в задачу которых входило намеренно спровоцировать кровопролитие. «В Литве господствует убеждение, что в январе 1991 г. у телебашни советские военнослужащие в упор расстреливали митингующих. Между тем, согласно данным литовской судмедэкспертизы, установлено, что жертвами огнестрельных ранений у телебашни стали лишь девять человек. Это при том, что у телебашни, по утверждению литовских прокуроров, находилось свыше двухсот советских военнослужащих, вооруженных автоматами. Сошлюсь на приговор Вильнюсского окружного суда от 23.08.1999 г. по уголовному делу № 09-2-91 (делу литовских коммунистов). Там на стр. 110 находится справка литовских криминалистов, установивших, что траектории смертельных стреляных ранений в телах январских жертв были направлены сверху вниз под углом 40-60 градусов. В том же приговоре на стр. 117 и 122 сообщалось, что пули, обнаруженные в телах погибших у телебашни, были идентифицированы как пули от охотничьих ружей, пули малого калибра и пуля образца 1908 г. от винтовки Мосина 1891/1930 г. Помимо этого в материалах того же дела № 09-2-91 (т. 298, л. д. 64-66) фигурирует документально зафиксированный сотрудниками Департамента государственной безопасности Литвы (ДГБ) радиоперехват переговоров советских военнослужащих. Вот цитата из этого документа: «…Я Гурзуф-74, приём. Не понял, повторите, Гурзуф-74, работаю внутри здания, работаю внутри здания. Из соседнего белого здания, с пятого этажа, в меня стреляют, я держусь… Нас обстреляли со стороны города, приём. Вы поняли, приём, Паркет, огонь одиночными выстрелами. Приём – одиночными, приём 38-ой, да, люди укрыт…» – напоминает В. Швед.
Так или иначе, остается надеяться, что правда когда-нибудь выйдет наружу. «По сути, этот процесс является экзаменом для страны, проверкой на приверженность европейским ценностям и ценностям истинной демократии», – обоснованно заявил Юрий Мель на суде. Но выдержит ли Литва этот экзамен?
