Боевые корабли. Зачем же так с идеалом, месье?

Да простят мне постоянные читатели рубрики, что вот так бесцеремонно от раскритикованных немецких легких корыт я перескакиваю почему-то к французским тяжелым крейсерам. Да, по идее, сейчас должны идти «Хипперы», но вот – «Альжери». И это неспроста. В самом конце будет ответ на вопрос, почему именно так. Но все справедливо.


Итак, после окончания Первой мировой войны Франция оказалась на вторых ролях, в региональных державах, задушенных Лондонским соглашением и Вашингтонским договором. Единственным соперником, с кем можно было пободаться за главенство на морях (точнее, в Средиземном море) была Италия.

Уже в то время стало ясно, что в акватории Средиземноморья о линкорах речь не идет совсем, эти кувалды будут применяться в самом крайнем случае, а вся работа как в мирное, так и в военное время ляжет на палубы крейсеров и эсминцев.

Крейсера… Ну, с ними и у французов, и у итальянцев было так себе. Итальянские «Тренто» и «Триест» были тем еще металлоломом, хотя то же самое можно было сказать и про «Дюкени» и «Сюффрены» французов.

Первыми ход сделали итальянцы, заложив «Зары». Это были не самые лучшие корабли, но они на голову превосходили все ранее сделанное.

Самое интересное, что, согласно Лондонскому соглашению, Франция и Италия могли иметь по 7 тяжелых крейсеров. И французы имели 6!!! А итальянцы заложили аж 4 новых «Зары», что явно во Франции никому не понравилось.

Даже если итальянцы не построили бы хорошие корабли (а они построили, хотя и с оговорками), четыре новых тяжелых крейсера – это серьезная заявка на превосходство. Ибо новый крейсер – он и в Средиземноморской луже новый крейсер.

Надо было не просто отвечать, а быстро и качественно. И, хочу сказать, у французов это не просто получилось. А получилось просто великолепно.


Вообще, проект нового крейсера изначально был весьма серьезен, особенно в плане бронирования. На фоне «картонных» «Сюффренов» корабль смотрелся этаким бронированным монстром из довоенных времен.

Вся вертикальная броня должна была выдерживать попадание снаряда калибром 155 мм с 15 км, а горизонтальная – с 20 км. Противоторпедной защите вменялась обязанность спасать корабль от попадания торпеды с боевой частью в 300 кг взрывчатки.

Ну и внешний вид тоже был весьма модерновым. Название было в честь 100-летия установления протектората Франции над Алжиром, которое пришлось как раз на год закладки.

«Алжир».


Заложен 19 марта 1931 года. Спущен на воду 21 мая 1932 года. Введен в строй 15 сентября 1934 года. Погиб в Тулоне 27 ноября 1942 года. Сдан на слом 21 декабря 1956 года.

Да, судьба более чем короткая, но не будем спешить, а рассмотрим просто и беспристрастно — как боевой корабль.

Водоизмещение:
— стандартное: 10 109 т;
— полное: 13 461 т.

Длина: 180/186,2 м.
Ширина: 20 м.
Осадка: 6,15 м (нормальная), 7,1 м (в полном грузу).

Бронирование.
— пояс: 110 мм;
— продольная переборка: 40 мм;
— траверзы: 70 мм;
— палуба: от 30 до 80 мм;
— башни: 100 мм (лоб), 70 мм (борт);
— барбеты: 70 мм;
— боевая рубка: 100 мм.

Двигатели. 4 ТЗА Rateau Bretagne, 84 000 л. с. Скорость хода 31 узел. Дальность плавания 8 700 морских миль на 15 узлах. Автономность плавания 30 суток.

Силовая установка показала себя как весьма надёжная и экономичная. Максимальная скорость на испытаниях составила 33,2 узла при мощности 95 700 л.с. Крейсер с чистым днищем мог пройти 8700 миль при скорости 15 узлов, 7000 миль при скорости 20 узлов и 4000 миль на 27 узлах при боевом запасе топлива 2142 т.

Экипаж 616 человек.

Вооружение.

Главный калибр: 4 × 2 — 203 мм
Зенитная артиллерия:
6 × 2 — 100-мм универсальные орудия;
4 × 1 — 37-мм зенитные автоматы;
4 × 4 — 13,2-мм пулемёты.
Минно-торпедное вооружение: 2 трехтрубных торпедных аппарата 550 мм.


Авиационная группа: 1 катапульта, 2 гидросамолёта Gourdou Leseurre GL-812HY.


В общем, очень сильный набор. Да, итальянцы ставили на свои тяжелые крейсера силовые установки под 100 000 л.с., но скорости это прибавляло, но не критично. Бронирование было намного лучше, чем у «Зары», универсальная артиллерия сильнее вдвое, главный калибр… С главным калибром вообще отдельная история. Учитывая, что проверить в бою во время войны не пришлось, говоря теоретически, я бы не поставил на итальянцев, которые всю войну отправляли свои 203-мм снаряды в сторону противника и не более того.

С началом войны «Алжир» успел пройти ряд модернизаций и улучшений, и, надо отметить, они все были по делу. Это нехарактерно для французского военного ведомства, которое просто погрязло в бардаке.

В начале 1940 года все одноствольные зенитные 37-мм автоматы заменили на спаренные установки такого же калибра. Стволов стало вдвое больше.



Дополнительно установили еще четыре пулемета «Браунинг» M1921 калибром 13,2 мм. Это «Браунинги» бельгийского производства концерна FN под французский патрон 13,2х99 от «Гочкиса».

В 1942 году установили еще четыре 13,2-мм «Браунинга». И главное – тогда же была установлена радиолокационная станция DEM с длиной волны 2 м.

Универсальный калибр был роскошен. 100-мм орудия М1930 были действительно на голову лучше итальянских аналогов, и появление этих пушек на французских кораблях – большая удача. Орудия могли стрелять как по надводным целям, так и по летающим. Зенитные фугасные снаряды летели на высоту до 10 км, полубронебойными стреляли по дальности до 15 км.

Реальная скорострельность составляла 6-7 выстрелов в минуту.

Главный калибр — 203-мм орудия образца 1931. Они не сильно отличались от орудий образца 1924 года, которыми вооружали тяжелые крейсера ранних построек, но это были весьма хорошие орудия.


Орудие имело три типа снарядов. Фугасный весом 123,8 кг, бронебойный весом 123,1 кг. Эти снаряды орудие могло отправить на дальность 31,4 км. И был еще усиленный бронебойный снаряд весом 134 кг, который летел на меньшее расстояние (30 км), но дел мог наделать нешуточных.

Все башни главного калибра несли собственные имена. Первая носовая – «Альже», в честь столицы, вторая носовая – «Оран», первая кормовая – «Кара Мустафа», вторая кормовая – «Константина».

На бумаге, в цифрах получился очень серьезный корабль. С хорошим ходом, хорошей бронезащитой, вооружением. Слабым местом однозначно была ПВО, но это было в начале войны характерно для многих флотов.

Боевое применение.


«Алжир» вошел в состав 1-й лёгкой дивизии, куда вообще свели почти все тяжелые крейсера французского флота.

Когда началась Вторая мировая война, «Алжир» включили в состав соединения «Х», которое охотилось (без особых успехов) на немецкие рейдеры в Атлантике. В 1940 году крейсер занимался конвоированием особо важных конвоев, перевез в Канаду часть золотого запаса Франции (почти 60 тонн золота).


К сожалению, корабль принял участие только в одном реальном боевом походе. Это произошло после того, как Италия объявила войну Франции. 14 июня 1940 года крейсер вел огонь по целям на берегу возле Генуи. А 22 июня Франция уже капитулировала, подписав Компьенское соглашение.

Как один из новейших кораблей, «Алжир» остался в составе флота Виши, который превратили во «Флот открытого моря». Единственный боевой поход корабль совершил в ноябре 1940 года, после чего боевая деятельность флота практически была прекращена.


Дальше была Тулонская трагедия. 11 ноября 1942 немецкие войска начали операцию «Антон» — оккупацию территории Виши. Одновременно началась реализация операции «Лила», согласно которой немцы решили прибрать к рукам французский флот.

Немецкие танки появились на окраине Тулона утром 27 ноября 1942 г. Почти весь французский флот находился в гавани. На прорыв в Касабланку ушло лишь несколько кораблей и подводных лодок, благо никто не задерживал и не пытался остановить. Остальные героически самозатопились на рейде Тулона.

«Алжиру» фактически не повезло, его команда слишком уж ответственно подошла к вопросу уничтожения корабля, подорвав его в нескольких местах, открыв кингстоны и устроив пожары. Крейсер сел на грунт в гавани и горел почти три недели, превратившись в груду голого обгорелого металла. Тушить его никто не бросился, и так получилось уничтожить крейсер.



Так как Тулон попал в зону итальянской оккупации, то соответствующие службы итальянского флота пытались что-то сделать с кораблем, но поднять не смогли. На том и бросили.


Останки корабля были подняты только в 1949 году, и к 1956 году от «Аджира» не осталось ничего.

В целом очень грустная история, потому что более слабые крейсера вполне успешно провоевали всю войну.

«Алжир» реально можно считать одним из лучших тяжелых крейсеров мира поствашингтонского периода. Он был очень хорошо сбалансирован. Приличная противоторпедная защита, хорошее бронирование, эффективная артиллерия главного калибра, отличные универсальные орудия в достаточном количестве для решения многих задач.


Некоторые эксперты считают, что в совокупности «Алжир» превосходил многие корабли своего времени, такие, как «Пенсакола», «Зара», «Адмирал Хиппер» и «Такао».

Честно говоря, в этом списке все справедливо, хотя «Такао», пожалуй, был сильнее. Он превосходил «Алжир» в скорости и дальности хода, что для французского крейсера, оперирующего в Средиземном море, было не критично, и японский корабль обладал более сильной ПВО. А у французского крейсера уже в начале войны была РЛС, которая значительно облегчала жизнь.

Если бы не излишнее рвение экипажа, который мог бы на крейсере, обладавшем приличной скоростью, просто уйти в Алжир или Марокко и там продолжить войну… Но вышло так, как вышло.


Наконец, почему «Алжир» пошел перед немецкими тяжелыми крейсерами типа «Адмирал Хиппер»? Все просто. Немцам после начала возрождения Кригсмарине нужны были тяжелые крейсера. Это нормально. Но проектов живых и готовых просто не имелось. А корабли нужны были Гитлеру вчера.

К счастью для Германии, были адмирал Канарис и его «Абвер», в котором было много грамотных разведчиков и флотских специалистов. Была проведена огромная работа по добыче информации закрытого характера и анализ этой информации.

И вот эта работа показала, что за образец для подражания надо брать именно «Алжир». Что немцы и сделали. Посмотрите, насколько общая идея корабля схожа. А между закладкой кораблей прошло ни много ни мало шесть лет.



Но «Адмирал Хиппер» и «Принц Ойген» провоевали всю Вторую мировую, а вот у их прототипа жизнь не сложилась. Так бывает. Поэтому мы отметим прекрасную работу французов по созданию тяжелого крейсера, который можно назвать если не идеальным, то близким к идеалу. Но основное внимание уделим немецким кораблям, жизнь которых была хоть и не длиннее, чем у героя нашего повествования, но изрядно содержательнее.