Иван Грозный и польская корона. Сказ о том, как поляки приглашали Грозного занять королевский трон
Художник Сергеев Л. Г. Картина «Иван IV Грозный».
В жизни великого царя было одно уникальное событие, о котором не написано ни в одном учебнике, не показано ни в одном сериале.
Представьте себе, что граждане, сенаторы верхней и нижней палаты Конгресса США подписали петицию и пригласили бы Владимира Владимировича на должность президента Соединенных Штатов Америки. Или чтобы провести более корректную параллель, предположим, что парламентарии, интеллигенция Польши прислали своих представителей в Москву и попросили бы Путина стать их президентом.
Мы с вами понимаем, что такое невозможно представить. Но в жизни Грозного это было.
Сигизмунд II Август в короне и доспехах.
В. Е. Шамбаров в книге «Царь грозной Руси» пишет:
«Перед кончиной Сигизмунд советовал своим вельможам пригласить на трон Ивана Грозного» [1].
Король умер 7 июля 1572 года, это было до победы в битве при Молодях. Это было тогда, когда решался вопрос: быть Москве или не быть? Будет ли Москва османо-крымским вассалом или нет?
Вы спросите: но как же записки Курбского? Как же опричнина, которую так все критиковали? Как же бесчисленные беспричинные казни Грозного?
Пасквили Курбский писал по многим причинам.
Во-первых, чтобы оправдать свое предательство и побег.
Во-вторых, чтобы помочь польскому королю собрать армию против Грозного. В свое время, когда Сигизмунду нужно было распространять порочащую царя информацию, он обратился к предателю-беглецу. Но заказчик знал, что все написанное по его заказу – враньё.
После смерти Сигизмунда Курбский вновь взялся за старое.
В эпоху, когда Польша и Великое княжество Литовское и Русское остались без короля, в случае, если Грозного избрали бы польским королем, то Курбскому грозило бы вновь стать подданным царя. Дальше ему было некуда бежать. На других землях, у других правителей ему земель и денег не дали бы. Единственным для него спасением стало очернение кандидата на польский престол в глазах избирателей.
Поэтому, как пишут некоторые историки, еще в 1570 году, за два года до смерти короля, польско-литовские послы заявили царю, что, раз у короля нет наследника мужского пола, желают для Польши и Великого княжества правителя славянского рода, а точнее – Грозного в качестве своего будущего короля.
Теперь черное враньё нужно было самому Курбскому и тем магнатам-олигархам, которые не хотели видеть Грозного в качестве своего короля. Новым заказчикам понадобилась «свежая порция» порочащей царя лжи, так как старые небылицы вышли из моды.
Беглый князь стал собирать слухи, перевирать их и создавать новые. В. А. Мазуров пишет:
«В своих сочинениях Курбский «подверг жестоким казням» чуть ли не все княжеские роды. Однако многие из «казненных» по его сообщениям благополучно пережили и Ивана Васильевича, и самого Курбского» [2].
И вот король Сигизмунд II умер, не оставив наследников.
Художник Ян Матейко. Картина «Смерть Сигизмунда II в Кнышине».
Через месяц грянула разгромная победа над Крымским ханством и Девлет-Гиреем в битве при Молодях. Ее можно назвать победной битвой за Москву эпохи Средневековья. Это событие произвело огромное впечатление на Европу.
На польско-литовский престол претендовали трое: германский император Максимилиан II, французский принц Генрих Анжуйский (Валуа) и русский царь Иван IV или его цесаревичи. Но больше всего пользовалась поддержкой кандидатура Ивана Васильевича. Как пишет историк К. Валишевский, в Польше пошла мода на все московское.
Но Грозный отказался от кажущегося заманчивым предложения.
Н. Черкасов в роли Ивана IV в фильме С. Эйзенштейна «Иван Грозный».
Он прекрасно знал, что хотя польская корона сделана из драгоценного металла и усыпана камнями, не все то золото, что блестит. К. Валишевский приводит следующие сведения:
«Иван не мог себе представить, что он должен хлопотать о голосах польских избирателей и еще оплатить за них...
Если Иван подходит, то пусть Польша и действует, как должно. Пусть является к нему и бьет челом, как все те, которые являются к нему ежедневно просить какой-нибудь милости.
Он говорил, что для него не пример то, что император и король французский присылают подарки избирателям в Варшаву. В действительности в Европе нет государей, которые вели бы свой род от непрерывно царствовавшего дома в течение более 200 лет, кроме потомка римских кесарей и турецкого султана.
Это все знают, и Ивану нет надобности выпрашивать себе милости подобно другим» [3].
Если Иван подходит, то пусть Польша и действует, как должно. Пусть является к нему и бьет челом, как все те, которые являются к нему ежедневно просить какой-нибудь милости.
Он говорил, что для него не пример то, что император и король французский присылают подарки избирателям в Варшаву. В действительности в Европе нет государей, которые вели бы свой род от непрерывно царствовавшего дома в течение более 200 лет, кроме потомка римских кесарей и турецкого султана.
Это все знают, и Ивану нет надобности выпрашивать себе милости подобно другим» [3].
Царь не захотел связываться с поляками, тем более давать взятки, чтобы быть «номинальным королем».
Нужно обратить внимание на политическое устройство Польши.
Речь Посполитая – общее государство обеих народов – польского и литовского, под которыми понималась совокупность представителей шляхетского сословия Королевства Польского и Великого княжества Литовского и Русского.
«Речь Посполитая» на латинском языке – Res Publica, читается как «республика», на польском Rzeczpospolita, где «rzecz» – вещь, «pospolita» – общая, что переводится как «общее дело» или «общая вещь».
Верховная власть принадлежала пожизненно избираемому монарху, носившему единый титул короля польского и великого князя литовского. Но монарх не имел права передачи трона по наследству, издания декретов или указов, противоречащих законам, а также ареста шляхтича без суда. Монарх обязывался править в согласии с королевским советом, состоящим из 18 сенаторов, и не реже двух раз в год был обязан созывать Сейм, без разрешения которого не имел права объявлять войны, мира, даже собирать войско для обороны от напавших врагов, еще не имел права без согласия с Сеймом вводить новые налоги.
Странное положение для короля, не правда ли?
Подданные польского короля жаждали увидеть на польском престоле именно Грозного, видя в нем защитника.
Причины этого приводит Н. М. Пронина:
«Король был слаб. Король был полностью зависим от решений Большого сейма, состоявшего из ясновельможных панов радных, сиречь из той же аристократии. Зависим до такой степени, что без согласия сейма не мог даже собрать ополчение в случае войны.
А принятие решений панамирадой очень часто затягивалось на месяцы и годы, превращаясь в торг за новые «права и вольности».
Все это делало основное население государства практически беззащитным и от внешних вторжений – особенно из соседнего Крыма. Так славная «золотая вольность» оборачивалась хаосом, бедствиями.
И свободолюбивая шляхетская республика все чаще заглядывалась в сторону самодержавной Москвы…
Небывало мощный разгром Крымской орды, учиненный русским государем летом 1572 г., только усилил его авторитет в глазах шляхты. Речь Посполитая готова была немедленно признать Ивана Грозного своим королем» [4].
А принятие решений панамирадой очень часто затягивалось на месяцы и годы, превращаясь в торг за новые «права и вольности».
Все это делало основное население государства практически беззащитным и от внешних вторжений – особенно из соседнего Крыма. Так славная «золотая вольность» оборачивалась хаосом, бедствиями.
И свободолюбивая шляхетская республика все чаще заглядывалась в сторону самодержавной Москвы…
Небывало мощный разгром Крымской орды, учиненный русским государем летом 1572 г., только усилил его авторитет в глазах шляхты. Речь Посполитая готова была немедленно признать Ивана Грозного своим королем» [4].
От царя паны ждали взяток, чтобы они отдали свои голоса за Грозного, а не за французского или немецкого кандидата, но при этом готовили западню.
Н. М. Пронина расшифровывает:
«Фактически, Польша, приглашая на свой трон русского царевича, намеревалась осуществить почти то же самое, что проделала она при объединении с Литвой: взяв в короли великого князя Литовского, она одновременно отторгла от Литвы в свою пользу крупнейшее Киевское воеводство и Волынь.
В случае избрания Федора Россия должна была отдать Речи Посполитой Смоленск, Полоцк с окрестными крепостями и «иные замки и волости».
Наконец, вместе с Федором царю Ивану и наследнику царевичу Ивану Ивановичу надлежало подписать обязательство сохранять все шляхетские вольности и при надобности расширить их (разгул олигархата – Прим. авт.).
Допустить такое Грозный, конечно, не мог.
Ответ его Гарабурде был резким. «Корона мне не новина, а сын мой (Федор) молод, и государством ему править не мочно. Да и не девка он, чтоб за него приданое вам давать» [4].
В случае избрания Федора Россия должна была отдать Речи Посполитой Смоленск, Полоцк с окрестными крепостями и «иные замки и волости».
Наконец, вместе с Федором царю Ивану и наследнику царевичу Ивану Ивановичу надлежало подписать обязательство сохранять все шляхетские вольности и при надобности расширить их (разгул олигархата – Прим. авт.).
Допустить такое Грозный, конечно, не мог.
Ответ его Гарабурде был резким. «Корона мне не новина, а сын мой (Федор) молод, и государством ему править не мочно. Да и не девка он, чтоб за него приданое вам давать» [4].
В фильмах мы слышим фразу «сделать предложение, от которого невозможно отказаться», но мудрый царь сделал такое предложение, чтобы оно стало неприемлемым и паны из рады сами от него отказались – он согласится занять трон, если будет не политический союз, а наследственное владение польским престолом для него и его потомков, свобода для православия в Польше и Великом княжестве Литовском и Русском, никаких уступок Польше со стороны Московской Руси, но возврат Москве города Киева.
Н. М. Пронина пишет:
«Если же таковые условия Речь Посполитую не устраивают, заключал Грозный, то он, отказываясь от польской короны, согласен взять под свою власть одно Литовское княжество и присоединить его к России так же, как оно было присоединено к Польше в результате унии 1569 г. А коль и этот вариант станется нехорош для панов радных, тогда пусть лучше просят короля у «германского цесаря», пусть изберут его сына…
Называя в качестве кандидата на польскую корону австрийского эрцгерцога Эрнеста, русский царь тем самым как бы давал действенный ответ его отцу – германскому императору Максимилиану II, еще в прошлом, 1572 г., приславшему Ивану свою грамоту…
Священная Римская империя германской нации долгие века жаждала заполучить себе земли западной Польши. Заполучить путем их раздела с Россией» [ 4].
Называя в качестве кандидата на польскую корону австрийского эрцгерцога Эрнеста, русский царь тем самым как бы давал действенный ответ его отцу – германскому императору Максимилиану II, еще в прошлом, 1572 г., приславшему Ивану свою грамоту…
Священная Римская империя германской нации долгие века жаждала заполучить себе земли западной Польши. Заполучить путем их раздела с Россией» [ 4].
Это был бы «шах и мат» польской короне.
«В личном письме от 20 ноября 1572 г. Максимилиан II предлагал Ивану IV осуществить уже не частичный, а полный раздел всех польских земель пополам. Так, чтобы в результате оного все этнические польские земли (Великая Польша, Мазовия, Куявия, Силезия) отошли бы к империи, Москва же получила Ливонию и Литовское княжество со всеми его владениями – т. е. Белоруссией, Подляшьем, Украиной. (Что и говорить, при цесарском дворе не хуже, чем в кремлевских палатах, хорошо помнили, какие громадные территории были некогда отторгнуты соседями от исторической Руси).
Иными словами, у Ивана появилась удачная возможность без войн и без опереточных «выборов в короли» вернуть Московскому царству земли, утраченные прежними Рюриковичами. Соглашение было заключено. Царь принял решение поддержать предложение императора.
Слухи об этом договоре вызвали настоящую панику в Речи Посполитой и заставили вельможную знать поторопиться с выборами короля. В 1573 г. им стал французский принц Генрих Валуа» [4].
Иными словами, у Ивана появилась удачная возможность без войн и без опереточных «выборов в короли» вернуть Московскому царству земли, утраченные прежними Рюриковичами. Соглашение было заключено. Царь принял решение поддержать предложение императора.
Слухи об этом договоре вызвали настоящую панику в Речи Посполитой и заставили вельможную знать поторопиться с выборами короля. В 1573 г. им стал французский принц Генрих Валуа» [4].
Казалось бы, поляки получили «благородного» француза, но очень скоро польский трон вновь опустел.
Между поляками и французом воспламенела взаимная ненависть с первого взгляда.
Генриху Валуа с поляками было скучно, польского языка он не знал, а учить не желал. Поляки посчитали, что он ленив и глуп. Вот как описывается его пребывание в Польше: «…его поведение стало одним сплошным разочарованием. Генрих не заботился о делах правления и проводил свое время в обществе представительниц прекрасного пола и многочисленных французов, которых он, к великой досаде поляков, привез с собой» [5].
Генрих Валуа получил письмо, из которого узнал, что умер его брат – французский король Карл IX. Однажды вор Курбский бежал в Польшу, прихватив не только свое, но и ворованное золото, ровно так же, но от панов, прихватив польское золото, бежал и Генрих Валуа, чтобы стать новым французским королем. И поляки, уже большим числом, стали вновь обращать свои взоры к Грозному.
Художник Лукас Кранах Младший. Портрет польского короля Сигизмунда II Августа.
Но тут в дело вмешался османский султан. Польский историк К. Валишевский приводит следующее:
«… в сентябре 1575 года турецкий султан со своей стороны высказался против кандидатуры Ивана. Он советовал избрать Батория и для подкрепления своей рекомендации двинул к Польше 120 000 татар. В Варшаве царила паника» [6].
Перед поляками стоял выбор: «Жизнь или Баторий»?
12 декабря 1575 года значительная часть польской аристократии (сената) отдали свои голоса за германского императора Максимилиана II Габсбурга. За венгра Батория через два дня 15 декабря 1575 года проголосовала оставшаяся меньшая часть избирательного сейма. Оба были провозглашены монархами и оба получили приглашение, никто от предложения не отказался.
То пусто, то густо на польском престоле. Дерзкий венгр присягнул польскому дворянству, поехал в Краков и короновался. Но так как его поддержало меньшинство, он два года (1576 и 1577 годы) подавлял сопротивление сторонников Максимилиана II. Огонь из пушек обрушил на город Данциг (Гданьск). Эти действия показывали, что от такого короля не стоило ждать чего-нибудь хорошего как своим, так и русским.
В игре за польский престол принимала участия Римская католическая церковь. Внешне она способствовала тому, чтобы на польском престоле воцарился Максимилиан II. Вскоре умирает немецкий король, и его сын становится претендентом на польский престол. Ватикан его короновал, он стал Рудольфом II, королем Германии, избран императором Священной Римской империи, получил номинальный титул короля римлян.
Римский папа не хотел в Европе усиления Габсбургов. Папство и европейские монархи преследовали цель – именно Баторий должен стать королем. Им нужен был новый европейский фюрер Средневековья, предшественник Гитлера, который поведет европейские народы против русских и связанных с ними народов.
Но Грозный победил еврорейх, одержал информационную и военную победу в «Сталинградской битве Средневековья», которая была завоевана во Пскове.
Список литературы:
[1] Шамбаров В. Е. «Царь грозной Руси» Электронное издание книги.
[2] Мазуров В. А. Правда и ложь об Иоанне Грозном. 2018. С. 55.
[3] Валишевский К. Иван Грозный. Исторический очерк. 1993. С. 193–194.
[4] Пронина Н. М. Иван Грозный без лжи. Мученик власти. 2013.
[5] Иван Грозный и иезуиты: миссия Антонио Поссевино в Москве. 2005. С. 16.
[6] Валишевский К. Иван Грозный. Исторический очерк. 1993. С. 197.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
