Карманные авианосцы в охоте на цеппелин

В августе 1918 года британский флот провел уникальную операцию, ставшую первой в истории успешной охотой на дирижабль с палубы импровизированного авианосца. Истребитель «Сопвич Кэмел», стартовавший с буксируемого эсминцем лихтера, уничтожил немецкий цеппелин L.53, доказав жизнеспособность концепции мобильного авианосца для легких сил флота.

От летающих лодок к палубным истребителям

К 1918 году Королевский флот уже использовал буксируемые лихтеры как мобильные базы для летающих лодок, расширяя их радиус действия. Однако необходимость борьбы с немецкими цеппелинами, проводившими разведку и бомбардировки в Северном море, потребовала более радикального решения. Идея принадлежала полковнику Чарльзу Сэмсону, пионеру морской авиации, предложившему разместить на лихтере истребитель для дальнего перехвата.

Конструкция «Кэмел-лихтера»

Первый прототип, созданный на базе лихтера H.3, потерпел неудачу: из-за ошибок в конструкции взлетной рампы самолет сошел с направляющих и был разрушен. Сэмсон и его соратник, подполковник Генри Бастид, не сдались. Вторая версия получила полноценную Т-образную взлетную палубу, установленную на сваях для компенсации подъема носа лихтера на скорости. Для подъема приводнившегося самолета на борт установили складной кран.

Была разработана детальная инструкция, регламентирующая действия экипажа из восьми человек, порядок буксировки, взлета и посадки. Ключевым условием успешного старта была скорость буксировки эсминцем не менее 30 узлов строго против ветра.

Боевое крещение: охота на L.53

Испытания усовершенствованного лихтера прошли успешно 31 июля 1918 года. Уже 11 августа система была опробована в реальном бою в рамках операции Гарвичских сил в Гельголандской бухте. Лихтер с истребителем «Сопвич Кэмел» (борт N6812) буксировал эсминец «Редаут». Пилотировал машину лейтенант Стюарт Калли.

После обнаружения цеппелина L.53 эсминец развернулся против ветра и набрал скорость. Калли стартовал и, следуя тактике Сэмсона, начал набор высоты, стараясь занять позицию с востока от цели. Немецкий дирижабль, заметив угрозу, также стал набирать высоту. Несмотря на то что практический потолок «Кэмела» был ниже, чем у новейшего цеппелина, тактический расчет оправдался. На высоте около 19 000 футов Калли пошел на сближение на встречных курсах и с дистанции 90 метров открыл огонь из двух крыльевых пулеметов «Льюис». Один из них почти сразу заклинило, но второй выпустил всю ленту. Пули попали в цель, и через несколько секунд дирижабль вспыхнул и рухнул в море.

Итоги операции и дальнейшая судьба проекта

После уничтожения цели Калли с трудом нашел свои корабли и совершил успешное приводнение. Его истребитель был поднят на борт лихтера. За этот подвиг лейтенант был награжден орденом «За выдающиеся заслуги». Успех операции, однако, был омрачен провалом основной части рейда — атаки торпедных катеров, которые были перехвачены и разгромлены немецкой авиацией.

Уничтожение L.53 привело к прекращению регулярных патрульных полетов немецких дирижаблей, что, по иронии судьбы, лишило «Кэмел-лихтеры» их главной цели. Несмотря на это, флот заказал переоборудование еще 12 таких носителей. Последняя крупная операция с их участием в октябре 1918 года закончилась безрезультатно из-за плохой погоды и технических неполадок.

Разработка буксируемых авианосцев велась в рамках поиска способов интеграции авиации с легкими силами флота, не имевшими полноценных авианосцев. Альтернативные проекты, такие как установка взлетных платформ непосредственно на эсминцы, были признаны менее эффективными. К концу войны рассматривались даже планы создания крупных лихтеров для бомбардировщиков, но перемирие положило конец этим амбициозным проектам.

«Кэмел-лихтеры» остались в истории как остроумное, хоть и ограниченное по применению, техническое решение. Они продемонстрировали принципиальную возможность развертывания истребительной авиации там, где это ранее считалось невозможным, предвосхитив будущее развитие авианесущих кораблей для различных классов флота. Их боевой дебют, хоть и единичный, оказал стратегическое влияние, фактически поставив крест на разведывательном использовании немецких цеппелинов над морем в последние месяцы войны.