«Отступать настолько медленно, насколько это возможно»
Гибель вице-адмирала Степана Макарова на броненосце «Петропавловск» 13 апреля 1904 года стала не просто трагедией русского флота, а точкой невозврата в Русско-японской войне. Взрыв на мине у входа в гавань Порт-Артура уничтожил не только флагманский корабль, но и единственного командующего, способного переломить ход боевых действий на море. После этой потери инициатива окончательно перешла к адмиралу Того, а русская эскадра оказалась запертой в собственной базе.
Провал «божественной» блокады и гибель флагмана
После неудачной бомбардировки 22 марта, когда японский броненосец «Фудзи» получил тяжелое попадание 305-мм снарядом, Того сделал ставку на минную войну. Попытка заблокировать выход из бухты старыми судами-камикадзе провалилась: русские миноносцы «Сильный» и «Решительный» при поддержке береговой артиллерии уничтожили все четыре судна противника. Однако японцы не отказались от плана. В ночь на 13 апреля они выставили минное заграждение прямо на курсе выхода русской эскадры.
Утром Макаров вывел корабли на перехват японских крейсеров. Когда на горизонте показались главные силы Того, адмирал приказал поворачивать назад. Роковое решение лечь на обратный курс привело «Петропавловск» прямо на японские мины. Взрыв вызвал детонацию артиллерийских погребов — броненосец затонул за две минуты, унеся жизни более 600 человек, включая самого командующего. Адмирал Того, уважая противника, приспустил флаги и объявил день траура.
Высадка армии Оку и стратегия отступления Куропаткина
Нейтрализовав русский флот, Япония приступила к реализации сухопутной кампании. 22 апреля 2-я армия генерала Ясукаты Оку (38 тыс. человек) начала высадку на Ляодунском полуострове, в 100 км от Порт-Артура. К 10 мая железнодорожное сообщение между крепостью и Маньчжурией было прервано. Тем временем 1-я армия Куроки форсировала Корею, пройдя более 30 км в день по весенней распутице, чему способствовала эффективная японская разведка и полное отсутствие противодействия со стороны русской кавалерии.
Главнокомандующий Алексей Куропаткин придерживался оборонительной стратегии, намереваясь заманить противника вглубь континента, подальше от баз снабжения. Он требовал шесть месяцев для накопления 200-тысячной армии. Однако его план вступил в конфликт с позицией наместника Алексеева, требовавшего немедленного сражения. Уже в Ляояне Куропаткин столкнулся с реальностью: войска не обучены, разведка слаба, а единое командование отсутствует.
С гибелью Макарова русский флот потерял шанс на активные действия. Петербург принял запоздалое решение отправить на Дальний Восток Вторую Тихоокеанскую эскадру, но к тому моменту море уже не принадлежало России. Основные события войны переместились на сушу, где русский солдат пока сохранял преимущество, но стратегическая инициатива уже была упущена.
