Загадки «Дела Полларда»

Новость о заключении итогового соглашения с Ираном в Вене вызвала в Израиле, по словам местных политиков, настоящий шок. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху немедленно охарактеризовал договорённости с Тегераном как «колоссальную историческую ошибку». Его позицию поддержали не только члены правительства, но и ключевые фигуры оппозиции, а также, согласно экстренным опросам, более 70% граждан страны. На этом фоне Вашингтон принял решение о досрочном освобождении Джонатана Полларда, отбывавшего пожизненное заключение за шпионаж в пользу Израиля. Это решение стало частью компенсации, которую США предоставляют Тель-Авиву в обмен на сделку по иранской ядерной программе.

Израильское руководство также заявило, что не намерено признавать итоговое соглашение и приложит все усилия, чтобы его сорвать, вплоть до применения военной силы. Госсекретарь США Джон Керри, считающий эту сделку главным достижением своей карьеры, попытался образумить Тель-Авив. Он даже намекнул, что подобная позиция по отношению к документу, подписанному всеми постоянными членами Совбеза ООН, может привести Израиль к международной изоляции.

Эти слова лучше было бы не произносить. Как еврейское лобби в США, так и израильские политики устроили такой скандал, что Государственному департаменту пришлось срочно оправдываться. Пресс-секретарь Джон Кирби поспешил разъяснить, что слова его шефа были неверно истолкованы, и он не имел в виду ничего, что могло бы быть расценено как угроза в адрес стратегического союзника.

Впрочем, вскоре выяснилось, что Тель-Авив, хоть и не согласен со сделкой и глубоко разочарован действиями США, всё же готов принять от Вашингтона компенсацию. Речь идёт о финансовой помощи, дипломатической поддержке в Совбезе ООН, военных гарантиях и других, более «мелких» уступках. Одной из таких уступок и стало освобождение Джонатана Полларда, аналитика американской разведки, осуждённого за шпионаж и проведшего за решёткой почти три десятилетия.

На протяжении всего этого срока его дело, по выражению американских обозревателей, было «пороховой бочкой» в американо-израильских отношениях, поскольку затрагивало деликатнейшую тему лояльности граждан США еврейского происхождения своей стране.

Тема настолько щекотливая, что в первые годы после приговора еврейские общины в Америке предпочитали её не обсуждать, а официальный Израиль признал факт работы Полларда на свои спецслужбы лишь в 1998 году. Однако после этого вопрос о его освобождении прочно вошёл в повестку постоянного политического торга с Вашингтоном.

Джонатан Поллард поставил печальный рекорд. После казни супругов Розенберг в 1951 году за шпионаж в пользу СССР, пожизненный срок за аналогичное преступление в пользу союзного государства стал беспрецедентным наказанием. Особенно с учётом того, что за его освобождение выступали такие влиятельные фигуры, как экс-госсекретари Джордж Шульц и Генри Киссинджер, бывший вице-президент Дэн Куэйл, экс-директор ЦРУ Джеймс Вулси и многие другие политики, судьи и общественные деятели.

Однако противники освобождения Полларда были не менее влиятельны. Когда в 1998 году Билл Клинтон впервые согласился рассмотреть эту просьбу, тогдашний глава ЦРУ Джордж Тенет пригрозил уйти в отставку. Даже сейчас, когда политическая целесообразность освобождения Полларда в качестве «отступного» очевидна, а переданная им информация давно устарела, директор Национальной разведки США Джеймс Клэппер заявил, что разведывательное сообщество воспримет это решение крайне негативно.

Что же такого успел совершить молодой офицер разведки ВМС США, оказавшись в центре столь высокопоставленной политической интриги?

К моменту вербовки израильтянами он проработал в должности всего четыре года, а на связи у своего куратора находился немногим более полутора лет. Это лишь один из многих вопросов, возникающих по этому делу.

Одной из главных версий столь сурового приговора, озвученных израильской стороной, стали якобы имевшие место проявления антисемитизма со стороны сотрудников американских спецслужб. Второй версией стали грубые нарушения США условий американо-израильского меморандума об обмене разведданными 1983 года.

По словам активистов кампании за освобождение Полларда, осенью 1983 года он обнаружил, что Израилю не была передана критически важная информация о приобретении Сирией завода по производству нервно-паралитического газа. На свой вопрос руководству он получил циничный ответ о «нервности евреев при слове "газ"». Это, якобы, и стало переломным моментом для офицера, чьи родственники погибли в Холокосте, и подтолкнуло его к сотрудничеству с Израилем.

Обвинения в антисемитизме в США — верная смерть для карьеры любого чиновника. Однако в деле Полларда это оружие дало осечку. Во многом потому, что к его вербовке оказались причастны высшие должностные лица Израиля. Позже они утверждали, что эта операция была самодеятельностью спецслужб, но факты говорят об обратном.

Получив информацию об «инициативнике», куратор операции Рафи Эйтан немедленно доложил на самый верх. Санкцию на вербовку дали лично тогдашний премьер-министр Шимон Перес и министр обороны. «Наши лидеры не могли отвернуться от материалов такого качества, — признался годы спустя ветеран израильской разведки. — Мы считали, что их получение не наносит ущерба США. Мы просто "срезали путь" к информации».

Задним числом это звучит благородно, но в момент кризиса израильтяне действовали иначе. Когда Полларду в ноябре 1985 года стала угрожать опасность ареста, его кураторы первым делом отозвали из США всех причастных к операции лиц без дипломатического иммунитета, а затем отключили телефон экстренной связи для самого агента.

Далее события развивались драматично. Поллард, следуя инструкциям, приехал к израильскому посольству, но ему приказали выехать и заехать через центральные ворота, где его уже ждали агенты ФБР. Израильские власти, понимая масштаб возможного скандала, фактически сдали своего агента, вспомнив о нём лишь спустя много лет, когда угроза последствий миновала.

На допросах Поллард до последнего отрицал связь с Израилем. Он сломался лишь когда ему предъявили обвинения в сотрудничестве с советской разведкой, что грозило ещё более серьёзными последствиями. Он пошёл на сделку со следствием, признав работу на Тель-Авив в обмен на смягчение приговора.

Интересно, что обвинения в связях с СССР строились на аналитической записке, составленной… агентом советской разведки Олдричем Эймсом, который в то время возглавлял в ЦРУ отдел по СССР и Восточной Европе и таким образом отводил от себя подозрения.

Однако американская сторона в одностороннем порядке нарушила соглашение о смягчении приговора. В марте 1987 года судье было передано секретное письмо министра обороны Каспара Уайнбергера, в котором говорилось о «неоценимом» ущербе национальной безопасности США. Уайнбергер публично назвал Полларда «самым опасным шпионом в истории Америки». Итог — пожизненное заключение.

Это порождает очередной вопрос: о каком именно ущербе шла речь? Почему высшие чины Пентагона и разведки так яростно выступали против любого смягчения участи Полларда?

Официально опубликованный список переданных им документов впечатляет, но не выглядит уникальным: отчёты о советских системах ПВО, данные о ш