Как советский майор давил японцев в Маньчжурии
Даже во время войны, наверное, было редким случаем, когда человек, не имеющий полного среднего, ни, тем более, специального военного образования, командовал укрупненным сводным механизированным полком. Такое продвижение по службе мог получить только человек с незаурядными способностями и редчайшей храбростью. Таков был майор Григорий Лазаревич Злобин.
Танки в окружении
В августе 1945 года его механизированный полк воевал на сопках Маньчжурии. Перед майором Злобиным была поставлена задача: как можно скорее догнать наступающие к городу Хобей танковые колонны. Танки без пехоты могли понести большие потери. Японцы занимали вершины высот и оттуда сбрасывались подобно каменному обвалу. На всем пути наших воинов поджидали смертники. Они прятались за камнями или таились в высокой траве, как ужи. В маскировочной одежде, обвешанные взрывчаткой в особых поясах со специальными взрывателями, они были незаметны и с пронзительным гортанным криком бросались под танки и, подрывая их, погибали сами.
Радиосвязь с танковыми колоннами прервалась. Значит, они уже далеко за пределами досягаемости полковых радиостанций. Но майор Злобин знал, где они должны быть, и после подавления Волынского укрепрайона он приказал всему полку срочно погрузиться на машины и устремиться вдогонку танковой колонны полковника Величко.
А танкисты в это время уже сокрушали гарнизон города Хобей и на полной ходу продвигались к городу Мулин. Открыв смертоносный огонь изо всех пушек, огнестрельного оружия, они ворвались в Мулин, протаранили оборону и выбросились на западный берег реки Мулинхэ. И тут на пути выросли доты. Дорога вперед была закрыта, танки развернулись, и выяснилось, что и назад пути закрыты. Японцы приготовили западню. Отряд попал в критическое положение. Танки заняли круговую оборону, били по дотам, по пушкам, расположенным на высотах, по наступающим, словно нашествие термитников, японским солдатам.
И в это время на склоне горы, на дороге, ведущей к реке, показались «виллисы». Их было 115, за ними шли 85 тяжелых «студебеккеров» с пушками. На выручку к танкам спешил моторизованный полк майора Злобина. Радиосвязь с полковником Величко была установлена. Поле боя Злобину было видно как на ладони. Он заметил, как к мосту через Мулинхэ стремительно несутся маленькие серые фигурки и туда же на бешеной скорости мчится машина.
— Срочно уничтожьте машину, идущую к мосту! — передал он полковнику Величко.
Танкисты дали залп. Один снаряд угодил в цель, и японская машина со взрывчаткой с оглушительным грохотом взлетела в воздух. На полном ходу полк Злобина проскочил через мост и развернулся в боевые порядки, обходя самураев справа и слева. Тяжкий огонь обрушился на японцёв. Теперь они сами оказались в мешке. Шум боя сотрясал горы. Японцы в панике метались из стороны в сторону, оглашали воздух дикими воплями, бросались в широкие воды реки Мулинхэ, тонули в ее мутных стремительных волнах.
Когда был закончен бой, танкисты вышли из своих бронированных машин навстречу мотопехоте. Полковник Величко подошел к майору Злобину, растроганно сказал «спасибо» и обнял его, как отец обнимает сына. Бойцы оглядывали свои боевые машины. На танках и «виллисах» свежо алела кровь тех, кто был ранен и, сорвавшись, остался на поле сражения. Специальные отряды уже искали их, чтобы оставшимся в живых оказать помощь, а тех, кто погиб, похоронить с воинскими почестями вдали от Родины.
Продвижение войск в глубь Маньчжурии
Войска 6-й армии устремились Муданьцзяну. Двигаясь вдоль шоссейной и железных дорог, полк Злобина прорвал оборону противника, пробил в ней «коридор» шириной до семи километров и за один день продвинулся на расстояние более тридцати километров.
Токийское радио на всю Японию и оккупированные ею территории трубило о том, что японская армия и флот по приказу императора повсеместно переходят к активным боевым действиям. Перед Муданьцзяном заслон был особенно крепок. Японцы спешно подтягивали силы, закладывали минные поля, выдвигали в тыл советских войск диверсионные отряды, подняли на вершины сопок артиллерию прямой наводки. Другой дороги к городу не было, и генерал Крылов приказал: «Прорвать!»
И вновь на острие атаки выдвинулся полк Злобина. Трое суток шли ожесточенные бои. Пушки развернулись, и орудия открыли огонь прямой наводкой. Шла артиллерийская дуэль, и здесь все зависело от воинского мастерства солдат-артиллеристов и четкости взаимодействия всех родов войск. Эскадрильи советских самолетов летели одна за другой на Муданьцзян, бомбили батареи японцев, расположенные на сопках. Тем временем бойцы Злобина поднимались к ним с флангов. На войска стал падать пепел горящего города. Нещадно палило солнце. Воздух был влажен, дышать трудно. Толстый слой пыли и пепла лежал на машинах, обволакивал бойцов, которые с трудом узнавали друг друга. Пыль душила, лица солдат осунулись, на разгоряченных телах твердым брезентом шуршали гимнастерки. Казалось, вся Маньчжурия превратилась в один паровой котел, разгоряченная земля не остывала даже ночью.
И все же бойцы Злобина поднялись на сопки, преодолели сопротивление врага. Судьба Муданьцзяна была предрешена.
Героизм солдат
Японцы отходили к центральным улицам, поджигая склады, взрывая здания. Уличные бои велись за каждый дом. Японцы с отчаянием обреченных кидались в контратаки. Во время одной из таких контратак солдат 233-го полка П. Рогов попал в критическое положение: оказался окруженным полуротой японцев и блокированным в одном из домов. Солдат не растерялся. Меняя позиции, он расстреливал японцев из, своего автомата то из одного, то из другого окна, а когда они приближались вплотную, забрасывал их гранатами. Когда на выручку П. Рогова подоспели остальные бойцы полка, то вокруг дома, где он укрылся, насчитывалось более двадцати солдат и офицеров противника.
Злобинцы сражались храбро, умело, мастерски били врага из всех видов оружия. Орудийный расчет сержанта Н. Панина из истребительно-противотанковой батареи полка Злобина еще на подступах к городу уничтожил вражеский дот прямым попаданием в его амбразуру, а во время боев в городе подбил два танка.
В городе Муданьцзян были разгромлены четыре пехотные дивизии и значительное количество частей армейского и фронтового подчинения японцев. Противник, деморализованный стремительным продвижением наших войск, уже не мог оправиться. 5-я армия стремительно шла навстречу войскам Забайкальского фронта. Над японской армией нависла угроза окружения в северо- восточной части Маньчжурии, что вынудило ее поспешно отступить в глубь китайской территории и к Корее.
17 августа армия Крылова подошла к озеру Циньбоху. Их взору предстали тысячи китайцев, они ели непонятную черную субстанцию, оказалось, эта масса называлась «съедобная глина». Сама смерть кружилась над этими полуживыми, похожими на пещерных людей, существами, а в долинах колосились чудесные поля, возделанные их мозолистыми руками, но принадлежащие до сих пор японцам.
Советские солдаты, проезжая мимо бесконечных толп, стоящих по всей линии дорог, бросали им хлеб, сахар, а китайцы сутками стояли на этих дорогах, ожидая их. Они поили их чистой водой.
Еще старые люди говорили, что судьба Японии может быть решена на сопках Маньчжурии, что ей не удастся уйти от справедливого возмездия. Так оно и произошло, 2 сентября Японская армия капитулировала.
