Самые совершенные пистолеты-пулеметы для летчиков и спецназа

 Классификация огнестрельного оружия – дело довольно путанное. Вроде бы понятно, что такое пистолет. Но почему, например, автоматический пистолет Стечкина и его аналоги не «переходят» в класс пистолетов-пулеметов (ПП), абсолютно не ясно. Можно ответить, что классический пистолет-пулемет, помимо режима непрерывного огня, должен иметь карабинную ложу и неотъемный приклад, как, например, ППШ. Однако ряд ПП обладает пистолетной компоновкой (Ingram MAC-10, Micro Uzi) или вовсе лишен приклада (MP5k), однако в пистолеты они от этого не превращаются.

Еще хуже получается, когда в дело вмешивается идеология: проигрывая войну во Вьетнаме, американцы, чтобы приободрить солдат, бравурно определили М-16 как «штурмовую винтовку». Название прижилось для целого класса оружия, однако обозначить его границы невозможно ввиду бессмысленности термина. Абсолютно непохожие системы – «Калашников» с легким промежуточным боеприпасом и бельгийская FN FAL с «полновесным» 7,62?51 мм – в равной степени «штурмовые винтовки».

Однако ни одно другое определение не является столь размытым, неконкретным и вызывающим споры, как «персональное оружие самообороны» (PDW). И это не просто терминологическая казуистика: пожалуй, каждый крупный оружейный производитель пытался сыграть в этой нише – и в большинстве случаев дело заканчивалось дорогостоящим провалом. Причина – отсутствие внятного представления о данном классе оружия.

В поисках идеального образца

Не углубляясь далеко в прошлое, можно сказать, что концепция PDW начала формироваться в 30-е годы XX века: как только на полях сражений появилось достаточное количество боевых машин, встал вопрос: чем вооружать экипажи? Понятно, что летчик не возьмет в небо полноразмерную пехотную винтовку, да и в танк она не влезет. Однако оставлять военнослужащих с одними пистолетами – значит обрекать на верную смерть в случае, если им придется спешиться.

В 1929 году советский оружейник Федор Токарев выполнил армейскую заявку, представив на испытания монструозный пистолет-карабин весом 2,2 кг и емкостью магазина 22 патрона. Образец мог вести автоматический огонь, комплектовался прикладом и ложей. Можно сказать, это стало одной из первых попыток создать функциональное «персональное оружие самообороны». Однако оно получилось сложным и ненадежным, а довести конструкцию до ума помешала война.

К этой идее в СССР вернулись в конце 40-х: Игорь Стечкин создал, пожалуй, один из наиболее совершенных автоматических пистолетов в мире. На испытаниях в 1949 году его АПС «обстрелял» ППС-43 – полноценный пистолет-пулемет, который комиссия использовала в качестве эталона. Казалось бы, вот оно – решение найдено, образец пошел в серию. Однако в войсках АПС невзлюбили: проявились недостатки, свойственные всем пистолетам-карабинам без исключения.

Выяснилось, например, что деревянная кобура-приклад мешает быстрой погрузке в технику, а внутри боевой машины за все цепляется. Кроме того, чтобы эффективно стрелять из АПС очередями, кобуру нужно снять с ремня и приладить к пистолету – мешкотная процедура. У экипажа, спешно покидающего танк под огнем противника, едва ли есть на это время. Так что, несмотря на превосходные характеристики, АПС долгие десятилетия пылился на армейских складах, вплоть до начала войны в Афганистане, когда мощный пистолет потребовался отрядам спецназа ГРУ.

После неудачи с АПС армейское руководство надолго охладело к идее универсального и необременительного оружия «второй линии». Лишь в 80-х годах артиллеристы, танкисты, связисты и летчики получили укороченный «Калашников» – АКС-74У. С одной стороны, маленький автомат стал полумерой, не всем он пришелся ко двору: так, предложенный вертолетчикам вариант ношения автомата в пластиковой кобуре, закрепленной на ноге, оказался нежизнеспособен. Очень уж громоздко! С другой – АКСУ стал важной вехой в развитии концепции «персонального оружия самообороны».

Стало очевидно, что PDW, во-первых, должно быть готово к использованию без дополнительных манипуляций с присоединением приклада, ложа и так далее. Во-вторых, оружию самообороны требуется боеприпас повышенной проникающей способности, обеспечивающий пробитие средств индивидуальной защиты. В этом отношении пуля автоматного патрона, даже «выплюнутая» стволом-коротышом АКСУ, превосходит любую пистолетную.

Спаси и защити

То, что «Ксюша», как ласково прозвали автомат в войсках, тоже далека от идеала в качестве оружия самообороны, стало ясно достаточно быстро – уже в 90-е годы АКСУ снимают с производства. Классическая автоматная компоновка с торчащим 30-местным магазином затрудняет ношение оружия иначе как на ремне, а также исключает возможность стрельбы «по-пистолетному» с одной руки, что немаловажно для PDW.

Эти недостатки учел конструктор Ковровского механического завода Павел Седов, разработавший в середине 90-х годов АЕК-919К. Его пистолет-пулемет отражает современные взгляды на проблему «персонального оружия самообороны». Как и более поздние западные образцы (например, немецкий MP7 A1 PDW), ковровский АЕК выполнен в пистолетной компоновке с магазином, размещенным в рукоятке. Трехпозиционный предохранитель выведен под большой палец, так что стрелок может извлечь оружие из кобуры и открыть огонь, не прибегая к помощи второй руки. Выдвижной приклад размещен в ствольной коробке, что делает оружие весьма компактным – 315 мм (для сравнения, длинна АКСУ – 490 мм).

Очевидным недостатком АЕК-919К является использование относительно маломощных боеприпасов пистолета Макарова – 9?18 мм. При этом модификация под современные отечественные патроны 9?19 7Н21 и 7Н31, к сожалению, так и осталась в виде экспериментального образца.

Другая отечественная разработка, СР-2 «Вереск», не позиционируется производителем ЦНИИточмаш напрямую в качестве оружия самообороны, хотя и обладает значительным потенциалом в данной роли. Сконструированный по заказу ФСБ в 1999 году, «Вереск» использует боеприпасы 9?21 пистолета «Гюрза» с широкой номенклатурой пуль – от экспансивных до бронебойных. Значимым плюсом является совместимость оружия с легкими отечественными коллиматорными прицелами.

Так же как и АЕК-919К, СР-2 позволяет производить все основные манипуляции одной рукой, хотя его эргономика чуть менее продумана: так, например, предохранитель отчего-то оказался выведен на правую сторону коробки, а откидной приклад, по отзывам пользователей, длинноват – особенно это ощущается стрелками в бронежилетах.

Отметим, что оба образца в настоящий момент находятся на вооружении. Ковровский ПП прошел государственные испытания – и с 2002 года используется в качестве штатного оружия экипажей вертолетов Ка-50 «Черная акула». СР-2 «Вереск» применяется спецподразделениями ФСБ и МВД в качестве оружия ближнего боя.

Алексей Сивашенков