Мы его никогда не забудем. Косовары благодарны «албанскому Сталину»

Что выгодно Западу

Крайности, как известно, имеют склонность сходиться. Поэтому и не удивительно, хотя на первый взгляд и парадоксально, что в «независимом» от Сербии Косово уже пять лет существует улица имени Энвера Ходжа (1908ꟷ1985) — «Албанского Сталина». Он руководил этой страной в 1947ꟷ1985 годах.

Но, с другой стороны — ультра-коммунистическая Албания ведь неизменно поддерживала сепаратистов-косоваров, этих антикоммунистов до мозга костей. Это было обусловлено неким «пактом взаимопонимания» между Западом и Тираной, обособившейся от просоветского соцлагеря, а с конца 70-х годов — и от КНР.

Такой развод в коммунистических рядах, разумеется, был выгоден Западу, потому и отказавшемуся сменить сталинистский режим в этой стране. И, тем более, не заинтересованному в поглощении Албании Югославией. «Неосталинская» Тирана была среди рычагов давления (опять же) Запада на чрезмерную активность Белграда на Балканах.


Если быть абсолютно точными, в 2015 году на 107-летие Энвера Ходжи (16 октября) в его честь назвали улицу в косовском городе Варос — между Приштиной и Качаником.

Этому предшествовало ходатайство местных жителей и поддержавших эту инициативу местных властей. В Приштине согласились. А на митинге в Варосе в честь переименования этой улицы эмиссары из Приштины отмечали, что Албания, несмотря на сталинистские убеждения вплоть до начала 90-х, тем не менее помогала борьбе косоваров за независимость.

Пока мы не едины

При этом Тирана не ставила вопрос об объединении Косово с Албанией, учитывая очевидную несхожесть идеологии Тираны и косовских повстанцев. Что же, такие оценки вполне объективны.

Ещё к концу 1950-х – началу 1960-х годов нелегальное движение за объединение «этнических албанских земель» приняло организованную форму. В 1961 году в косовском крае (Косово было краевой автономией в составе Сербии) — в его горном приграничье с Албанией было учреждено «Революционное движение за объединение албанцев».

Только позже ꟷ с 1969 года оно стало называться (без революционного атрибута) как «Национальное движение за освобождение Косова и других албанских земель». В уставе движения было записано:


Но, по имеющимся данным, Тирана, содействуя созданию такого движения, отнюдь не приветствовала идею объединения. Албанское руководство смущало то, что «проалбанско-сталинистский» сегмент в этом движении был едва ли не мизерным.

В результате, возникала опасность, что в объединенной Албании власть вполне могла перейти к косоварам, а это уже грозило ликвидацией в стране сталинистского режима.

Но сталинистом быть обязан

При этом албанское руководство полагало (и вполне резонно), что, во-первых, Запад не стремится сменить режим в Албании. Ибо она вконец рассорилась с СССР и его союзниками, удалив базу советского ВМФ во Влёре и выйдя из Варшавского Договора (1961ꟷ1968 гг.).


К тому же, Тирана еще и поддерживала по всему миру (при финансовом и идеологическом участии КНР) конфликтующие с КПСС сталинско-маоистские компартии. А во-вторых — если и имела место угроза албанскому режиму, то сугубо от титовской Югославии. И, чтобы упредить эту угрозу, следует поддерживать даже некоммунистических сепаратистов в Косово.

Так считали на Западе. Так и делалось в 60-х — 80-х годах минувшего века. При этом заметим, что в отношении Запада Тирана была права: достаточно сказать, что из соцстран только на Албанию не вещали «Радио Свободная Европа», «Голос Америки», Би-Би-Си, «Немецкая волна».

Такой политический расклад, как и растущую помощь разведки ФРГ («ВND») сепаратистам по всей СФРЮ, учитывали в Белграде. Хотя уже с начала 60-х годов косовские сепаратисты действовали весьма агрессивно: устраивали провокации и диверсии, оскверняли православные памятники, запугивали православное население и т.п.

В Белграде всё спокойно

Но для официального Белграда этих проблем словно не существовало. А те югославские политологи или СМИ, которые осмеливались открыто обсуждать и осуждать антисербскую деятельность косоваров (а фактически, властей Албании и ФРГ) — обвинялись в пособничестве «сербским националистам».

Случалось, что даже клеймились (с одновременными арестами или, как минимум, с изоляцией) «врагами братства и единства» – то есть официальной идеологии Социалистической федеративной Югославии (СФРЮ). Словом, Белград откровенно не стремился провоцировать Тирану.



В результате, в конце 1960-х годов в крае было разрешено даже использование национальных символов Албании. Были созданы условия для максимального экономического и культурного сотрудничества края с Тираной. Но эти «достижения» лишь придавали силы националистам.

Как следствие, в 1962ꟷ1981 гг., по официальной статистике СФРЮ, из Косова были вынуждены уехать свыше 92 тыс. сербов, 20,5 тыс. черногорцев и практически все местные греки и македонцы (в целом около 30 тыс. человек).

Иными словами, чем больше преференций получал край, тем более агрессивным становилось поведение албанцев. Союзный секретарь по внутренним делам СФРЮ Ф. Херлевич заявил в конце 1981 года, что в период с 1974 до начала 1981 органами безопасности



Тирана официально это обвинение не опровергала. Следовательно, имелась смычка Тираны с «BND» в отношении Косово?

Промедление смерти подобно

Тем временем, в марте 1981 года в крае вспыхнуло широкомасштабное восстание косоваров. Кстати, примерно в то же время резко активизировалась финансируемая Западом оппозиция («Солидарность») в Польше.

Совпадение по времени «вряд ли случайно. Но в данном контексте важно и другое: Тирана официально высказала поддержку сепаратистскому движению и официально осудила политику СФРЮ в отношении албанцев Косова. В апреле 1981 года ситуацию удалось взять под контроль, но силовое подавление лишь отсрочило решающую битву за отделение Косова. (Подробно об этом рассказано в докладе МГИМО «Албанский фактор дестабилизации Западных Балкан: сценарный подход» 2018 года).

По ряду данных, перспективы Косово обсуждались уже в ходе официального визита известного реваншиста, главы западногерманского ХДС/ХСС Франца-Йозефа Штрауса в Тирану 21ꟷ22 августа 1984 года. В ходе визита затрагивались и вопросы финансово-экономического сотрудничества. Не слишком афишируется, что ФРГ и некоторые другие страны НАТО в 70-х — 80-х годах закупали в Албании по завышенным ценам хромовую, кобальтовую, медную, свинцово-цинковую и никелевую руды или их полуфабрикаты.

Немецкая «волна»

Это стало важнейшей «подпиткой» Тираны в контексте её разрыва с СССР, а с 1978 года — и с КНР. При этом сам Энвер Ходжа «предусмотрительно» не встретился со Штраусом, которого очень многие называли «некоронованным королём Баварии» (на фото). Но западногерманская поддержка косоваров со второй половины 1980-х годов стала куда более активной и почти легальной.


Наконец, в 1987 году были установлены дипломатические отношения между ФРГ и тогда еще сталинистской Албанией. Но только в 2018 году Ф-Й.Штраус был посмертно награжден Орденом национального флага Албании, а его имя с того же года присвоено площади в Тиране (бывшая площадь «7 ноября»).

Очевидно, что хитросплетения балканской и общемировой политики предопределяли, как минимум, экономическую поддержку Западом тогдашней Албании. А её власти (в сложившихся «полублокадных» условиях) не могли не взаимодействовать с Западом (по крайней мере, с ФРГ) в поддержке сепаратистов-косоваров.

И этому прямо способствовали, повторим, постоянные опасения Тираны, что СФРЮ (с помощью дружественного Белграду «послесталинского» СССР») поглотит Албанию. Тем более, что такие попытки Тито действительно предпринимал в середине 40-х — начале 50-х годов.

Но это, как известно, пресекал лично Сталин.

Согласитесь, в таком контексте назвать улицу в одном из городов Косово именем Энвера Ходжи – «последнего сталиниста» – вполне логично.