Но и относительно истории боевых действий им «есть что сказать». Вот, например, что можно прочесть в работе литовского историка Петраса Станкераса «Литовские полицейские батальоны. 1941-1945 гг.» относительно Сталинградской битвы: «Особенно тяжелые испытания выпали на долю 7-го литовского батальона, которым командовал капитан Йонас Семашка.
В 1942 г. он охранял на Украине от нападений советских партизан дороги, а в начале 1943 г. вместе с группировкой генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса попал в Сталинградский котел. Батальон храбро сражался на фронте, однако было ясно, что армия Ф. Паулюса обречена и из окружения не вырвется. Командир батальона решил со своими бойцами совершить экстраординарный поступок.
Получив разрешение от начальника штаба окруженной группировки генерал-лейтенанта Артура Шмидта (Arthur Schmidt), капитан И. Семашка со своими бойцами преодолел три линии окружения и вырвался из Сталинградского котла. Через некоторое время литовцы встретились с частями генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна (Erich von Manstein). За этот подвиг командир батальона капитан И. Семашка был произведен в майоры и награжден Железным крестом. В марте батальон был послан в тыловой транзитный IV лагерь группы армии «Север», а в июне возвращен в Литву».
Кто сумеет понять – а как можно было попасть в начале 1943 года в Сталинградский котел? Ведь кольцо окружения вокруг 6-й армии Паулюса сомкнулось 23 ноября 1942 года. Неужели же 7-й литовский батальон в начале 1943 года летчики Геринга додумались в Сталинград перевозить, вместо продовольствия, медикаментов и боеприпасов?
Еще более загадочно выглядит упомянутое звание Паулюса - генерал-фельдмаршал. Паулюсу Гитлер его присвоил почти в финале Сталинградской битвы, 30 января 1943 года. Это был чрезвычайно «деликатный» намек – в таком чине неудобно как-то в плен к русским сдаваться, надо бы застрелиться, дорогой генерал-фельдмаршал Паулюс.
Но совсем уж сногсшибательным выглядит решение командира батальона литовских полицаев «со своими бойцами совершить экстраординарный поступок».
Прорваться из Сталинградского котла, да еще целым батальоном – это действительно «экстраординарный поступок». Вот только совершенно непонятно - а как это он остался совершенно незамеченным?
Максим Кустов
Окончание следует
