Последний рубеж 29 й армии: десант, который дал шанс на прорыв
К середине февраля 1942 года 29-я армия оказалась в положении, которое в штабных документах описывают сухо, а в реальности оно означало одно: люди в кольце, на исходе силы, боеприпасы и продовольствие, а вокруг — плотные порядки противника. Штаб, командование, специальные части и подразделения были отрезаны от основных сил. Командующий войсками Калининского фронта Иван Конев отдал приказ: выходить из окружения, нанося удар навстречу 39-й армии. Но удар требовал ресурсов, которых у измотанных непрерывными боями частей уже почти не оставалось. Тогда и было принято решение, которое по степени риска граничило с отчаянием: выбросить в район, удерживаемый окруженными, парашютно-десантный батальон.
Задачу получил батальон 204-й воздушно-десантной бригады под командованием старшего лейтенанта Белоцерковского — около пятисот парашютистов. Десантирование шло с аэродрома Люберцы на площадку в районе Мончалово и Окороково. Для обозначения места приземления установили сигнал: костры, образующие треугольник и четырехугольник. Зажечь их должны были по распоряжению штаба армии примерно в центре удерживаемого района. Младшие командиры получили схему района десантирования, личному составу сообщили названия населенных пунктов и характерные ориентиры.
Выброска проводилась одиночными самолетами двумя рейсами в ночь на 17 февраля. И здесь план столкнулся с реальностью, которую штабные карты не учитывают. Отыскать ограниченный район по примитивным сигналам оказалось настолько сложно, что часть экипажей вернулась на аэродром с парашютистами на борту. Внизу полыхали костры и пожары — свои и чужие, самой причудливой конфигурации. Найти в этом хаосе огней нужный треугольник было почти невозможно. В результате на землю не попали около ста человек.
Полет к району десантирования шел на высоте 1000–1200 метров, но за пять-десять километров до площадки самолеты снижались до 300–400 метров и выбрасывали парашютистов практически на точку приземления. Район, который удерживали окруженные части, составлял восемь километров с запада на восток и до семи километров с севера на юг. Даже намеченный центр приземления находился под артиллерийским огнем противника.
В момент выброски десанта шли бои за село Окороково. Группа вражеских автоматчиков просачивалась в глубину обороны частей 29-й армии, северо-восточнее Окороково прорвалась рота пехоты с несколькими танками. В таких условиях точная выброска была не единственной проблемой. Собраться после приземления, отыскать грузы и тяжелое вооружение, сброшенное в парашютно-десантных мягких мешках, оказалось исключительно сложно. Десантники вступали в бой с противником мелкими группами сразу после приземления — на поиск грузов времени не оставалось. Лишь с рассветом, уже в ходе боя, удалось подобрать несколько мешков с боеприпасами и минометами.
Но именно здесь проявилось то, что не измеряется в сводках потерь. Командир десанта Белоцерковский отыскал палатку командования армии — и, надо сказать прямо, командование в тот момент было почти деморализовано создавшейся обстановкой. Он доложил о задаче десанта и решительно потребовал отдать необходимые распоряжения, чтобы идти на прорыв. Свои запасы боеприпасов и продовольствия он разделил с солдатами и офицерами, изнуренными многодневными тяжелыми боями в окружении.
Упорство и героизм десантников воодушевили окруженных, подняли их боевой дух и создали полную уверенность в том, что кольцо будет прорвано. В 23 часа 17 февраля части 29-й армии начали прорыв. А в ночь на 22 февраля 1942 года из окружения вышла последняя группа десантников, прикрывавшая выход частей армии. Почти все участники этой операции были представлены к государственным наградам.
Этот эпизод — не просто страница истории Воздушно-десантных войск. К лету и осени 1941 года десантники уже накопили опыт, который в штабах учились использовать: стойкость в обороне, внезапные контратаки, ближний бой с танками, отражение атак крупных сил пехоты, налеты на вражеские объекты, скрытное передвижение, уничтожение противника из засад. Осенью 1941 года Ставка Верховного Главнокомандования принимает меры по дальнейшему укреплению ВДВ. Приказом народного комиссара обороны от 4 сентября Управление Воздушно-десантных войск преобразовывается в управление командующего ВДВ.
Воздушно-десантные корпуса выводятся из состава действующих фронтов и передаются в непосредственное подчинение командующему ВДВ. Только с разрешения Ставки они могли быть использованы для высадки в тыл противника или ведения боевых действий в составе армий и фронтов. Начинается формирование пяти новых воздушно-десантных корпусов и пяти маневренных воздушно-десантных бригад — завершилось оно в первой половине 1942 года. Для обеспечения парашютной подготовки при корпусах формируются авиаэскадрильи, при манёвренных бригадах — авиаотряды. Первым командующим Воздушно-десантными войсками был назначен генерал-майор Глазунов, начальником штаба — генерал-майор авиации Ионов. С июня 1943 года по август 1944 года ВДВ командовал генерал-майор Капитохин.
История батальона Белоцерковского — это история о том, как пятьсот человек, брошенных в почти безнадежную операцию, сумели сделать то, чего не смогли сделать сводные данные о численности и вооружении. Они не просто высадились. Они нашли в себе силы потребовать от командования решительных действий, поделиться последним и повести за собой тех, кто уже почти потерял веру. Прорыв 29-й армии начался в 23 часа 17 февраля. Последняя группа десантников вышла из окружения в ночь на 22 февраля. Между этими датами — пять суток, которые вместили в себя и отчаяние, и ярость боя, и то самое упорство, которое в итоге оказалось сильнее обстоятельств.
