Невспомогательный флот: итоги бессистемного развития вспомогательного флота РФ

Вспомогательный флот ВМФ России переживает непростую трансформацию. С одной стороны, на воду спускаются новые вымпелы, с другой — их концепция и боевая ценность вызывают серьёзные вопросы. Разбор шести ключевых проектов показывает, что флот получает скорее дорогие игрушки, чем системные инструменты для ведения войны.

Кризис концепции: чем снабжать флот?

Главная проблема новых судов обеспечения — отсутствие чёткой доктрины. В отличие от СССР, где ставка делалась на массу простых танкеров для краткосрочных операций, или США, где строят скоростные универсальные корабли для длительных походов, российский подход напоминает «лоскутное одеяло».

Проект 23120: спасатель, а не снабженец

Многофункциональное судно тылового обеспечения (МСТО) «Всеволод Бобров» и «Эльбрус» — яркий пример неопределённости. При водоизмещении 9 500 тонн и дедвейте 4 000 тонн, эти корабли не способны выполнять свою главную задачу — дозаправку топливом в море. Они спроектированы как аналог гражданских снабженцев для буровых платформ. Их конёк — аварийно-спасательные работы, буксировка и водолазные операции. По сути, флот получил дорогой морской буксир с функцией сухогруза, а не универсального «помощника». Отсутствие вертолётной площадки при таких размерах — ещё один странный просчёт.

Транспорты вооружения: шаг вперёд, но маловат

Проекты 20360 и 20360М («ВТР-79», «Владимир Пялов») решают узкую задачу — погрузку боеприпасов в море и в базах. Учения с «Калибрами» показали, что это реально. Однако их грузоподъёмность (445 и 800 тонн дедвейта соответственно) мала для масштабных операций. Плюс, дизель-электрическая установка на таких судах кажется избыточной, удорожая и усложняя эксплуатацию без видимой выгоды.

Танкеры: когда мало и дорого

Здесь ситуация наиболее критична.

• Проект 03180 — простой и дешёвый рейдовый танкер (1 200 тонн груза), но его дальность всего 1 500 миль, и он не может перевозить авиакеросин.
• Проект 03182 («Вице-адмирал Паромов») — более мореходный, но всё же мал для дальней зоны. Его грузоподъёмность (1 560 тонн) и дальность (1 500 миль) делают его «ни туда, ни сюда»: слишком дорогой и сложный для базы, слишком маленький для океана.
• Проект 23130 («Академик Пашин») — самый амбициозный, но и самый спорный. Дедвейт 9 000 тонн и дальность 8 000 миль позволяют ему работать в дальней морской зоне. Однако его скорость (16 узлов) недостаточна для совместных действий с авианосцами. Отсутствие вертолётной площадки и возможность перевозить боеприпасы — серьёзные минусы. Судно строилось 5 лет, а его силовая установка на 50% состоит из импортных дизелей Wärtsilä, что в условиях санкций создаёт риски.

Главный парадокс: цена и функционал

Сравнение проектов 23120 и 23130 наводит на мысль о неэффективности планирования. По стоимости двух МСТО «Эльбрус» и «Всеволод Бобров» можно было построить как минимум один полноценный танкер типа «Академик Пашин». Но и он не лишён недостатков. Возникает ощущение, что промышленность строит то, что умеет, а не то, что нужно флоту. Минобороны, похоже, не имеет чёткого видения, как будут использоваться эти суда в реальном конфликте. Острее всего стоит вопрос о пополнении боезапаса в море. Единственное судно, технически способное на это (пр. 23120), не приспособлено для перевозки боеприпасов. Транспорты вооружения (пр. 20360М) не имеют систем динамического позиционирования для работы в свежую погоду. В результате, для снабжения тяжёлого авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» приходится использовать плавучие краны вблизи базы, что невозможно в боевых условиях. В советское время ставка делалась на количество. ВМФ США — на качество и скорость. Российский вспомогательный флот нового поколения пока не выбрал свой путь. Он получает отдельные, пусть и современные, единицы, которые не складываются в единую систему. Пока же основная нагрузка по обеспечению кораблей в дальней зоне ложится на ветеранов — танкеры проекта 1559В постройки 60-70-х годов. Сколько они ещё продержатся — большой вопрос.