Кто вы, сэр Лонсдейл? Мертвый сезон разведчика-нелегала Конона Молодого
23 марта 1961 года в Лондоне завершился судебный процесс по "портлендскому делу", основным из действующих лиц которого являлся крупный канадский бизнесмен Гордон Лонсдейл, получивший в свое время от королевы Великобритании титул сэра. Приговор был 25 лет тюрьмы.
В те времена его имя не сходило с первых полос английских и американских газет. Но только спустя много лет стало известно, что под этим именем в Англии работал кадровый советский разведчик-нелегал полковник Конон Трофимович Молодый (оперативный псевдоним — "Бен"). С 1955 по 1961 год он возглавлял в этой стране нелегальную резидентуру. Но все же большинство о нем знают из знаменитого советского художественного фильма, вышедшего на экраны 6 декабря 1968 года. Двухсерийный детектив "Мертвый сезон" стал настоящей бомбой в прокате и самой первой картиной, рассказывающей о деятельности советской разведки в годы холодной войны. Именно Молодый послужил прототипом разведчика-нелегала Константина Ладейникова (он же сэр Лонсдейл). Он консультировал известного актера Донатаса Баниониса, сыгравшего в этой картине главную роль, и даже считал, что внешне они чем-то похожи.
Разведчиками не рождаются…
Молодый родился 17 января 1922 года в Москве в семье научных работников. Отец преподавал в Московском государственном университете и Московском высшем техническом училище, заведовал также сектором научной периодики в Госиздате. Мать — хирург общего профиля, во время Великой Отечественной — ведущий хирург эвакогоспиталя, после войны была профессором Научно-исследовательского института протезирования.
Мужское имя Конон в переводе с древнегреческого языка означает "трудящийся", а еще на полуострове Камчатка так называется река, впадающая в Охотское море. Примечательно, что дед Молодого в конце XIX века жил на Камчатке, где занимался торговлей пушниной.
В 1932 году Конон с матерью переезжают в США, правда изначально были проблемы с выездом. Помог тогда заместитель председателя Объединенного государственного политического управления Генрих Ягода, который ранее курировал науку и, возможно, хорошо знал отца мальчика. По его указанию была переделана метрика. Но почему в действительности Ягода принял участие в судьбе Молодого, остается тайной.
В Штатах Конон в совершенстве овладел английским языком, а также близко познакомился с немецким и французским. Отлично изучил быт и нравы Северной Америки. Много путешествовал по Калифорнии, неоднократно бывал в Нью-Йорке, посещал Англию и Францию. В 1938-м вернулся в Москву и продолжил учебу в средней школе. В октябре 1940-го был призван на службу в РККА, во время войны служил во фронтовой разведке.
Позже известный советский журналист-международник Леонид Колосов, учившийся вместе с Молодым в институте и друживший с ним, вспоминал, что у Конона была типичная внешность разведчика — маловыразительная и неприметная. "Он человек без особых примет. Все у него как бы среднее: рост, телосложение, полнота, нос, глаза... Внешность его лишена каких-либо ярких национальных черт. Он легко может сойти и за англичанина, и за скандинава, равно как и за немца, славянина или даже француза", — говорил он.
"Биография разведчика, а тем паче разведчика-нелегала — субстанция весьма сложная, — рассказывал в конце 1960-х годов сам Молодый в беседе с журналистами. — Моя легенда стала и обязана была стать моей жизнью настолько, чтобы никакие случайности и "детекторы лжи" не могли бы меня уличить ни во время бодрствования, ни во время сна".
В 1954-м Конон нелегально был выведен в Канаду, а затем с документами на имя канадского бизнесмена Гордона Лонсдейла переехал в Англию, где возглавил нелегальную резидентуру. В то время ставились задачи добывания документальных материалов по важнейшим открытиям и военным изобретениям в области атомной энергии, реактивной техники, радиолокации и образцов новейшей техники.
В Лондоне Молодого свели со связниками-радистами Моррисом и Леонтиной Коэнами (оперативные псевдонимы — Питер и Хелен Крогеры).
На начальном этапе он был представлен им как разведчик-нелегал Арни, недавно вернувшийся из Канады. Они передали ему большой опыт разведывательной работы, натаскали по-английски. Из "Очерков истории российской внешней разведки": "Убежденные интернационалисты, Коэны внесли свой значительный вклад в установление ядерного паритета и делали все возможное, чтобы холодная война не переросла в "горячую".
Основной же задачей супружеской пары являлось обеспечение надежной радиосвязи нелегальной резидентуры с Центром. Крогеры удачно арендовали загородный дом недалеко от Лондона в местечке Руислип и оборудовали в нем радиоквартиру. Лонсдейл (Молодый) принимал в этом самое непосредственное участие.
"Вкус" английского пива
По первоначальной легенде, разведчик прибыл в Англию для учебы в Лондонском университете, успешно сдал экзамены и был зачислен студентом на восточный факультет. Было известно, что там функционировала группа "переростков", в которой негласно проходили обучение редким языкам сотрудники МИД, офицеры английской и американской разведок, которым предстояло работать в странах Востока. В задачу "Бена" входило выявление из числа студентов сотрудников западных спецслужб, сбор анкетных данных и изучение их личных качеств.
Помогла смекалка — англичане очень любили пить пиво. В процессе каждодневного посещения пивной Молодый многое узнавал о своих однокурсниках и сумел завязать отношения почти со всеми. А его хобби было фотографирование, поэтому легко удалось сделать снимки всех лиц.
Однако у "Бена" были и другие задачи. В 1955-м он стал компаньоном владельца фабрики по производству автоматов для продажи жевательной резинки. Как бизнесмен много ездил по странам Европы, где заключал контракты, однако в реальности он создавал агентурную сеть.
"Бен" оказался талантливым предпринимателем — уже через пару лет стал состоятельным человеком, что позволило ему завязать новые знакомства. Кстати сказать, зарабатываемых денег ему вполне хватало на то, чтобы обеспечивать свое безбедное существование и расходовать средства на оперативные нужды, в частности на агентуру. "Маска миллионера давала мне, казалось бы, право на роскошную жизнь, но я правом этим пользовался сдержанно и ровно настолько, чтобы не быть среди миллионеров белой вороной. Трезвость ума, выдержанность, самоконтроль — три наших кита", — вспоминал впоследствии Молодый.
"Шах" и "Ася"
Надо отметить, что его резидентура в течение пяти лет успешно добывала весьма ценную секретную информацию из адмиралтейства Великобритании и Военно-морских сил НАТО, касающуюся, в частности, английских программ разработки вооружений, в том числе ракетного.
Активизация работы по данной теме произошла после того, как резидентура приняла на связь ценного источника Гарри Хаутона (оперативный псевдоним — "Шах"). Он был заведующим отделом гражданских служащих военно-морской базы в Портленде, где располагался секретный Королевский научно-исследовательский центр ВМС. Кстати, в контакт с "Шахом" "Бен" вступил под именем Алека Джонсона — капитана второго ранга ВМС США, подчеркнув, что является куратором совместных с англичанами военно-морских проектов. Так Советский Союз получил доступ к секретным документам ВМС Великобритании.
В начале 1959 года с помощью Хаутона также был приобретен новый источник информации по "морской" линии — Этель Элизабет Джи (оперативный псевдоним — "Ася"). Она находилась на государственной службе в Портлендском центре, имела доступ практически ко всем секретным документам и могла свободно снимать с них копии. Джи охотно согласилась сотрудничать за хорошую оплату.
Как потом писала одна английская газета со ссылкой на высказывание крупного военного деятеля, в британском военно-морском ведомстве не осталось секретов, которые не были бы известны советской разведке. В их числе — материалы по атомной подводной лодке Dreadnought, гидроакустическим станциям и локаторам, гидроакустическим средствам противолодочной обороны.
В интервью газете "Московский комсомолец" ветеран внешней разведки Василий Дождалев, который лично работал с "Беном", вспоминал: "Думаю, Москва знала о подводном флоте Великобритании не меньше, чем сама королева Елизавета. Полученные данные направляли в институты, в конструкторские бюро, активно внедряли в жизнь. Скажем, целая серия наших эхолотов (гидролокатор, устройство для исследования рельефа дна — прим. ТАСС) была сделана на основе английских".
Как правило, получив материалы, "Бен" оставлял агента в городе (в каком-нибудь ресторане), а сам сразу же отвозил документы Крогерам (Коэнам), которые их фотографировали. Подлинники возвращались агенту, а Крогеры тем временем проявляли пленки. Затем они печатались и переводились в десятки микроточек, каждая из которых подклеивалась в книги или журналы, а то и под марки на конвертах для отправки в Центр.
Солсбери под прицелом "Бена"
В конце 1958 года на связь Молодому был передан важный источник "К". Помимо военно-морской проблематики нелегальная резидентура вела активную работу по объектам в городе Портоне (рядом с городом Солсбери), где находился Центр по изучению биологических методов ведения войны. Еще в годы Первой мировой там разрабатывали химическое оружие, а 1950-е — биологическое.
По имеющимся у Москвы данным, с 1945 года там работали гитлеровские ученые и специалисты. "Бену" ставилась задача обратить внимание на получение информации о создании ими "особо смертоносного вещества, 200 граммов которого достаточно для того, чтобы умертвить население земного шара".
"Кто я в чужой стране, как вы думаете? Враг? Ни в коем случае! — говорил впоследствии Молодый. — Тот смысл, который вкладывается в обычное понятие "шпион", ко мне не относится. Я разведчик!"
Вскоре в резидентуре были собраны подробные досье на многих сотрудников Портонского центра и даже удалось заполучить штаммы смертоносных бактерий. Кроме того, имелась подробная информация, относящаяся к разработкам газа CS, который американцы использовали во время войны во Вьетнаме. За успешную работу с Коэнами в 1960 году Молодый ходатайствовал в Центр о предоставлении им советского гражданства. Москва одобрила.
Предательство "Снайпера"
В 1960 году Молодый попал в поле зрения местной контрразведки. Англичане пасли резидентуру семь месяцев, действуя очень уверенно.
Непосредственно накануне Нового года Лонсдейл сумел предупредить Крогеров (Коэнов) об опасности. Он сообщил супругам о временном свертывании разведывательной работы по причине очевидно ведущейся за ним слежки.
В одном из донесений сотрудников наружного наблюдения генеральному директору MI5 сообщалось: "Сотрудниками Скотленд-Ярда зафиксирована подозрительная встреча Хаутона ("Шаха") на Ватерлоо-роуд с неизвестным лицом, которому он передал пакет в целлофановой сумке, а в обмен получил конверт размером 4х3 дюйма. Связь Хаутона была взята нами под наблюдение. Впоследствии было установлено: неизвестным лицом является сэр Гордон Арнольд Лонсдейл — крупный бизнесмен, один из директоров фирмы "Мастер Свитч и компаньоны", владелец богатой загородной виллы и около десятка личных номеров в лучших отелях Лондона. Лонсдейл — миллионер, пользуется услугами отделения Мидленд Банка на Грейт-Портленд-стрит с правом получения любых кредитов. Имеет персональную ложу в крупнейшем концертном зале Лондона Альберт-холл. Титул "сэр" ему пожалован лично Ее Величеством королевой за то, что он "прославил Великобританию на международной выставке в Брюсселе".
К этому времени уже были взяты "Шах" и "Ася". Под давлением они согласились сдать своего "хозяина" в обмен на смягчение приговора. На встречу с Лонсдейлом 7 января 1961-го они прибыли вместе, и в момент передачи ему секретных материалов (сведения о военных кораблях и чертежи конструкций узлов атомной подлодки) его взяли английские спецслужбы. Двумя часами позже была проведена операция по аресту супругов Крогер и взята вся их спецаппаратура на конспиративной квартире. Впоследствии их приговорили к 20 годам тюремного заключения, но в 1969-м обменяли на арестованного в СССР агента английской разведки MI5 Джералда Брука.
Однако все усилия MI5 выявить других агентов "Бена" успехом не увенчались — его разведывательное мастерство, мужество и стойкость обеспечили сохранение большей части английской резидентуры. "Истинная драматургия нашей работы заключается не в таинственной атрибутике, а в чрезвычайно опасной сути всей нашей деятельности за границей, поскольку все мы знаем, что если провал, пощады нам не будет", — говорил Молодый.
Надо отметить, что весь провал произошел еще и в результате предательства одного из руководящих сотрудников польской разведки полковника Михаила Голеневского (оперативный псевдоним — "Снайпер"), который бежал в США и сообщил американским спецслужбам известные ему сведения относительно деятельности советской разведки в Великобритании. Перебежчику американцы дали высокую должность в ЦРУ.
Предательство "Снайпера" нанесло советской внешней разведке огромный урон, который привел к провалу нелегальной резидентуры в Англии и потере важных для нас позиций в британской внешней разведке MI6, которые занимал тогда другой наш разведчик — Джордж Блейк. Кроме того, был арестован еще один советский агент — Хайнц Фёльфе, благодаря которому на протяжении свыше десяти лет все секреты разведки ФРГ становились известны Лубянке.
Тайный резидент
В 1964-м было достигнуто соглашение об обмене Гордона Лонсдейла на сотрудника английской секретной службы MI6 Гревилла Винна, который был приговорен в Москве к восьми годам лишения свободы. 22 апреля в 5:30 утра на КПП Штаакен, который располагался на внешнем обводе Западного Берлина по дороге №5, состоялся знаменитый обмен. Эта сцена хорошо была показана в фильме "Мертвый сезон". Обмен прошел без происшествий и без посторонних зрителей, так как дорога была перекрыта.
В 1964–1970 годах Молодый работал в Москве — в центральном аппарате внешней разведки. Что касается Хаутона ("Шах") и Джи ("Ася"), то в 1970 году они были освобождены и вскоре поженились.
В книге "Разведчик "Мертвого сезона" писатель Валерий Аграновский вспоминал: "За несколько дней до смерти, словно чувствуя ее приближение, Конон сказал жене в минуту редкого для разведчика откровения: "Знаешь, Галя, если бы мне сейчас дали задание и документы, я, несмотря на все пережитое, опять поехал бы в какую-нибудь страну, но с моих пальцев, Галя, там уже взяли отпечатки..."
Полковник Молодый скоропостижно скончался в Подмосковье от инсульта 9 октября 1970 года. За достигнутые результаты в разведывательной деятельности Конон Трофимович был награжден орденами Красного Знамени и Трудового Красного Знамени, Отечественной войны I и II степени, Красной Звезды, многими медалями, в том числе "За отвагу" и "За боевые заслуги", а также нагрудными знаками "Почетный сотрудник органов безопасности" и "Отличный разведчик", которым, кстати, очень гордился до конца жизни.
Роман Азанов
В материале использованы фрагменты из книги Владимира Антонова "Конон Молодый" (издательство "Молодая гвардия", 2018 год)
