Планирование КГБ СССР спецопераций по ликвидации главы Афганистана Х. Амина

К декабрю 1979 года судьба Афганистана решалась не в Кабуле, а в кабинетах Кремля. Хафизулла Амин, захвативший власть в результате переворота и развязавший кровавый террор, стал не просто неудобным союзником — он превратился в мину замедленного действия. Советское руководство приняло решение: лидера, чья жестокость и неуправляемость грозили потерей стратегического союзника, необходимо устранить. Однако, как показали дальнейшие события, «афганский сценарий» оказался полон фатальных просчетов и трагических случайностей.

Жестокость как приговор: почему Амина решили убрать

Пришедший к власти в результате государственного переворота, Амин избрал единственным методом управления массовые репрессии. К ноябрю 1979 года социальная база Апрельской революции была уничтожена, в стране полыхала гражданская война. Главный страх Москвы заключался в том, что стихийный приход к власти нового лидера может привести к смене курса и союзу с США. Просьбы советского правительства смягчить режим восточный правитель-самодур игнорировал, чем и запустил механизм собственной гибели.

Первая попытка устранить Амина планировалась КГБ еще при жизни его предшественника Нур Мохаммада Тараки. Засада на пути в аэропорт 12 сентября провалилась — Амин поехал другой дорогой. Следующее покушение, 14 сентября, также не удалось: в перестрелке при входе в резиденцию Тараки погиб подполковник Тарун, но сам Амин остался невредим. Ответная реакция была молниеносной: верные Амину войска блокировали резиденцию Тараки, а сам экс-лидер в начале октября был задушен по приказу нового генсека.

«Агент ЦРУ» или жертва интриг: версия, оправдавшая вторжение

В октябре-ноябре 1979 года по линии КГБ начала поступать оперативная информация о возможной переориентации Амина на США и КНР. Сообщалось о его контактах с американским поверенным в Кабуле. Однако эта версия вступает в прямое противоречие с реальными действиями афганского лидера. После убийства Тараки Амин трижды в ноябре и декабре 1979 года обращался к СССР с настойчивыми просьбами ввести войска. Он просил направить батальон для личной охраны, усиленный полк для борьбы с мятежниками и предлагал разместить советские гарнизоны в стратегически важных пунктах. Такое поведение абсолютно нехарактерно для главы государства, вынашивающего планы разрыва с Москвой.

По свидетельству начальника нелегальной разведки Юрия Дроздова, Амин не только окружил себя советскими советниками, но и полностью доверял врачам из России, надеясь в конечном итоге на наши войска. Вывод напрашивается сам собой: версия о сотрудничестве Амина с ЦРУ была, скорее всего, искусственно создана для морального оправдания решения о его убийстве. Удобным инструментом в этой игре стал Бабрак Кармаль, давний конкурент Амина, находившийся в эмиграции в СССР и рвущийся к власти.

Провал «тихой» операции: отравление, которое пошло не по плану

Первоначально переворот планировался на 14 декабря силами 154-го отдельного отряда спецназа ГРУ («мусульманский батальон»). Однако план, разработанный КГБ, оказался невыполнимым из-за недостатка сил. Шансы отряда дойти до Кабула, преодолев многочисленные заслоны афганской армии, были близки к нулю. Операцию отменили, а Бабрака Кармаля с командой вернули в СССР.

Тогда КГБ сделал ставку на проверенный восточный метод — яд. Днем 27 декабря Амин устроил званый обед во дворце Тадж-Бек. В разгар трапезы генсек и многие гости потеряли сознание. Признаки сильного пищевого отравления были очевидны. Казалось, план сработал. Но тут вмешался роковой просчет: организаторы не учли, что охрана немедленно вызовет советских врачей, которым Амин безоговорочно доверял.

Прибывшие полковники Кузнеченков и Алексеев, не подозревая о планах спецслужб, начали спасать главу «дружественного государства». Промывание желудка, капельницы, уколы — к 19 часам жизнь Амина была вне опасности. Врачи вздохнули с облегчением, но ошиблись. Жить Хафизулле оставалось менее часа. За окнами дворца уже набирал силу шторм под кодовым названием «Шторм-333», который должен был смести и самого Амина, и его охрану.

Попытка «тихой» замены лидера провалилась. Судьба Афганистана решалась теперь не ядом, а свинцом и огнем.