Юрий Барбашов: Уроки екатеринбургского майдана

Екатеринбургский «майдан»

В Екатеринбурге на прошлой неделе происходила подготовительная стадия российского «майдана».

Местные жители устроили «бузу», протестуя против строительства Соборного храма в безымянном сквере.

Борьба против строительства Собора в неформальной «либеральной» столице России продолжается уже много лет. План строительства храма в данном сквере – это уже третий проект, который испытывает активное противодействие со стороны группы екатеринбургских «общественников», в переводе на украинский, «активистов».

Ноги у этой «активности» растут из конфликта двух основных застройщиков в Екатеринбурге. Компания «Атомстройпроект» противодействует проектам компании УГМК, то ли из-за давнего бизнес-конфликта, то ли из личной неприязни и соперничества между руководством.

И так получилось, что храм собираются строить руководители УГМК, а протесты возглавили лидеры сообщества «Парки и скверы Екатеринбурга», которые раньше получали финансирование за противодействие проектам этой кампании под девизом спасения зеленых насаждений.

Противодействие бизнес-конкурентам с привлечением сил возмущенной «общественности» – это дело не новое, никак не наказуемое и считается сравнительно «честным» способом конкуренции.

Стоят «общественники» не дорого. Во всяком случае, дешевле чем подсудный и предосудительный способ продвижения своих и пресечения своих проектов через коррупционную составляющую.

И вышло так, что в этот раз активистов решили натравить на храм.

Проекты строительства Собора в двух других местах этим общественным силам и их финансовым покровителям уже удалось «зарубить» и конфликт развернулся вокруг планов его постройки в пресловутом «сквере».

Столкновение за место под храм долго готовилось и даже анонсировалось в инернет медиа-ресурсах. Общественники из «Парков и скверов» устраивали различные акции и флешмобы на «околоэкологические» темы, привязанные к скверу. Пересчитывали деревья в городе, начиная именно с данного участка зеленых насаждений. Обнимали деревья в сквере. Точно так же как «обнимали» до того пруд, посреди которого планировалось построить храм в прошлый раз.

«Околоэкологическими» эти акции представляются потому, что за время и ресурсы потраченные на организацию и проведение подобных мероприятий подобных скверов на городских пустырях можно было насадить несколько.

К эскалации конфликта привела установка забора и частной охраны на месте предполагаемого строительства в ночь на 13 мая.

Утром активистка Алена Смышляева, одна из администраторов сообщества «Парки и скверы» в сети «В контакте», начала в одиночку, но под прицелами фотокамер, ломать забор. Свои достижения активистка прославляла через «Фейсбук», как и последующую информацию об её задержании.

К распространению этой информации подключились городские СМИ, а наибольшую активность проявил городской новостной портал «Екатеринбург онлайн». Данный ресурс принадлежит холдингу «Херст Шкулев Медиа», «дочке» американской медиа-империи Hearst Corporation. Американский холдинг за последние годы скупил 43 онлайн-СМИ в 15 крупных городах.

Экс-главред «Екатеринбурга онлайн», а ныне директор сети городских порталов в Hearst Shkulev Media Ринат Низамов в интервью ТВ «Дождь» фактически похвастался организацией массового протеста с помощью подчиненного ресурса: «быстро кинули клич, и уже в семь часов вечера здесь были сотни»

Именно Ринат Низамов еще 17 марта анонсировал у себя в Facebook эпическую битву против храма: «Екатеринбург в ближайшие месяцы станет горячей протестной точкой на карте России, потушить которую местными силами будет непросто. Это уже не веселые обнимашки... Это идейная война, которая вот-вот перерастет в вооруженный конфликт. Как только на Драму (в сквер возле Театра драмы) выйдет тяжелая техника, фейсбучные активисты вынырнут из Интернета под ковши экскаваторов, казаки получат команду защищать будущий храм нагайками, а православные олигархи отправят на помощь казакам ручных головорезов-боксеров. Все это выглядит страшно, кроваво и средневеково. Но от этого кошмара - что удивительно - все мы должны только выиграть...»

И вот, как удивительно, при непосредственном активном содействии данного персонажа и американской медиа-корпорации Екатеринбург действительно превратился в желаемую протестную точку на карте России. По совершенно случайному совпадению, произошло это как раз в день визита главы Госдепа США Марка Помпео в Россию его встречи с высшим политическим руководством РФ.

На призыв городского новостного портала действительно откликнулись сотни «общественников», различного рода провокаторы, зеваки и просто праздная публика, в предвкушении незаурядного зрелища.

И зрелище им было предоставлено. Как и было обещано модератором беспорядков Ринатом Низамовым, первыми на защиту территории вышли «боксеры-головорезы». И новость о том, что на защиту интересов Русской православной церкви Екатеринбурге встали «титушки» мгновенно облетела новостные СМИ уже в масштабах России. Большинство «спортсменов» были второй сменой того самого частного охранного предприятия, которое взяло под охрану строительство, вызванной по тревоге товарищами действующей смены. К ним присоединились их товарищи из «Академии единоборств РМК».

Привлечение этой силы компанией застройщиком было вполне предсказуемо, что мы и видим из «пророчества» Низамова. Факт появления этих спортсменов и перешедший в острое противостояние конфликт вокруг строительства храма, мгновенно превратился в повод для поливания грязью РПЦ и развертывания в российском Интернете антицерковной кампании невиданных, со времен Никиты Хрущева, масштабов.

Первый день столкновения «общественников» и «защитников храма», а на самом деле платных охранников вверенной территории, происходили без вмешательства полиции.

Трудно сказать способствовала ли подобная пассивность властей радикализации протеста, понятно только что обострение конфликта было не в интересах властей. Также как и то, что масштабы беспорядков и форма, которую они приняли стали неприятной неожиданностью не только для местной, но и для высшей государственной власти, вмешательство которой, в конце концов, позволило притушить конфликт.

Толкаться с чопоцами, а потом и специальными силами полиции со всего Екатеринбурга сбежались не только «фейсбучные» активисты, но и радикалы всех мастей. В том числе непонятные личности в балаклавах. В лучших традициях «майдана», протестующие вешали на забор своих малолетних детей под прицелами фото и видеокамер. В кадры фото и видео камер попадали не провокаторы, бросающие бутылки и камни, распыляющие слезоточивый газ в ОМОН, а девушка, играющая на виолончели, и родители с детьми.

Растерявшаяся полиция, не знакомая с технологиями «майдана», поначалу даже позволила протестующим закрепиться в сквере и остаться там на ночь. В последующие дни активисты занимались провоцированием полиции на силовое задержание под камеры. Именно такие кадры понадобились кому то для популяризации «скверного протеста» в российской и мировой прессе. Если крови было мало, её, как и в начале киевского «майдана», рисовали у «пострадавших» прямо на теле. Успеха в своем стремлении быть задержанным в столкновении с бойцами Росгвардии добились более 70 человек.

Екатеринбургский инцидент стал раскручиваться, популяризироваться и нагнетаться прозападными политическими силами в Москве и оппозиционными СМИ. В Интернете на поддержку протеста были брошены колоссальные силы, сформированные западными центрами психологической войны в российском интернет-пространстве.

К протесту, в таком, неявном пока виде, подключились все силы, недовольные действующей в России властью, ненавидящие православную церковь. И сил этих оказалось без счета.

Чтобы связать происходящее с киевскими беспорядками 2013-2014-го годов, которые привели Украину к госперевороту и гражданской войне, не надо иметь семь пядей во лбу или досконально знать технологии организации «цветного протеста». Повод для проведения этой связи дали сами активисты, когда начали скакать под кричалку «Кто не скачет, тот за храм».

Перерастание «мирного» экологического протеста в антигосударственный, а, по совместительству, и в антицерковный, и вся мощь направленных на это ресурсов, быстро стало очевидными. Горячие споры об уместности протестов против действий властей, против властей вообще, наряду с охаиванием РПЦ, мгновенно охватили всё российское информпространство.

В самом Екатеринбурге активисты демонстрировали весь нехитрый арсенал «цветных» протестов. Активисты устраивали флешмобы на грани закона. Бойцам Росгвардии раздавали пиццу под скандирование «Отдай ее ОМОНу!», а своим сторонникам - кофе. В сквер принесли станцию для зарядки телефонов. Были расставлены туристические палатки. Участники протеста охотно позировали для многочисленных камер в шаге от оцепления с рыдающими грудными детьми.

Аналогии с киевскими событиями пятилетней давности стали настолько прозрачными и очевидными, что даже сочувствующие протестующим, но старающиеся скрыть предвзятость СМИ, стали поскуливать, о том, что кто-то пытается «перехватить» протест у мирной и вменяемой его части.

Под «вменяемой частью», при этом, имеются в виду как раз общественники, несколько лет упорно противодействующие строительству в городе православного Собора.

В итоге в конфликт вокруг, внимание, застройки сквера в уральском городке, пришлось включиться Президенту Российской Федерации Владимиру Путину, предложившему провести опрос среди жителей Екатеринбурга, чтобы учесть мнение всех горожан.

Это предложение снизило накал страстей в противостоянии и временно заморозило конфликт.


«Майданы» просто так не возникают

По промежуточному итогу данной ситуации выводы напрашиваются крайне неутешительные. Конфликт вокруг постройки храма стал своеобразным «стресс-тестом» для российской власти, проверкой её готовности противостоять технологиями «цветного» протеста. И по моему впечатлению, человека, знакомого с технологиями «майдана» не понаслышке, тест этот был властью провален.

К сожалению, украинский «майдан» не стал своеобразной прививкой для российского общества и государства. Как и предупреждали много лет российские власти и общество жители Украины, познакомившиеся с технологией «ненасильственного» захвата власти, украинцы мало чем отличаются от россиян, если отличаются вообще.

Технологии сноса власти при помощи массовых беспорядков, которые были успешно применены на Украине, в любой подходящий момент могут быть реализованы в России. И вот наступил момент, который стоящие за этими технологиями силы сочли вполне подходящим.

И момент этот застал власти, а именно органы, отвечающие за государственную безопасность, со спущенными штанами. Именно работникам этих органов, а не активистам и протестующим украинский «майдан» должен был дать опыт, пищу для размышлений, время для подготовительных действий. Но, как оказалось, не дал.

Технологии подготовки и организации массовых беспорядков под видом «мирного протеста», если и были изучены, к противодействию им никто не подготовился.

В первую очередь, основания для этого вывода дает анализ российского информационного пространства и сам факт принадлежности широкой сети провинциальных городских порталов американской, то есть, откровенно враждебной, корпорации.

Если бы жителей Украины, познакомившихся на своем печальном опыте технологии управления толпами через Интернет, кто-нибудь спросил, то нашлось бы кому ответить, что именно с этого действия, со скупки провинциальных СМИ, городских форумов, пабликов в сети и начался захват США информационного пространства на Украине, который позже привел к переводу во внешнее управление и всего государства.

В России, как оказалось, огромная, на самом деле, информационная сеть под контролем и управлением непосредственно из США уже организована и даже проверена в действии.

Работает.

Майданы, ведь, начинаются не в столице, а на площадях провинциальных городов.

Очень небольшому числу россиян или работников российской госбезопасности о чём-то скажут словосочетание «дело Оксаны Макар», или название пгт Врадиевка Николаевской области. А ведь именно там отрабатывались и проверялись в действии технологии организации массового «стихийного» митинга и открытого противостояния с милицией. За несколько лет и месяцев до того, как они были задействованы в Киеве.

Такие локальные конфликты для сил, стремящихся свергнуть власть, являются своеобразной «разведкой боем». С их помощью проверяется готовность широких кругов общественности включаться в открытое противостояние с местной или государственной властью, участвовать в массовых мероприятиях, измеряется степень радикализма активной части общества и её готовность вступать в столкновения с силами правопорядка. Проверяются настроения молодежи. В первую очередь, образованной, студенческой.

Именно молодому поколению из провинции, а не столичным «плюшевым» жителям, предстоит на предстоящем «глобальном» майдане бросаться на полицейские заграждения, а потом с «коктейлями Молотова» и на саму полицию. Столичным жителям, как было видно из предыдущих акций в Москве и Санкт-Петербурге, можно доверить только фотографировать все это, распространять в сети, прикрывать своими «светлыми лицами» и элитными связями родителей действия боевиков, и, собственно, «скакать».

Как видим, готовность к подобным действиям, в Екатеринбурге проявлена вполне. Плохо не то, что на акции появились люди с кричалками «кто не скачет, тот ха храм», а то, что призыв их был подхвачен массой безмозглых недорослей.

Этим действием они априори противопоставили себя всем людям, которые «за храм» по всей России, и провели черту будущего общероссийского противостояния. Однако во время «скачек» нет времени и сил на подобные глубокие и далеко идущие размышления. Да и те, кто вовлечён в процесс «скакания», к подобным философствованиям не расположены.

Это очень интересная и действенная, без преувеличения, технология мобилизации сторонников. Пришел на акцию, пусть даже посмотреть или на виолончели тебе больше не перед кем поиграть. Тут все начали скакать. И ты начал. Начал, начал. Ведь ты же не с теми «орками» в полицейском спецснаряжении, ты же с «народом». Вот и скачи вместе с народом. И будь против храма.

На Украине таким образом не один десяток тысяч русскоязычных «москалей» в «щирых украинцев» переделали.

Кроме того, подобные акции являются для организаторов переворотов смотром сил. Отслеживается, насколько эффективно отрабатывают подчиненные и ассоциированные информационные ресурсы, как удается управлять конфликтом в информационном и реальном пространстве.

В случае с Екатеринбургом, можно смело сказать, парад сил и средств, как откровенно прозападных, так и способных невольно быть вовлеченными в госпереворот в Росси прошел с большим успехом.

Управляемость скачущего против всего плохого «хомячья» просто идеальная. Предложенные девизы и лозунги для протеста поддержаны на всероссийском уровне. Количество людей, которые готовы активно бороться с полицией «против всего плохого, за все хорошее», поставило в тупик местные власти и правоохранительные органы, вызвав на некоторое время их паралич.

На роль «плохого» уже не на уровне Екатеринбурга, а в информационном пространстве всей России назначены «власти» и «церковь», на роль хорошего – сквер, в котором за несколько лет противостояния лишнего дерева никто не посадил.

У российской молодежи, как и у украинской до того, не оказался сформирован стереотип, что нападение на представителя органа власти при исполнении заканчивается тяжелым увечьем, раз, посадкой на долгие годы, два. По мнению большинства россиян, максимум чем может обернуться толкание с полицией, это бережным заносом в автозак и временем, потерянным при административном аресте. А это уже опасная тенденция для общества, разогреваемого на массовые беспорядки.


Когда информационная безопасность важнее ядерной

И самый неприятный момент в екатеринбургских событиях в том, что подобные акции, с открытым вовлечением всех сил и средств влияния, предпринимаются враждебными силами уже тогда, когда им обеспечена хотя бы на некоторое время неприкосновенность со стороны правоохранительных органов, сил госбезопасности, влиятельное покровительство в органах высшей политической власти.

Если на следующий день, после начала столкновений с полицией, открытый агент американского влияния, их инициировавший, дает интервью общероссийским изданиям, а не показания следователям, можно быть уверенным, что такое покровительство есть.

Если управляющие лица и собственники строительной кампании, с чьей подачи российское общество вдруг неожиданно оказалось разделено на тех, кто «за храм» и тех, кто против, на следующий день не предприняли всё возможное и невозможное чтобы нейтрализовать неожиданные последствия своей «конкурентной борьбы» – значит прикрывают их на достаточно высоком уровне и в Екатеринбурге, в местном УФСБ, и в Москве.

Проявившийся в данном случае накопившийся в российском обществе негативный и протестный потенциал, конечно же, подлежит глубокому исследованию. Снижение этого заряда, обезвреживание его для государства, требует системных и стратегических шагов на общегосударственном уровне. Возможно, перестройки внутренней и социально-экономической политики.

Однако, если у вас на складе хранятся взрывчатые вещества, то это еще не вполне опасная ситуация, для многих людей вполне обычная. А вот если кто-то рядом с этим хранилищем возится с петардами, то она мгновенно превращается в критическую.

И дальше на развитие событий действительно начинает влиять и размер запасов, и их взрывоопасность.

Возле российского протестного потенциала, как можно судить на примере событий в Екатеринбурге, возятся ребята не с петардами, а с электродетонаторами.

Профессионалы.

В России даже концепции профессиональных действий по защите общественного порядка и информационного пространства от враждебного воздействия пока не явлено.

Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в районе массовых беспорядков, рассчитанных на привлечение наибольшего внимания, не была отключена мобильная связь, что протестующим дали поставить палатки, застолбить за собой территорию.

Даже примеры Украины и других стран, где ныне активно борются с действительным или мнимым российским информационным воздействием, ответственных за безопасность в России почему-то ничему не научили.

Попробуйте организовать сообщество в сети «Фейсбук», чья информационная политика будет направлена против действующей власти в США. В Твитерре попытайтесь позаниматься пропагандой против украинского нацистского режима.

В любой социальной сети попытайтесь организовать информационную борьбу против сионизма, против пропаганды гомосексуализма, и вы узнаете, что такое на самом деле информационное противодействие.

Ваши попытки будут жестко пресечены, или в соответствии с правилами сети, или по решению её администраторов.

Зато в «Фейсбуке», в «Твиттере», в «Инстаграмме», а самое главное, в российской сети «В контакте» можно беспрепятственно вести пропаганду против российской власти, против самого российского государства, против церкви, против национальных и социальных групп.

Десятками тысяч резвятся в российском информационном пространстве «боты», управляемые иностранными информационными войсками, агитирующие, не без успеха, против власти. Украинские, американские, прибалтийские, израильские силы информационных операций чувствуют себя в российском интернете как рыба в воде. Потому как не ощущают противодействия от слова «совсем».

На Украине зачистка «майданными» силами информпространства от нежелательного влияния началась задолго до самого «майдана». Были скуплены городские форумы, где политическая активная общественность выражала свое мнение, обсуждала события. Захватив модерацию этих площадок, все они были превращены в «ультра-патриотические», то есть в проамериканские, а пользователи, которые выражали мнение, не совпадающее с мнением администрации были вынуждены эти площадки покинуть или оказывались в явном меньшинстве. В результате, наиболее широкое распространение в сети получало мнение именно «выгодных» комментаторов.

Через эти площадки, вновь созданные одновременно и в большом количестве интернет-СМИ, группы в социальных сетях потом распространялась актуальная информация с «майдана», велись прямые трансляции с места событий, популяризировалось мнение противников власти.

Именно в установление контроля над информпростанством Украины была вложена большая часть средств, которые США потратили на перевод страны под своё управление.

Затем американцы же показали спецслужбам Украины как пресекать любую нежелательную интернет-активность, добиваться превалирования желательного мнения над всеми остальными, создавать видимость массовости поддержки или не поддержки того или иного мнения, и, наконец, защищать свое информпространство от внешнего или внутреннего негативного воздействия. Вплоть до прямого запрета на пользование российскими социальными сетями. Однако запрет этот отнюдь не мешает тысячам, без преувеличения, профессиональных работников информационного фронта и служащих отделов психологических операций из Украины проводить антироссийскую пропаганду в тех же социальных сетях.

По опыту екатеринбургских событий можно уже сказать, что контроль над российским интернет пространством враждебными силами уже установлен, и готов к использованию для организации давления на власть, как минимум. Для повторения этих событий в столице или общероссийском масштабе, как максимум.

Российское информполе оказалось лишено государственного контроля. В США невозможно себе представить скупку сетей представителями государства, которое Соединенные Штаты назначили себе во враждебные.

В России, оказалось, можно государственной компании спонсировать откровенно враждебные властям СМИ, американским кампаниям открыто покупать инструменты информационного влияния, агентам влияния через эти инструменты организовывать массовые перфомансы со смыслами, которые они даже не в состоянии сами осознать.

Миллионы российских молодых людей, школьников, студентов, являются участниками интернет-сообществ, не просто открыто оппозиционных российской власти, а ведущих антигосударственную агитацию. Большинство этих групп позиционируются как «юмористические» и «не политические». Однако именно на таких площадках проводится самая оголтелая, яростная антироссийская, антицерковная пропаганда. Без всякого контроля и противодействия со стороны государства. 

За безобидными и чаще тупыми шуточками в этих группах в обязательном порядке публикуются карикатуры на власть, приводятся сравнения, в которых Россия предстает в неприглядном по отношению к другим странам виде. Десятки таких сообществ полностью перебрали на себя функцию политпросвещения и политической агитации российской молодежи. Вперемешку с тупыми юмором и голыми сиськами такая агитация заходит куда лучше, чем все, что могут предложить в информационном поле официальные средства пропаганды.

Российский интернет, как и все российское информационное пространство это не просто дом без окон, без дверей, с пустыми проёмами вместо них, это дом, в который уже зашли, кто хотел, и уже творят, что вздумается.

Самое печальное, что у российской власти, судя по её движениям в законодательном поле, до сих пор присутствует иллюзия, что ситуацию можно поправить одними законами. Нет понимания того, что противостоять многолюдным силам и развитым средствам враждебного воздействия можно только при помощи адекватных сил и средств. Что с тысячами троллей и администраторов враждебных групп нужно не спорить, нужно банить, то есть пресекать деятельность. Причем не только в интернете, но, по возможности, и в реале.

Показательно наказаны, забанены, лишены возможности действовать, должны быть, в первую очередь, бизнес-структуры и их покровители, которые и спровоцировали конфликт против храма, который чуть было не перерос в антигосудартвенные выступления, ограничившись всего лишь началом всероссийской антицерковной компанией в Интернете.

Так, чтобы другим не повадно было. С таким же рвением, с которым были бы наказаны упыри, устроившие разборки со стрельбой в центре города и случайно попавшие в автомобиль первого лица на другом берегу реки.

Пресечение враждебной государству агитации и пропаганды в интернете, защита национального информационного пространства должна стать первостепенным делом госбезопасности и всей власти. Куда более важным, на данном этапе, чем даже развитие сил ядерного сдерживания. За последние десять двадцать лет от враждебного информационного воздействия пострадало куда больше стран в мире, чем от открытой вооруженной агрессии.

И именно Россия предназначена на роль очередной жертвы, что отнюдь не скрывают авторы планов взрыва страны изнутри. Деятели американского политикума и официальных органов заявляли об этом не раз и в Екатеринбурге всего лишь проверили в удобный для себя момент, предоставленные им российской же властью возможности по влиянию на ситуацию.

Конечно же, немалую, а может, и основную роль в произошедших событиях и в подготовке российского прозападного «мадана» играют ориентированные на Запад деятели в российской власти и в бизнес-сообществе. Именно на них опираются в первую очередь организаторы государственных переворотов из США. Представители этих кругов не скачут на майданах, а покровительствуют им, предоставляя информационные ресурсы, финансирование, поддержку во властных коридорах. И ждут удобного момента, чтобы перехватить власть после победы очередной «революции на асфальте».

Таких людей немало и во втором третьем эшелоне правоохранительных органов и органов безопасности, которые лелеют надежды на волне революционных событий войти в эшелон первый.

Вычленение и изоляция таких людей является прерогативой органов госбезопасности. Если, конечно, они уже не связаны по рукам проникновением подобных агентов влияния в органы управления страной, как это имело место на Украине.

Пока же итоги екатеринбургского майдана довольно печальны. Активисты добились методами уличного протеста приостановки, по крайней мере, строительства храма. Агрессивное меньшинство навязало свою волю большинству. Предоставив пример для подобных действий в последующем и в других местах.

И следования этому примеру ждать недолго. Говорю же, там не с петардами ребята, а с элекродетонаторами.

Российская «пятая колонна» во власти, в обществе, в среде олигархата и имущих слоев перешла в наступление на российскую власть.

Цели этого наступления идут далеко и не заканчиваются простым перехватом власти. В период волнений в Екатеринбурге уже звучали, то есть апробировались, лозунги и про Уральскую народную республику. Общественное мнение в России активно проверяется на приятие мысли о расчленении страны.

Еще одной целью организаторов «майдана» оказалась церковь. Не та, что не дают построить в Екатеринбурге, а Русская православная церковь. Вплоть до открытых публикаций «понимаю тех, кто выбрасывал попов с колоколен сто лет тому назад».

«Оппозиционное» движение, проявившееся в России, имеет четкий антицерковный характер и возглавляется теми, кому православие очень мешает.

И, что более всего удручает, российская неприкаянная в политическом смысле молодежь, к «майдану», оказывается, готова, а российские органы госбезопасности, нет.

Нужно ли уточнять, что если в России вот этот антигосударственный, антиполицейский, антицерковный, «скверный» майдан победит, и даже не захватит, но научится продавливать власть, нам здесь на Донбассе ничего хорошего не светит. Да и самой России тоже.

Да и вряд ли сулит кому-нибудь, что-нибудь хорошее то, что началось с протеста против храма.


Юрий Барбашов

Вернуться назад