Нева наша! Русская армия берёт Ниеншанц и прорывается к морю

В ночь на 7 мая 1703 года русские солдаты на гребных лодках взяли на абордаж два шведских военных корабля. Эта атака, ставшая первой морской победой Петра I, вошла в историю как «виктория, никогда бываемая». Однако мало кто знает, что ей предшествовала почти бескровная капитуляция крепости Ниеншанц, которая открыла России выход к Балтийскому морю и предопределила основание Санкт-Петербурга.

Ключ к устью Невы: падение Ниеншанца

После взятия Нотебурга (переименованного в Шлиссельбург) в 1702 году, Петр I переключил внимание на Ниеншанц — шведскую крепость, контролировавшую устье Невы. Её комендант, полковник Аполлов, сжег предместья, готовясь к обороне. Гарнизон насчитывал 600–700 человек при 75 пушках, но укрепления крепости, в отличие от мощных стен Нотебурга, были слабыми, а внешние валы — недостроенными. К середине апреля 1703 года русская армия численностью около 20 тысяч человек сосредоточилась у Шлиссельбурга. 23 апреля фельдмаршал Шереметев двинул войска к Ниеншанцу. В ночь на 25 апреля передовой отряд полковника Нейтгарта скрытно сбил шведский пост, и несколько храбрецов даже ворвались на бастионы. Однако, не имея приказа на штурм, командир не развил успех — крепость могла быть взята с ходу.

Артиллерийский удар и капитуляция

26 апреля к армии прибыл лично Пётр I и провёл разведку. Русские войска, используя недостроенные шведские валы как прикрытие, оперативно возвели батареи. 30 апреля, после отказа гарнизона сдаться, русские пушки и мортиры открыли ураганный огонь. Шведская артиллерия отвечала вяло, не нанося осаждающим существенного урона. Опасаясь кровавого штурма, гарнизон начал переговоры. 1 мая 1703 года Ниеншанц капитулировал на почётных условиях: шведы ушли в Нарву с оружием и четырьмя пушками. Крепость переименовали в Шлотбург.

Взятие «Гедана» и «Астрильда»: первая морская виктория

Спустя неделю, 7 мая, в устье Невы вошли два шведских корабля — бот «Гедан» и шнява «Астрильд» из эскадры адмирала Нумерса. Не зная о падении крепости, они дали сигнальные выстрелы. Русские, захватив шведские коды, ответили условным сигналом, усыпив бдительность противника. Пётр I и Александр Меншиков лично возглавили атаку на 30 гребных лодках. Флотилия разделилась: одна часть блокировала выход в море, другая атаковала со стороны реки. Абордаж был стремительным и жестоким. Как писал сам царь в письме Апраксину, «неприятели пардон зело поздно закричали, того для солдат унять трудно было». Из экипажей двух кораблей в живых осталось лишь 13 человек. За эту победу Пётр I и Меншиков стали шестым и седьмым кавалерами ордена Святого Андрея Первозванного. Взятие Ниеншанца и захват шведских кораблей в устье Невы — это звенья одной цепи. Несмотря на слабость укреплений, падение крепости имело стратегическое значение: Россия получила контроль над всем течением Невы и пробила выход к Балтийскому морю. Именно здесь, а не в Шлиссельбурге, Петр I увидел место для будущей столицы. Уже 16 (27) мая 1703 года, через две недели после капитуляции Ниеншанца, на Заячьем острове была заложена Петропавловская крепость — начало Санкт-Петербурга. Первая морская победа стала не просто тактическим успехом, а символом рождения России как морской державы.