Как Советский Союз первым в мире научил ракеты стартовать из-под воды
История разработки и испытаний первого отечественного баллистического ракетного комплекса морского базирования Д-1
В истории отечественного подводного ракетоносного флота есть две знаменательные даты – 10 и 16 сентября – первого запуска баллистической ракеты с борта подводной лодки и первого подводного старта. 16 сентября 1955 года впервые в СССР из ракетной шахты подлодки Б-67 стартовала ракета морского базирования Р-11ФМ. А через пять лет, 10 сентября 1960 года, та же подлодка осуществила подводный запуск точно такой же ракеты.
От торпеды до ракеты
Первая советская баллистическая ракета морского базирования Р-11ФМ стала в каком-то смысле наследницей первой торпеды с ядерным боезарядом. Когда рассматривался вопрос о том, как обеспечить заданную для морской ракеты дальность полета в 250 километров, возникло предложение оснастить ее головную часть облегченным ядерным зарядом РДС-9. Такой же ставился на торпеды Т-5 – первые в СССР ядерные морские боеприпасы, в качестве носителя которых создавалась атомная подводная лодка К-3 «Ленинский комсомол». Однако в конце концов решено было использовать в морской ракете тот же первый советский серийный спецбоеприпас РДС-4, что и на ее сухопутном прототипе Р-11.
Сама история ракеты Р-11ФМ, где «Ф» означает «флотская», а «М» – модернизированная, то есть оснащенная ядерной боеголовкой, начинается в январе 1954 года. Отправной точкой стало принятое 26 января постановление «О проведении проектно-экспериментальных работ по вооружению подводных лодок баллистическими ракетами дальнего действия и разработке на базе этих работ технического проекта большой подводной лодки». То есть советские руководители с самого начала понимали, что приспособить имеющиеся лодки для запуска баллистических ракет не получится, а значит, нужно создавать именно комплекс «ракета – лодка». Кстати, подобные комплексы в Советском Союзе создавались еще не раз.
Разработка такого морского комплекса преследовала две задачи. Разработчикам предстояло доказать на практике, что запуск баллистической ракеты (тогда еще не межконтинентальной, о таких расстояниях не шло и речи) с подводного носителя возможен, что это не бред и не выдумка. Чтобы добиться решения этой задачи, нужно было спроектировать и построить такую подводную лодку, чтобы потом, когда все получится, начать серийную постройку ракетоносных лодок (вариант неудачи исключался, пусть и за счет временного фактора).
Тем же постановлением определялась и ракета, которой предстояло стать первой в СССР баллистической ракетой морского базирования. На эту роль назначили Р-11, разработанную в ОКБ Сергея Королева. Выбор был очевиден: это была единственная на тот момент ракета в Советском Союзе, которая могла храниться в заправленном и готовом к пуску состоянии достаточно долгое время. Но «одиннадцатую», первый успешный пуск которой состоялся 28 апреля 1953 года, еще предстояло приспособить к эксплуатации в сложных условиях тесной подводной лодки.
Поскольку Р-11ФМ представляла собой лишь вариант ракеты Р-11, работы над которой шли уже не первый год, в свой первый полет она отправилась уже в сентябре 1954 года. Это было лишь начало годовой серии испытательных пусков первой советской морской ракеты. Чтобы выяснить, как стартующая ракета воздействует на механизмы и оборудование подлодки, на полигоне Капустин Яр построили неподвижный стенд, с которого и производились первые запуски. Следующим шагом стали пуски со специального качающегося стенда СМ-49, разработанного в ленинградском ЦКБ-16 (сегодняшнего морского бюро машиностроения «Малахит» – главного проектировщика подводных лодок). Установленная на нем шахтная пусковая установка имела все системы управления предстартовой подготовки и старта и позволяла запускать ракету при имитации бортовой и килевой качки корабля. Любопытно, что основой для создания стенда послужил механизм стабилизации положения башенной артиллерийской установки тяжелого крейсера типа «Сталинград».
Морской старт
Пуски с качающегося стенда проводились в мае-июле 1955 года, и в это же время на судостроительном заводе в Молотовске (нынешнем Северодвинске) достраивалась первая советская ракетная подводная лодка. На эту роль назначили одну из больших торпедных подлодок проекта 611, получившую индекс Б-67. От других лодок того же проекта она отличалась характерным ограждением рубки – более высоким и длинным. Именно здесь, позади рубки, а не в корпусе, как это привычно сегодня, и размещались две шахтные пусковые установки баллистических ракет морского базирования Р-11ФМ. И сам старт проходил тоже совсем иначе: ракета поднималась из шахты, занимала вертикальную позицию на стартовом столе поверх ограждения рубки, и только после этого запускались двигатели.
Судостроительный завод №402 (нынешний «Севмаш») принял лодку для достройки летом 1954 года. На то, чтобы превратить торпедную подлодку в ракетную, ушел год с лишним. Только 11 сентября 1955 года на Б-67 подняли советский военно-морской флаг, и она официально вступила в состав ВМФ. А уже через четыре дня, в ночь на 15 сентября на лодку в обстановке строжайшей секретности погрузили две баллистические ракеты Р-11ФМ. Делалось это под присмотром самого Сергея Королева. Он не просто приехал на Северный флот, чтобы проследить за судьбой своего детища. Главный ракетчик СССР намеревался выйти в море и присутствовать при первом в мире пуске ракеты с подводной лодки. Ему хотелось почувствовать, как ведет себя лодка в море, как она погружается и всплывает, в каких условиях живет экипаж – все для того, чтобы в будущем учесть эти детали при проектировании ракет морского базирования.
«Для первых морских испытаний было подготовлено семь ракет, – писал позднее в своих мемуарах «Ракеты и люди» академик Борис Черток, числившийся наряду с Сергеем Королевым одним из двух главных конструкторов Р-11ФМ. – Испытательная и пусковая стартовые системы в морском исполнении «Сатурн-М» и «Доломит» были совместно с нами и НИИ-885 разработаны морскими институтами МНИИ-1 и НИИ-10. Для контроля за полетом на берегу были установлены телеметрические приемные станции. Наблюдение и связь осуществлялись специальным кораблем. Первый пуск ракеты Р-11 ФМ с подводной лодки был произведен в Белом море 16 сентября 1955 года. Королев вместе с Исаниным (главный конструктор ЦКБ-16 Николай Исанин. – Прим. авт.) лично руководили этими испытаниями. Семь пусков в Белом море прошли успешно. При этом были пущены три ракеты после длительного хранения. Пуски проводились в условиях недвижимой и подвижной лодки при скорости до 10 узлов и волнении до 2-3 баллов».
За этими сухими строчками – напряжение и колоссальная работа, которую проделали тысячи людей по всему СССР. Например, боевой ракетный расчет Б-67: 12 человек во главе с командиром подлодки капитаном второго ранга Федором Козловым отправились в командировку на полигон Капустин Яр еще осенью 1954 года. Зато из семи пусков Р-11ФМ с первой в СССР ракетной лодки только один оказался аварийным, и не сумевшую взлететь ракету пришлось сбросить с лодки в море (ее потом, кстати, так и не нашли в толстом слое густого ила). Это, к слову, позволило отработать технику аварийного сброса ракет: конструкторы не исключали повторения подобных ситуаций на серийных подлодках.
Удар из-под воды
Успешные испытания показали: Советский Союз получил уникальное новое оружие. Теперь требовалось доработать его так, чтобы ракеты можно было пускать не только в надводном, но и в подводном положении. Ведь главное оружие субмарины – ее скрытность, а о какой скрытности может идти речь, если для пуска ракет подлодке придется всплывать?!
Чтобы отработать все детали подводного старта, специалистам ЦКБ-16 пришлось создавать новый испытательный стенд – погружаемый. Работа над ним началась в январе 1956-го, в декабре со стенда осуществили первый в мире пуск ракеты из-под воды, а затем начали отработку пусков в движении. Для этого пришлось построить специальную подводную лодку, у которой пусковые шахты ракеты располагались… снаружи! Сделали это так: по обоим бортам к торпедной подлодке С-229 (проекта 613) прикрепили две ракетные шахты, а аппаратуру управления пуском разместили в самой лодке. Такая конструкция позволила опробовать пуски в подводном положении с глубины 15-20 метров на скорости 3-4 узла (6-9 км/ч). Запускались не настоящие ракеты, а их масс-габаритные макеты: главной задачей было понять, можно ли вообще заставить ракету стартовать из-под воды. Оказалось, – можно!
Теперь предстояло запустить настоящую ракету с настоящей подводной лодки. И снова на эту роль выбрали Б-67, которую доработали с учетом результатов испытаний на С-229, «научив» принимать в стартовые шахты воду и уже в таком положении запускать ракеты. Первый пуск, проведенный в августе 1959 года, закончился неудачей, а мог бы закончиться и катастрофой, так как после подачи команды на старт ракета осталась в шахте и взлетела, только когда лодка всплыла и открыла шахтную крышку. По счастливой случайности не пострадал никто ни на самой Б-67, ни на корабле наблюдения «Аэронавт», ни на земле. Вторая попытка, предпринятая 14 августа 1960 года, тоже оказалась неудачной: во время затопления шахты расстыковался один из разъемов ракеты, и запустить ее не удалось. И лишь 10 сентября ракета С-4.7 (экспериментальная модификация Р-11ФМ) благополучно стартовала с борта подводной лодки, которая шла на глубине 30 метров со скоростью 3,2 узла. Командовал субмариной в этот исторический момент капитан третьего ранга Вадим Коробов – бывший старпом Б-67.
Морской баллистический ракетный комплекс на основе ракеты Р-11ФМ получил в итоге индекс Д-1 и стоял на вооружении советского ВМФ вплоть до 1967 года. Им были вооружены в общей сложности девять подлодок: Б-67 и еще пять лодок того же проекта, а также три субмарины проекта 629 (остальные 20 лодок этого проекта получили уже более новый комплекс Д-2 на основе ракеты Р-13). И надо сказать, служил комплекс Д-1 весьма успешно. За всю его историю было произведено более 80 пусков, из которых свыше 60 были признаны успешными – очень неплохой результат!
