Не ту ракету назвали «Сатаной»

<
Фото: © Flickr/Lebatihem

Так ли страшна "Сатана", почему она до сих пор остаётся мощнейшей боевой ракетой мира и так ли нужна нам её смена.

Недавняя новость об очередном этапе испытаний "Сармата", идущего на смену "Сатане", вызывает ряд вопросов. Ракетный комплекс Р-36М и его варианты настолько сильно воздействуют на душевное спокойствие западных военных, что те ещё в советское время дали ему прозвище по имени хозяина адского пламени. Название отлично подходит, чтобы вселять панический ужас в налогоплательщиков, запугивая их "русской угрозой" и требуя всё новые деньги на ПРО. СМИ стран НАТО до сих пор регулярно поминают "апокалиптическое" название ракеты, принятой на вооружение 40 лет назад, сделав из неё настоящий бренд. Но так ли страшна "Сатана", как её малюют? И почему российские конструкторы лишь сегодня готовятся заменить ракету, созданную много десятилетий назад? Попробуем разобраться.

Смертельно опасное отставание

Фото: © Wikipedia.org

Разработка Р-36М ("Сатана" по классификации НАТО) началась в далёком 1969 году в довольно специфичных условиях — настолько специфичных, что нам сегодня их даже трудно представить. Если сегодня Россия несколько превосходит Штаты по числу ядерных боеголовок, то в конце 60-х мы имели их всего десяток тысяч, а за океаном было развёрнуто более 25 000. Цифры эти могут шокировать — ведь Советский Союз принято считать эдаким единым военным лагерем, слаженно работающим на обеспечение обороны. Однако на деле всё было чуть иначе — советская реакция в той или иной области вооружений следовала за американскими шагами в этой же области. Москва не рассматривала варианта ядерного нападения первой, поскольку считала его бессмысленным. Сомневались у нас и в готовности США идти на бессмысленный риск. Ситуация стала меняться лишь после разработки систем противоракетной обороны. В начале 1960-х годов в СССР были испытаны первые такие системы. Не имея конкретных данных о состоянии аналогичных разработок в США, советское руководство подозревало худшее — что там есть свои эффективные средства ПРО. Как позднее отмечал маршал Ахромеев, занимавший высшие посты в советской военной иерархии, трудно было поверить, что США готовы потратить миллиарды долларов на ПРО, не собираясь использовать её по назначению.

В условиях появления ПРО советское руководство резко озаботилось своим отставанием по числу ядерных боеприпасов. У нас о нём неплохо знали и опасались, что оно может побудить противника атаковать, заслонившись от более слабого советского ответного удара щитом ПРО.

К этому добавлялись и иные проблемы. Лидеры СССР подозревали, что американские ракеты точнее отечественных, имеют меньшее круговое вероятное отклонение. Вопреки распространённым мифам, ядерное оружие не творит чудес. Взорвавшись в нескольких сотнях метров от прочного сооружения, атомная БЧ часто не может его разрушить. Особенно важно это, если мы атакуем базы, где находится ядерное оружие. Низкая точность даёт противнику шанс сохранить ядерные боеголовки в данной точке и использовать их для дальнейших ударов по СССР. Перед ЦК вырисовывался печальный сценарий. Без угрозы гарантированного ответного ядерного удара по США там могли решиться на уничтожение СССР посредством атомной войны.

Многоголовый ответ

Всё это требовало от советских баллистических ракет какого-то прорыва, качественного скачка, который резко уравнял бы шансы менее мощной экономики СССР поддерживать паритет с более богатым ВПК Соединённых Штатов. Именно эти требования определили облик Р-36М. Ракета имела техническую возможность нести либо моноблочную БЧ до 25 мегатонн, либо разделяющуюся головную часть из восьми боевых блоков мощностью по одной мегатонне (позднее — 10 блоков меньшей мощности).В ходе последующих модификаций восемь боевых блоков были заменены на 10 по 400 килотонн. Хотя последний вариант выглядит более слабым, на самом деле он намного опаснее. Разрушения от ядерного удара очень быстро убывают с расстоянием, поэтому восемь более слабых мегатонных ударов уничтожают городскую застройку на значительно большей площади, чем один 25-мегатонный.

Фото: © Flickr/dmytrok

Создание многобоеголовочных головных частей резко меняло ситуацию в стратегическом ядерном сдерживании. Даже имея меньше носителей ядерного оружия, чем США, мы могли быстро оснастить их большим, чем у противника, числом боеголовок. Одна ракета с восемью боеголовками стоила намного меньше, чем восемь ракет с теми же восемью боеголовками. Такой ход позволял даже советскому ВПК оставаться вполне на уровне американского. Тем более что Штаты традиционно размещали многие свои ядерные заряды на самолётах. У них не могло быть разделяющихся головных частей индивидуального наведения. Если ракета разводит свои боеголовки фактически в космосе и может атаковать сразу много целей в разных точках, то бомбардировщик летит слишком низко, и его бомбу нет смысла делать "многоголовой".

Чтобы преодолеть ПРО, Р-36М получила принципиально новые ложные цели, отвлекающие противоракеты противника. Если на её "предке" Р-36 (принята на вооружение в 1967 году) ложные цели были обычными болванками, то Р-36М впервые в мире оснастили квазитяжёлыми ложными целями. Дело в том, что обычная ложная цель легко отличима от настоящей боеголовки на радаре. Ложная цель банально легче, поэтому сильнее тормозится в атмосфере и её сложно спутать с реальной. А если сделать и ложную тяжёлой, ракете просто не хватит грузоподъёмности для нормальной боевой нагрузки. В Р-36М в ложные цели вмонтировали компактный твёрдотопливный двигатель допразгона. По мере торможения ложной цели воздухом двигатель постепенно ускорял её так, чтобы точно сымитировать параметры реального боевого блока. Лишь в самом низу, в плотных слоях атмосферы топливо "разгонников" кончалось. Однако тогдашняя ПРО на низких участках была практически бессильна. Всё это означало, что борьба с Р-36М требовала в несколько раз больше противоракет и защитить от неё значительную часть Штатов было бы неприемлемо дорого. В середине 70-х ракеты были приняты на вооружение и фактически завершили собой формирование настоящего ядерного паритета между двумя сверхдержавами.

Как у США не получилось

На первый взгляд, не совсем ясно, почему вероятный противник не повторил Р-36М. Да, за океаном приняли на вооружение ракету "Минитмэн" с разделяющимися головными частями ещё в 1970 году — на несколько лет раньше "Сатаны". Это только в громких названиях СССР был агрессором, создавшим "адские" средства уничтожения. В реальной жизни Штаты начали ядерную гонку первыми и оставались в ней первыми до конца правления Брежнева. И всё же "Минитмэн" нёс всего три боевых блока, а не 10, как серийные Р-36М. Казалось бы, что стоило более богатой заокеанской стране вложиться в новые носители и ликвидировать разрыв с СССР?

Пуск ракеты LGM-30G Minuteman III Фото: © wikipedia.org

Помешало этому то, что американские ядерные силы выбрали принципиально другой путь создания мощных ракет — твёрдотопливный. Сухое топливо можно хранить в ракете без проблем годами. Более ранние ракеты на керосине и кислороде, типа "Фау-2", от которой ведут своё происхождение все боевые ракеты мира, были не так удобны. Жидкий кислород в ракете долго хранить не получится — их надо заправлять перед стартом. За время заправки может прилететь чужая ракета, "выстрелившая" первой, что неприемлемо. Поэтому-то в Штатах и выбрали в качестве топлива для ракет твёрдый вариант и с тех пор даже не пытались создавать жидкотопливные МБР.

Советские конструкторы на это идти не хотели. Жидкое топливо было энергетически эффективнее, то есть им можно было забрасывать больший вес — и больше боевых блоков. И у нас задумались, нельзя ли сохранить выгоды жидкого топлива, добавив к ним плюсы твёрдого? Так родилась советская схема ампулизированных баллистических ракет на жидком топливе. Вместо брауновских керосина и кислорода, до сих пордоминирующих в мирном космосе, их заправляли несимметричным диметилгидразином и тетраоксидом азота (окислитель). Они не так просто утекают из ракеты, как жидкий кислород, и в таком виде Р-36М можно хранить полностью заправленной десяток лет. При этом на приведение в боевую готовность ей нужна всего минута. Зато с учётом выбора правильного топлива "Сатана" имеет полезную нагрузку в 4,2% от своеймассы, а не 3,3%, как поздние "Минитмэны". Поэтому на твёрдотопливную ракету типа последней просто не взгромоздить по 10 боеголовок, да ещё и средства обмана ПРО, как у Р-36М. То есть взгромоздить можно, но вес и стоимость получившегося монстра будут заоблачными.

Что "Сармат" грядущий нам готовит

Недавние шаги США по созданию ПРО, обходящие договоры СНВ, показали: как бы совершенна ни была "Сатана", созданная в 1970-е, новые ПРО требуют создания новой жидкотопливной ракеты. Такой, которая делала бы любые попытки создания годной ПРО бессмысленной тратой времени и денег. Поэтому в плане боевых возможностей "Сармат" формально будет близнецом Р-36М, а точнее, её поздней модификацией. У него тоже будет десять боеголовок примерно по 0,75 мегатонны. Жидкостные ракетные двигатели обеих ступеней ракеты утоплены в баки, а топливные баки сделаны несущими с совмещёнными разделительными днищами. Все эти меры сильно экономят массу конструкции, и ожидается, что "Сармат" будет существенно легче предшественника. Кроме того, благодаря новой системе наведения круговое вероятное отклонение блоков обещают довести чуть ли не до 10 метров. Это значит, что такая ракета теоретически может наносить сильные удары даже без ядерных зарядов в сценарии "обычной" войны.

Основной упор при её проектировании делали на преодолении ПРО. Тут были предприняты шаги, далеко выходящие за рамки создания ложных целей. Сама ракета сможет лететь на сравнительно небольших "суборбитальных" высотах, что делает её обнаружение более сложным. Кроме того, её боевые блоки будут иметь возможность индивидуального маневрирования по курсу и по тангажу и сохранят способность менять направление движения даже в атмосфере. Наконец, дальность её будет такой, что удар получится нанести и через Северный, и через Южный полюс, что заставит создавать рубежи ПРО вдоль огромного периметра. Системам ПРО часто до последнего момента не будет ясно, куда же придётся удар. Существующие американские противоракеты пока не имеют достаточной манёвренности и скорости, чтобы перехватывать боевые блоки "Сармата".

О "злых" ракетах и "добрых" политиках

Подведём итоги. Часто на Западе и внутри нашей страны раздаются голоса о нашей излишней обеспокоенности вопросами ракетно-ядерной войны. Дежурные призывы "раздать все эти деньги" беременным пенсионерам и прочим жертвам тиранической диктатуры уже настолько привычны, что без них не обходится ни одна новость про испытания того же "Сармата". Однако на деле всё чуть сложнее. Ракеты сами по себе не являются воплощением зла — они лишь функция от политической необходимости, создаваемой вовсе не ракетчиками. Как мы уже говорили выше, ещё советское руководство отмечало, что миллиардные вложения США в ПРО не имеют смысла, если только они не направлены против нас. И хотя пока Штаты не имеют планов первыми нанести ядерный удар по России, всё может измениться на ровном месте. Сегодня Washington Post всерьёз винит в падениях Хиллари Клинтон кремлёвских отравителей, желающих сорвать американские выборы. Иными словами, пресса США разговаривает штампами из советской газеты "Правда" образца 1937 года, разве что Троцкого заменили на Путина, а Бухарина на Трампа. Если люди готовы верить в такое сегодня, совершенно неизвестно, во что они начнут верить завтра. "Сатана" и будущий "Сармат" — одни из немногих вещей, которые удерживают их от необдуманных действий. Судя по передовицамWashington Post, пока без них просто не обойтись.

Александр Березин