Узбекистан прикроет Россию с юга
Избрание президентом Мирзиёева откроет для Москвы новые возможности в Средней Азии
Транзит власти в Узбекистане после смерти Ислама Каримова завершен. На прошедших 4 декабря президентских выборах победу одержал и. о. главы государства Шавкат Мирзиёев. За него проголосовали 88,6% избирателей при явке 87,8%. Владимир Путин уже поздравил избранного президента и пригласил его в Москву. Эксперты не ожидают от нового лидера резких изменений политического курса, однако предвидят новые возможности для России в Средней Азии. В первую очередь в сфере безопасности.
При жизни Каримова Мирзиёев был его «правой рукой» — с 2003 года возглавлял кабинет министров. По Конституции в случае смерти президента власть переходит к главе Сената Узбекистана. Однако Нигматулла Юлдашев взял тогда самоотвод в пользу Мирзиёева. Старшая дочь Каримова — Гульнара была в опале у отца и содержалась под домашним арестом. Еще один претендент на власть — проамериканский вице-премьер Рустам Азимов. В период «междуцарствия» сообщалось о его аресте. Так или иначе, на переходный период была утверждена кандидатура Мирзиёева.
Известно, что бывший премьер является сторонником развития отношений с Россией и странами СНГ, при сохранении внеблокового статуса Узбекистана. По информации из дипломатических источников, он начал также налаживать отношения с соседями, довольно напряженные в период правления Каримова. Кроме того, выдвинутый Либерально-демократической партией Мирзиёев за короткий срок пребывания на посту врио объявил амнистию бизнесменам и предложил либерализовать валютный рынок.
В международном формате Мирзиёев успел провести несколько встреч. Одним из первых было общение с президентом России, который прибыл в Узбекистан проездом из Китая через несколько дней после похорон Каримова. Владимир Путин посетил его могилу в Самарканде и побеседовал с вероятным преемником. «Можете на нас рассчитывать в полном объеме, как на самых надежных друзей», — сказал тогда российский президент. «Для Узбекистана взаимоотношения с Россией были, есть и будут стратегическим партнерством, союзничеством», — ответил Мирзиёев.
Очевидно, в развитие этих принципиальных договоренностей в конце ноября в Москве между оборонными ведомствами России и Узбекистана был подписан двусторонний договор. «Документ позволит оперативно решать вопросы оснащения Вооруженных сил вашей страны и повышения их боеспособности», — подчеркнул Сергей Шойгу. Военно-техническое сотрудничество между двумя странами продолжалось весь постсоветский период, то затухая, то усиливаясь, однако сейчас из-за угрозы прихода боевиков ИГИЛ* в страны Центрально-Азиатского региона, оно становится особенно актуальным.
Ранее Ислам Каримов стремился «не складывать все яйца в одну корзину», и обновлял военную технику как российскими, так и западными, преимущественно американскими, образцами. Однако после похолодания отношений между Ташкентом и Вашингтоном в середине 2000-х, Россия получила определенное преимущество. Напомним, власти Узбекистана увидели связь между размещенной тогда в стране американской военной базой и мятежом в Андижане. Сейчас Москва может развить успех. Тем более, что военный бюджет Узбекистана постоянно растет и составляет сейчас 3,5% от ВВП. Это в два раза больше, чем, например, у Казахстана.
Говоря об изменениях, которые произойдут в отношениях России и Узбекистана, эксперт по Средней Азии Иван Ипполитов делает акцент на политике.
— России в Средней Азии интересна в первую очередь безопасность и стабильность, поскольку стратегически мы сильно уязвимы именно с южного направления. Узбекистан, как наиболее крупная и занимающая центральное положение страна, является своего рода «замковым камнем в арке». Прочность государственного строя там, общественное спокойствие очень важно для равновесия в регионе. Нам нужен дружественный Узбекистан и, скорее всего, так и будет. Мирзиёев продолжит политику Каримова, и, видимо, она будет даже чуть более лояльна к России, чем раньше.
— На чем основана такая уверенность?
— В последнее время было немало политических сигналов. Самым явным из них была публичная позиция Узбекистана в ООН, когда он занял солидарную с Москвой позицию во время голосования по проекту резолюции Украины «о правах человека в Крыму». Хотя еще в марте 2014 году было иначе. Были и прочие сигналы по прямой линии между первыми лицами.
— Можно ли ожидать от Ташкента партнерства в рамках военно-политических союзов: ЕАЭС, ОДКБ.
— Не дает ли России это дополнительный козырь? У нас регулярные отношения со всеми этими странами, а значит Москва могла бы стать координатором и даже арбитром этих процессов, усилив свое влияние на регион в целом.
— Конечно, более активная торговля и общая «позитивизация» отношений по всем вопросам между странами региона в целом выгодна России. Это наверняка откроет новые возможности. Ведь границы между государствами Средней Азии очень сложны и витиеваты. Есть масса приграничных нюансов. Например, возить грузы из южной части Киргизии — Баткенской, Ошской областей, в другие области страны было бы проще и короче через Узбекистан, по равнинной его части. Эта дорога работала до последнего ухудшения узбекско-киргизских отношений в 2010 году. То же касается железнодорожного сообщения Ташкента с густонаселенной Ферганской долиной через Таджикистан. Есть и другие примеры. Россия могла бы помочь снять такого рода проблемы в общих интересах.
— Как смена власти в Ташкенте может повлиять на положение и перспективы русской диаспоры Узбекистана?
— Принципиальные перемены вряд ли произойдут. Действительно, распад СССР поставил русских в Средней Азии в тяжелое положение. Они не только представляют собой национальное меньшинство, но и лишены клановой формы самоорганизации, присущей этому региону. Отъезд русских в Россию, ударил и по узбекскому обществу. Все-таки русские в основном были специалистами, которых направляли сюда при строительстве новых производств.
— Как сейчас могла бы вести себя Россия в отношении своих русских соотечественников? Поддерживать их в Узбекистане или наоборот — стимулировать переезд на большую родину?
— К сожалению, время, во многом, упущено. Принципиально изменить ситуацию вряд ли уже возможно. Поддерживать русских там, в Узбекистане, сложно. Гораздо разумнее предоставлять им российское гражданство в упрощенном порядке и помогать желающим с переездом. Что-то в этом направлении уже начали делать.
Наибольший потенциал Россия имеет в поддержке своего культурного влияния в Средней Азии. Не секрет, что в огромной степени это российское телерадиовещание и русский сегмент интернета. Сжатие русского культурного пространства в Узбекистане есть, но оно идет медленно. Если бы Россия хотела, она могла бы притормозить и даже повернуть вспять этот процесс. Для этого требуется производить и последовательно распространять качественный русскоязычный контент. Должен работать своеобразный «русский Голливуд». Следует напомнить общее историческое прошлое: военные и трудовые подвиги, историческую миссию России по модернизации Средней Азии. Строительство, транспорт, система образования, мелиорация, борьбы с эпидемиями — все это делала Россия.
Руководитель сектора Средней Азии РИСИ Дмитрий Александров напомнил, что политический курс нового президента Узбекистана определился еще в тот период, когда он был исполняющим обязанности Узбекистана.
— Мирзиёев продолжит придерживаться многовекторной политики Каримова, стараясь держать баланс между основными геополитическим и центрами: Россией, Китаем и США в первую очередь. Об этом, в частности, говорил в ООН министр иностранных дел Узбекистана. Ясно уже, что на территории Узбекистана вряд ли появятся иностранные военные базы. Но оживление в сфере военно-технического сотрудничестве с Россией будет. Оно уже началось. Тем более, будет общая борьба с терроризмом и экстремизмом со стороны соседнего Афганистана. В ОДКБ Ташкент может пойти, только если в Афганистане случится какой-то форс-мажор.
— Каковы горизонты экономического сотрудничества?
— Сотрудничество в рамках старых проектов советского времени, вроде авиазавода им. Чкалова (такая идея была в 2011 году), уже вряд ли возможно. Время упущено. Зато есть сотрудничество в энергетической отрасли — там работает «Лукойл». Есть связи по линии металлургии, горно-рудной отрасли. Многие, наверное, заметили, что в российских городах появилось много сельскохозяйственной продукции из Узбекистана. Поскольку это отчасти связано с санкциями, тенденция будет продолжена. Самым перспективным представляется сейчас военно-техническое сотрудничество. Ташкент нуждается в модернизации своей армии.
— Как будет развиваться ситуация с трудовой миграцией?
— Следует понимать, что для Узбекистана переводы трудовых мигрантов не настолько значимая для экономики вещь, как для Киргизии или Таджикистана. По некоторым оценкам, это не более 15% ВВП, в то время как у соседей доходит до 40%. На этот процесс влияют не столько политические, сколько экономические причины. Например, курс рубля к доллару. Если российская экономика начнет стабильно расти, то и число трудовых мигрантов увеличится. Однако, у мигрантов из Узбекистана есть сильные конкуренты: соседи из Киргизии, как правило лучше владеющие русским языком, и украинцы, поскольку у них продолжается социально-политический кризис. То есть, избрание Мирзиёева на рост или сокращение числа трудовых мигрантов мало способно повлиять.
* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) признано террористической организацией, деятельность которой в России официально запрещена решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года.
Сергей Аксенов
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС
