Говоря о тех, кто создал важнейшие предпосылки для Великой Победы, 80-летие которой мы будет отмечать уже через несколько месяцев, нельзя не вспомнить о народных ополченцах – людях, уходивших на фронт, несмотря на всякого рода формальные препятствия: возраст, состояние здоровья, наличие брони от мобилизации и т.п.
Это была важнейшая гражданская инициатива, позволившая с началом Великой Отечественной войны значительно увеличить численность действующей армии.
Уже 22 июня 1941 г. в военные комиссариаты, парткомы, комитеты ВЛКСМ промышленных предприятий, вузов, учреждений и организаций Ленинграда и Москвы начали поступать заявления горожан, не подлежавших мобилизации или имевших право на отсрочку с просьбой отправить их на фронт. 26 июня в ЦК ВКП(б) состоялось первое обсуждение вопроса о создании народного ополчения. Военный совет Московского военного округа принял постановление о порядке формирования дивизий народного ополчения. А 4 июля ГКО СССР вынес постановление «О добровольной мобилизации трудящихся Москвы и Московской области в дивизии народного ополчения».
Это постановление стало руководством к действию для органов власти всех регионов страны. Формированию народного ополчения была придана необходимая организованность и целенаправленность. Непосредственную работу по формированию и обеспечению дивизий народного ополчения на местах возглавили чрезвычайные тройки, их председателями были первые секретари райкомов партии.
В первый день записи в ополчение во Фрунзенском районе москвичи подали свыше 4500 заявлений, в Ленинском – 3800, Таганском – 2700. На заводе им. С. Орджоникидзе в течение двух часов в ополчение записалось более 1 тыс. человек. За считаные дни Москва сформировала 15 дивизий народного ополчения (из них 12 уже к 7 июля 1941 г.) численностью около 165 тыс. человек.
В северной столице за короткий срок было сформировано 10 дивизий и 14 отдельных артиллерийско-пулеметных батальонов, в которых насчитывалось свыше 135 тыс. добровольцев.
Писатель Даниил Гранин, воевавший в числе ополченцев, так передает состояние души земляков-ленинградцев: «Ошеломленность и недоумение первых дней миновали. Возникало оскорбленное осознание нашей правоты...» Именно понимание этой правоты и было главным мотивом записи многих тысяч ленинградцев, в том числе самого Д.А. Гранина, в ряды ополченцев. Уже вскоре он был на передовой – недалеко от Пулковских высот. Большую ценность для понимания внутреннего состояния защитников Ленинграда имеет такое воспоминание писателя: «Мы не знали, удастся ли отстоять Ленинград, мы знали лишь, что мы придем в Германию».
Ополченцы – рабочие г. Куйбышева
Примеру ленинградцев и москвичей следовали по всей стране. В г. Горьком к 28 июля 1941 г. свыше 60 тыс. трудящихся подали заявления о зачислении их в отряды народного ополчения, из которых более 44 тыс. реализовали свое стремление.
Подробное представление о патриотическом порыве населения дает и «Информационная сводка Дагестанского обкома ВКП(б) об оборонно-массовых мероприятиях» от 4 августа 1941 г. «По неполным данным, – говорилось в документе, – по республике вступил в отряды народного ополчения 5621 человек, в том числе по г. Махачкале 2522 человека, по г. Дербенту 843 человека, г. Буйнакску 483 человека. Всем районам и городам разосланы инструкции и программы по организации и обучению отрядов народного ополчения, подобран командно-политический состав и регулярно проводятся занятия в отделениях, взводах, ротах, эскадронах. В городе Махачкале 20.VII. с. г. был проведен первый смотр отрядов народного ополчения, продемонстрировавший высокие патриотические чувства и готовность трудящихся к борьбе с врагом».
Энтузиазм, с которым в различных регионах страны создавались такого рода формирования, не имел прецедента. Например, в Красноярске, где требовалось отобрать 6 тыс. добровольцев, откликнулись 28 тыс. человек! И большинство из них – 26 тыс. человек – добились своего, их направили на фронт.
Размах патриотизма был беспрецедентным по всей стране. В народное ополчение записывались, что называется, от мала до велика: пожилой ученый и десятиклассник, чиновник НКИДа и имеющий право на броню рабочий оборонного предприятия. В ряды 6-й дивизии народного ополчения Москвы записались 163 сотрудника Народного комиссариата иностранных дел. Две роты в составе 8-й дивизии народного ополчения неофициально назывались «писательской», «научной», музыкальной», «актерской» – и ясно почему. В их составе ушли на фронт профессор-пианист Абрам Дьяков, музыканты квартета имени Бетховена, будущий драматург, а тогда актёр Московского театра Революции Виктор Розов. Скульптор Евгений Вучетич стал рядовым 13-й дивизии народного ополчения. Шинели надели писатели Василий Гроссман, Александр Бек, Юрий Либединский.
Командование дивизиями было доверено опытным командирам преимущественно из числа преподавателей военных академий. Только Военная академия им. М.В. Фрунзе выделила 36 преподавателей, а также значительное число слушателей. Командиром 1-й дивизии был назначен генерал-майор Н.Н. Пронин, начальником штаба – полковник Я.С. Воробьев, который к концу войны стал генерал-лейтенантом, Героем Советского Союза. Командиром 4-й дивизии был назначен генерал-майор А.Н. Сидельников. 8-ю дивизию возглавил комбриг Д.П. Скрипников, к слову, с времен Первой мировой войны полный Георгиевский кавалер, погибший через несколько месяцев в битве за Москву.
В середине июля Военсовет МВО обратился в Наркомат обороны с просьбой разрешить вывести дивизии народного ополчения на Можайскую линию обороны с тем, чтобы они приняли участие в строительстве и освоении оборонит. рубежа. Ополченские дивизии вошли в состав 32-й армии (2, 7, 8, 13 и 18-я дивизии), 33-й армии (1, 5, 9, 17 и 21-я дивизии), позднее в состав 24-й армии были включены 4-я и 6-я дивизии. По сути, они образовали две армии и часть третьей и располагались непосредственно за боевыми порядками Западного фронта.
Ополченские дивизии заняли оборону по линии оз. Селигер – Осташков – Ржев – Ельня – Спас-Деменск – Дорогобуж – Малоярославец. Доукомплектование и боевая подготовка ополченцев сочетались с работами по созданию Ржевско-Вяземского оборонительного рубежа. Здесь народные ополченцы и приняли первый, часто неравный бой… Свою клятву «стоять насмерть, не допустить врага к Москве и защитить Родину» они исполнили с честью.
Всего только в Российской Федерации в первые месяцы Великой Отечественной войны было сформировано из добровольцев, записавшихся в народное ополчение, 28 стрелковых и 8 кавалерийских дивизий, три стрелковых полка и 15 артиллерийско-пулеметных батальонов. Они насчитывали в своих рядах 360 тыс. человек.
