Современные отечественные неатомные подводные лодки

Безусловным брендом современного отечественного кораблестроения являются неатомные ПЛ (НАПЛ) проекта 877 «Варшавянка» и его развитие — 636. Созданный в 70х годах прошлого века проект востребован до сих пор. По ряду причин (о них ниже) планировавшаяся его замена на новый проект 677 («Амур») пока не состоялась, и есть большой смысл воздать должное достойному проекту и его создателям, но и оценить сильные и слабые стороны, возможности современных отечественных НАПЛ.

НАПЛ проекта 877 планировалась ВМФ СССР к массовой серийной постройке (более 80 единиц) и поставкам на экспорт. В связи с этим, наряду с высокими требования по боевым качествам новой НАПЛ, предъявлялись и требованию по упрощению постройки и эксплуатации ПЛ. Это в значительной мере сформировало облик 877 проекта, и с его достоинствами, и недостатками.

В начале-середине 70-х годов в ВМФ СССР на первое место по приоритетности задач НАПЛ выходила борьба с ПЛ противника, в первую очередь для обеспечения развертывания атомных ПЛ и прикрытию районов патрулирования ПЛАРБ. По этой причине в 877 проекту предъявлялись жесткие требования по обеспечению очень низкого уровня физических полей (причем в ряде случаев с использованием уже освоенного оборудования и средств предшествующего поколения, затруднявших выполнение этих требований).

Данная задача была блестяще решена разработчиком — ЦКБ «Рубин» и Главным конструктором 877 проекта Ю.Н. Кормилицыным. Другое решение, во многом определило облик всего проекта, — использование ГАК МГК-400 «Рубикон» с крупногабаритной носовой антенной шумопеленгования. Можно сказать что НАПЛ проектировалась «вокруг» ГАК и его основной антенны. Для аналогового комплекса «Рубикон» имел высокий потенциал обнаружения, был выполнен на очень хорошем для начала 70х годов техническом уровне, и обеспечивал в 80х годах значительное упреждение в обнаружении ПЛ «оппонентов» нашей НАПЛ проекта 877. Однако была и «оборотная сторона медали». Следует отметить, что наряду с ГАК «Рубикон» в конце 60х годов проводилась разработка и других ГАК, в т.ч. имевших развитые бортовые антенны обнаружения. Однако для серийного производства был выбран именно «Рубикон», разрабатывавшийся как унифицированный ГАК для НАПЛ и атомных ПЛ ряда проектов (670М, 667БДР, 675М, и др.).

С позиции сегодняшнего дня такая унификация была ошибкой. Главной причиной отказа от применения развитых бортовых антенн для большинства отечественных атомных ПЛ стал высокий уровень помех, — проблема которую удалось в значительной степени разрешить только на 3 поколении атомных ПЛ.

Поэтому главным направлением развития антенн ГАК ПЛ у нас стала реализация максимально крупной носовой антенны шумопеленгования (имевшей наименьший уровень помех), в связи с этим бортовые и буксируемые антенны (игравшую очень важную роль на западных ПЛ) у нас практически не применялись.







Большие габариты антенны ГАК «Рубикон» в значительной мере определили размеры и водоизмещение НАПЛ проекта 877. При этом водоизмещение новой НАПЛ оказывалось близкой к ПЛ проекта 641, имевшей значительно больший боекомплект и количество торпедных аппаратов (ТА). Их уменьшение должны были компенсировать устройство быстрого заряжания ТА и комплекс телеуправления торпедами, а повысить успешность торпедных атак установка малогабаритного БИУС МВУ-110 «Узел». В состав боекомплекта включались телеуправляемые электрические противолодочные торпеды ТЭСТ-71М, кислородные противокорабельные 53-65К, с обеспечением приема всех предшествующих типов торпед (кроме перекисных) — 53-56В, СЭТ-53М, СЭТ-65, САЭТ-60М, мин и многоцелевых самоходных приборов гидроакустического противодействия (ГПД) МГ-74 калибра 53см. Планировалось перспективная торпеда УСЭТ-80 с механическим вводом данных и теле управлением.

Для постановки средств ГПД — приборов ГПД МГ-34 и ГИП-1, использовались два устройства ВИПС.

877 проект имел «стандартный комплект» средств связи, РЛС, радио и радиотехнической разведки. Однако необоснованной представляется «экономия» — отказ от установки системы спутниковой навигации. Действуя в различных районах Мирового океана, в целом ряде случаев наши НАПЛ имели значительные ошибки определения места, причем не столько из-за ошибок штурманов, сколько по объективным причинам невозможности точного определения места имевшимися средствами в реальных условиях. Проблема существовала и значительно влияла на эффективность действий сил ВМФ как в удаленных, так и некоторых «ближних» районах моря.

Кроме того одним из серьезных недостатков средств связи и управления НАПЛ ВМФ СССР было отсутствие штатных средств передачи информации с глубины в КВ диапазоне. Применяемые с ВИПС буи МРБ имели только УКВ диапазон и ограниченную дальность связи.

При оценке боевых возможностей НАПЛ проекта 877, на момент создания, необходимо отметить:

Очень малая шумность и большой потенциал аналогового ГАК «Рубикон» обеспечивали упреждение в обнаружении ПЛ «вероятного противника» в большинстве тактических ситуаций.

Большим недостатком ГАК «Рубикон» было отсутствие бортовых антенн (и возможности выработки дистанции до целей в пассивном режиме без выполнения специального маневрирования) и отсутствие гибкой протяженной антенны (ГПБА). Последнее, вероятно, связано с большими габаритами устройства постановки выборки (УПВ) таких антенн, затруднявших их применение на НАПЛ. Пойти на решение реализованное на многих западных НАПЛ — постоянное крепление ГПБА «клипсой» перед выходом в море (т.е. без УПВ) у ВМФ смелости не хватило. При этом наличие ГБПА является крайне важными именно для НАПЛ (дизель-электрических ПЛ), особенно для обеспечения безопасности НАПЛ при зарядке аккумуляторов, когда из-за высоких уровней помех эффективность обычных ГАС резко снижается.

Отличная ГАС миноискания (ГАС МИ) МГ-519 «Арфа-М» не только обеспечивала качественное решение этой задачи, но и являлась значительным подспорьем в обеспечении навигационной безопасности плавания, увеличивая возможности НАПЛ проекта 877 в бою с ПЛ или надводными кораблями (НК) противника (за счет уверенной классификации средств ГПД, возможности телеуправления по данным высокоточной и помехозащищенной ГАС МИ). При выполнении торпедных стрельб «Арфа» успешно «видела» даже торпеды.

Имея упреждение в обнаружении ПЛ противника (и соответственно — применении оружия) 877 проект имел в боекомплекте простые и надежные торпеды ТЭСТ-71М, возможности которых, однако значительно ограничивались устаревшей системой телеуправления (обеспечивавшей ТУ только одной торпеды в залпе, и управление ею только в горизонтальной плоскости).

«Противокорабельные возможности» НАПЛ определялись количеством ТА в которых находились автономные торпеды 53-65К, возможностями устройства быстрого заряжания по перезаряжанию ТА и ТТХ самой торпеды 53-65К. При этом необходимо подчеркнуть что высокая надежность и абсолютная устойчивость к средствам ГПД системы самонаведения (ССН) по кильватерному следу торпеды 53-65К одновременно ограничивали ее эффективные залповые дистанции (менее 9 км при полной дальности хода 19 км). Для значительного увеличения залповых дистанций была нужна система телеуправления, но инициатива разработчика торпеды о внедрении на нее системы телеуправления (в середине 80-х годов) интереса ВМФ не вызвала. В результате по «противокорабельному потенциалу» 877 проект заметно уступал предшествующим НАПЛ проекта 641 (имевшим большее количество ТА, и те же торпеды).

Средства защиты (противодействия) НАПЛ проекта 877 изначально были недостаточными, и это стало одним из наиболее серьезных недостатков проекта 877. Разработчик (ЦКБ «Рубин») на эту ситуацию в процессе проектировании повлиять не мог, — требования и номенклатура данных средств определялась ВМФ, а головной организацией по комплексам подводного оружия и противодействия являлся СКБМ «Малахит». Сюда же можно отнести отсутствие в боекомплекте ПЛ ВМФ СССР средств подавления радиолиний «радио-гидроакустический буй — самолет», не смотря на крайнюю опасность для ПЛ ВМФ от противолодочной авиации противника. Эффективность МГ-34М и ГИП-1 (принятых на вооружение в 1968г.) уже в 80х годах была мала. Самоходный прибор МГ-74 имел ряд недостатков, а главное требовал отказа от части боекомплекта (который и так уменьшился с 641 проекта). Однако мер по разрешению данной ситуации ВМФ не предпринималось, не смотря на целый ряд прекрасных раз- работок — как в промышленности, так и на флотах (один из примеров последних — бортовой комплекс ГПД разработанный и изготовленный в инициативном порядке и установленный на борту ПЛ С-37 Черноморского флота (командир капитан 2 ранга Проскурин). В ходе многочисленных учений С-37 получила прозвище «невидимка» и не была поражена ни единой торпедой (все были отведены бортовым комплексом ГПД).
Значительное водоизмещение НАПЛ проекта 877 существенно ограничивали возможность ее применения в мелководных районах, поэтому ВМФ СССР они применялись преимущественно в океанских районах и районах с большими глубинами.
Конструктивная простота и доступность НАПЛ проекта 877 обеспечивали быстрое и качественное освоение их экипажами, и полное раскрытие их возможностей в процессе применения.

В 1985 г. начались экспортные поставки НАПЛ проекта 877 для ВМС Индии (и ряда других стран). Представляет интерес сопоставление «прямых конкурентов» — нашей НАПЛ проекта 877ЭКМ, и НАПЛ немецкого проекта 209/1500 в ВМС Индии. «Варшавянка» продемонстрировала высокую скрытность и значительное упреждение в обнаружении «немки». В книге «Прыжок кита» (о создании БИУС «Узел») приводится свидетельство очевидца — представителя сервисной бригады С. В. Колон: «… был, свидетелем возвращения ПЛ Sindhugosh из похода, в котором про- исходил учебный встречный бой с ПЛ 209-го проекта, догадываюсь, что как раз для оценки их возможностей. Дело было в акватории Аравийского моря. Наш лейтенант, имеется в виду обслуживающий «Узел» индус, который был за пультом командира, после этого боя в радостном возбуждении, с блеском в глазах сказал мне: «Они нас даже не заметили, и были потоплены»



При сравнении комплексов оружия нашей НАПЛ и немецкой, необходимо отметить большие эффективные дистанции стрельбы «немки», — следствие существенно более совершенной системы телеуправления западных торпед, которые однако, при имевшихся средствах обнаружения и целеуказания в реальных условиях Аравийского моря не могли быть реализованы. При этом высокая надежность и простота оружия и самой ПЛ проекта 877ЭКМ обеспечили их быстрое освоение экипажами и применение на «максимуме возможностей».

Развитие проекта 877

В процессе строительства серии НАПЛ проекта 877 разработчиком производилась серьезная модернизация проекта, которая в «суммарном виде» вылилась в глубокую модернизацию 877 проекта — проект 636. Главными направлениями модернизации было:

дальнейшее повышение скрытности НАПЛ (за счет снижения уровней под- водного шума (УПШ), «коэффициента
нарушения скрытности» (отношения времени зарядки АБ к времени на- хождения в море), а в перспективе — внедрение литий-полимерных батарей увеличенной емкости);
совершенствование радиоэлектронных средств (РЭС);
совершенствование оружия и средств противодействия.

Стержнем модернизации РЭС стала глубокая модернизация ГАК «Рубикон», выполненная на очень качественном и современном техническом уровне. При этом ГАК МГК-400ЭМ представляет собой «базовые решения» обеспечивающие реализацию широкого диапазона ГАК ПЛ (от «минимального», «размерности ГАС МГ-10М» — МГК-400ЭМ-01 до «максимального» — ГАК «Ирбис» МГК-400ЭМ-03 атомной ПЛ «Чакра», и модификации МГК-400ЭМ для НАПЛ с ГПБА).


Однако необходимо отметить и недостатки, «унаследованные» от конструктива старого ГАК «Рубикон»:

ограниченный сектор работы подсистемы гидролокации;
отсутствие бортовых антенн (режима определения дальности в пассивном режиме);
необоснованное ограничение шкалы отличной модернизированной ГАС МИ «Арфа» (фактически она «видит» много дальше;
низкая точность подсистемы ОГС в диапазоне работы ССН торпед (определение только сектора — квадранта).

При этом необходимо еще раз подчеркнуть достойный технический уровень ГАК МГК-400ЭМ (в т.ч. подсистемы ГПБА), высоко оценённый инзаказчиками, при работе по малошумным целям в сложных условиях. Указанные выше недостатки могут и должны быть устранены в короткий срок в ходе модернизации ГАК, — с обеспечением резкого увеличения боевых возможностей ГАК и ПЛ.

Помимо ГАК в ходе модернизации 636 проекта были установлены современный радиолокационный комплекс (РЛК), новые средства радио- и радиотехнической разведки, связи и управления (БИУС «Лама»), перископный комплекс. Для модернизированных индийский НАПЛ проекта 877ЭКМ были внедрены РЭС индийского и западного производства (в т.ч. ГАК и ГПБА).

Ключевым элементом модернизации комплекса оружия проекта 636 стало внедрение комплекса ракетного оружия CLAB с КР 3М14Э и ПКР 3М54Э1. Лица создавшие CLAB, совершили практически подвиг — в тяжелейших условиях 90х годов сумев «пробить» проект че- рез массу бюрократических барьеров и реализовать его. С учетом проблем с торпедным оружием это практически спасло наше подводное кораблестроение в 90х-начале 2000х.



После распада СССР сложилась кризисная ситуация с выпуском торпед для экспортных НАПЛ проекта 877ЭКМ. Торпеда 53-65КЭ производилась Машиностроительным заводом им. Кирова г.Алма-Ата, Казахстан. Торпеда ТЭСТ- 71МЭ имела импортную (украинскую) батарею, а главное была чисто противолодочной. Попытка завода «Двигатель» создать на ее базе универсальную торпеду (с установкой ССН по кильватерному следу) оказалась малоуспешной ввиду явно недостаточных ТТХ. Поэтому для реализации китайского контракта была создана экспортная модификация торпеды УСЭТ-80 с механическим вводом данных — телеуправляемая торпеда УЭТТ. В дальнейшем УЭТТ стала ТЭ2 (локализованной версией для завода «Двигатель»). Параллельно производилась разработка телеуправляемой торпеды УГСТ с энергоустановкой на унитарном топливе, имевшей высокие ТТХ и совершенную ССН.




Однако состояние торпедного оружия является одной из главных проблем отечественных НАПЛ, в первую очередь из-за недостатков отечественной системы ТУ.

Как уже отмечалось выше, недостатки средств противодействия (МГ-74, МГ-34М, ГИП-1) являлись одним из самых серьезных недостатков проекта 877. В 2004г. на замену дрейфующего прибора МГ-34М ЗАО «Аквамарин» был разработан отличный, для того времени дрейфующий прибор противоторпедной защиты «Вист-Э».



В середине 2000х была проведена серьезная модернизация самоходного прибора МГ-74, — фактически разработка нового прибора МГ-74М, выполненного на современном уровне. Самоходный прибор МГ-74М был разработан в вариантах с механическим и электронным вводом данных.



Однако к этому времени некоторые инзаказчики стали ориентироваться на другие средства противодействия, в частности — комплекс C-303S фирмы WASS.



При оценке данных средств ГПД, как комплекса С-303S, так и «Вист-Э» необходимо отметить их ограниченную эффективность против новейших торпед.

Переход на сверхширокополосные ССН торпед резко снизил эффективность существовавших средств противодействия (включая системы типа С-303), поставив вопрос о принципиальной возможности эффективного противодействия таким ССН средствами ГПД.


Ответом стали активные средства противодействия (антиторпеды) и разработка нового поколения СГПД противоторпедной защиты (ПТЗ), основными чертами которого стали:

обеспечение массированного применения за минимальное время;
резкое повышение энергетического потенциала широкополосной помехи;
высокая чувствительность и адаптивность к помехо-сигнальной обстановке.

Реализация новых требований к СГПД средствами комплекса С-303S не может быть выполнена по причине малых массо-габаритных характеристик этих средств. Очевидно необходим переход на увеличенный калибр (ориентировочно 200-220мм) для увеличения энергетики приборов и реализации адаптивности к помехо-сигнальной обстановке.

На данный момент разработка таких СГПД не завершена ни в одной стране, сегодня в подводной войне «средства нападения» (ССН торпед) явно опережают «средства защиты» (СГПД ПТЗ). В этих условиях очень большую роль будут иметь антиторпеды.

НАПЛ проекта 677 (проект «Амур»).

Как уже было отмечено выше основным фактором оказавшим влияние на облик НАПЛ проекта 877 оказались размеры основной антенны ГАК «Рубикон». При этом в составе ВМФ СССР в большом количестве находились НАПЛ среднего водоизмещения проектов 613, и его развитие — исключительно удачного проекта 633. Проблемы отечественной гидроакустики СССР в 70х годах исключили создание эффективной НАПЛ среднего водоизмещения на замену 613 и 633 проектов, именно по отсутствию компактного ГАК с высоким поисковым потенциалом. Необходимый для этого научно-технический задел был получен только в конце 80х годов, а создание НАПЛ среднего водоизмещения проекта 677 («Амур») пришлось на наиболее сложные, для нашего ОПК и кораблестроения годы.

НАПЛ проекта 677 была впервые представлена на МВМС-2005, однако ее доводка затянулась на многие годы.

Описание всех перипетий 677 не является темой данной статьи (тем более что о многом будет возможность писать еще не скоро), однако, по мнению автора ключевой проблемой реализации этого проекта в 1990-х — 2000-х годах стала спешка и необоснованные надежды на «внедрение новых технологий проектирования» без их проверки и полной отработки в стендовых условиях. В результате все имевшиеся проблемы были «засунуты в прочный корпус», и решать их пришлось буквально через «узкое горлышко рубочного люка». Вероятно, если бы заказчик не торопил так со сроками (допустим, обоснованно сдвинул бы их в начале 2000-х на 3–4 года) НАПЛ проекта 677 в ВМФ уже ходили бы на боевую службу и поставлялись на экспорт.



Урок был жестокий, но выводы из него были сделаны. Сегодня, когда серийное строительство НАПЛ проекта 677 возобновлено, в обществе возникает вопрос — не по- вторят ли строящиеся «единички» этого проекта судьбу головной ПЛ? С уверенностью можно утверждать что этого не будет. Из прошлых ошибок не только были сделаны выводы, но разработаны, внедрены и реально работают мероприятия обеспечивающие успешную реализацию проекта. Пример чему — успешная реализация ЦКБ «Рубин» сложнейшего проекта по созданию морской стратегической системы «Булава».

С высокой вероятностью можно прогнозировать и успешную реализацию проекта по созданию перспективной анаэробной энергоустановки для НАПЛ.

Основные особенности НАПЛ проекта 677 («Амур»):

современный ГАК с высоким поисковым потенциалом и новые РЭС;
малошумная дизель-электрическая главная энергетическая установка с вентильным двигателем (с обеспечением установки анаэробной установки);
крайне низкий уровень шумности и новое противогидролокационное покрытие;
однокорпусная конструкция;
уменьшенное, по сравнению с НАПЛ
проекта 636 водоизмещение, облегчающее действия в районах с малыми глубинами.

Модельный ряд экспортной модификации 677 — «Амур» предусматривает ряд модификации, в т.ч. крайне индексный и перспективный проект «Амур-950» с установкой вертикального пуска (УВП) на 10 КР (ПКР), — обеспечивающей нанесение мощного одновременного ракетного удара.




Сегодня сложно предполагать сколько «Амуров» будет построено, и будет ли повторен успех 877-636 проекта с более чем полусотней ПЛ. Однако то что проект 677 («Амур») будет успешно реализован — сомнений нет.



Главным вопросом здесь является целесообразность строительства «классических НАПЛ» (дизель-электрических) с учетом широкого распространения в мире НАПЛ с анаэробными установками и развития средств противолодочной обороны (ПЛО). При рассмотрении этой проблемы наиболее важны три вопроса.

Первый. Использование анаэробной установки действительно обеспечивает резкое повышение скрытности НАПЛ в первую очередь по критерию «коэффициента нарушения скрытности»), однако обеспечивает только малые хода НАПЛ и резко повышает стоимость и сложность эксплуатации НАПЛ, значительно снижают ее автономность.

Важно — несколько вариантов такой ГЭУ для отечественных НАПЛ уже «на подходе».

Второй. Появление современных литий-полимерных аккумуляторов резко повышает подводную автономность дизель-электрических ПЛ, являясь при этом гораздо более экономичным решением чем анаэробная ГЭУ.

Третий. Общее состояние проблемы противостояния «ПЛ против самолета». Резкое повышение возможностей противолодочной авиации по обнаружению малошумных целей в последние десятилетия крайне остро поставили вопрос выживаемости ПЛ в условиях ее противодействия. Причем само по себе наличие у НАПЛ анаэробной установки ее безопасность не обеспечивает, например при залпе ПКР с борта ПЛ. Демаскировка НАПЛ залпом ПКР (КР) при нахождении в районе противолодочной авиации с современными средствами поиска ставит любую НАПЛ на грань уничтожения. Фактически сложилась ситуация когда боевая устойчивость НАПЛ в таких условиях не может быть обеспечена исключительно за счет ее скрытности, необходим комплексный подход, в т.ч. активные средства противодействия авиации (ЗРК ПЛ), низкочастотные средства ГПД, обеспечивающие подавление работы РГАБ в «подводной полусфере» и средства постановки помех линиям связи «буй-самолет» в «надводной».

Необходимо подчеркнуть, что сегодня таких средств (с требуемым уровнем эффективности) нет ни у одной зарубежной НАПЛ. Эффективность ЗРК ПЛ типа IDAS (ФРГ) и A3SM (Франция), заведомо недостаточна, и она не может обеспечить эффективной защиты НАПЛ. Не вдаваясь в подробности, необходимо отметить что в России есть необходимый задел и научно-технический потенциал для создания таких средств НАПЛ, с высоким (необходимым) уровнем эффективности.

Важно отметить что наличие эффективного ЗРК НАПЛ является, вероятно, более эффективным и простым решением для НАПЛ чем анаэробная установка (при условии использования литий-полимерных АБ), но и обеспечивает возможность эффективного «включение» НАПЛ в «оперативно-тактическую сеть» межвидовой группировки действующей на ТВД, повышая и ее эффективность, и эффективность и боевую устойчивость самой НАПЛ (за счет резкого улучшения ситуационной осведомленности и возможности оперативной связи с командованием). Это безусловно ставит дополнительные (но реальные!) требования к бортовым средства связи и управления боем на борту НАПЛ.

636 «плюс» и «Амур плюс»

Не смотря на то что и сегодня проекты 636 и «Амур» достойно выглядят на фоне своих конкурентов, очевидно необходимо их развитие и модернизация в направлении:

реализации комплекса оружия как высокоточного комплекса торпедного оружия (ВКТО) аналогично западным НАПЛ;
включение в боекомплект такого высокоэффективного средства ПЛО как противолодочных ракет (ПЛР);
реализации эффективного комплекса самообороны и противодействия, включающего в себя антиторпеды, современные средства ГПД (противоторпедной защиты и подавления ГАС и РГАБ) с забортными много-ствольными пусковыми установками калибра 210мм, средства РЭБ радиолиний «буй-самолет»;
создание эффективного ЗРК НАПЛ;
внедрение литий-полимерных АБ и анаэробных энергоустановок;
улучшение скрытности НАПЛ, особенно против гидролокационных средств (отказ от «прямого» «бликующего» ограждения выдвижных устройств, применение на 636 проекте современных противогидролокационных покрытий);
развитие средств связи и управления обеспечивающие эффективно реализацию концепции ВКТО и «включение» НАПЛ в сетецентрическую систему связи и управления на ТВД.

Представляет интерес вопрос целесообразности развития проекта 636 после развертывания серийного строительства НАПЛ проекта 677 («Амур»).


Считаю что решать этот вопрос должен в первую очередь (ин)заказчик. Несмотря на более новый срок разработки «Амура» и меньшее водоизмещение, 636 проект до сих пор имеет значительные перспективы развития:

большое количество НАПЛ проекта 877ЭКМ и 636 в ВМС иностранных государств (и ВМФ РФ) ставит задачу по их модернизации (вплоть до создания перспективной версии 636 проекта, с использование новых комплексов и систем (в т.ч. и с НАПЛ проекта «Амур»));
двухкорпусная конструкция обеспечивает прием усиленного запаса топлива (в ЦГБ) и существенное увеличение дальности плавания, при этом НАПЛ большого водоизмещения с большим радиусом и сроком патрулирования представляют собой весьма значительный сегмент рынка НАПЛ;
внедрение многоствольных забортных пусковых установок резко повышает боевые возможности НАПЛ, а проект 636 имеет для этого значительные объемы легкого корпуса и надстройки.

С точки зрения повышения боевых качеств НАПЛ очевидно необходимо:

Проведение комплексной модернизации торпедного оружия НАПЛ, ГАК и БИУС для обеспечения максимальной эффективности применения торпед на большие дистанции (внедрение шлангового оптоволоконного телеуправления, плавного изменения режима хода (и ряд других решений), введение в ГАК бортовых антенн с реализацией пассивного определения дистанции по целям и обеспечения согласованной обработки информации различных антенн ГАК ПЛ и переданной с борта торпед). Данная модернизация должна быть проведена не только в отношении новых образцов, но и старых, в первую очередь торпеды ТЭСТ-71МЭ, в значительном количестве находящихся в боекомплектах НАПЛ проекта 877ЭКМ.
Введение в боекомплект НАПЛ ПЛР, как средств обеспечивающего поражение ПЛ противника в кратчайшее время. Это требует и расширения возможностей подсистемы гидролокации ГАК.
Оснащение НАПЛ новыми средствами противодействия (ЗРК, ГПД, РЭБ «буй-самолет», антиторпедами.

На вопросе применения антиторпед необходимо остановиться особо. Россия имеет значительный приоритет в создании активных средств противоторпедной защиты, и сегодня антиторпеда комплекса «Пакет-Э/НК» обеспечивает набольшую вероятность поражения атакующей торпеды среди своих конкурентов. Внедрение антиторпед (АТ) комплекса «Пакет-Э/НК» на НАПЛ проектов 636 и «Амур» резко повышает эффективность их противоторпедной защиты и экспортный потенциал.


[center]Антиторпеда (АТ) комплекса «Пакет-Э/НК»
Источник: http://arsenal-otechestva.ru/
[/center]
При этом необходимо понимать что установка антиторпед требует применения и специальных высокоточных средств целеуказания. Применение штатной ГАС ЦУ комплекса «Пакет-Э/НК» нецелесообразно из-за ограниченного сектора обзора. для обеспечения эффективного применения АТ и борта НАПЛ необходима специальная ГАК ЦУ с максимально «сферической» зоной обзора, аналогичной ГАС со сферической антенной разработанной ОАО «Океанприбор» в рамках темы «Эхо-поиск».



Оснащение НАПЛ проекта 636 и «Амур» антиторпедами резко повышает их экспортную привлекательность, а проведение комплексной модернизации — многократное повышение боевого потенциала и обеспечение соответствия перспективным требования к НАПЛ с обеспечением превосходства над зарубежными НАПЛ.