Пекин поставит новый рекорд по военным расходам
Рекордный оборонный бюджет Пекина на фоне амбициозных экономических целей: Китай утвердил рост военных расходов на 7,2% в 2024 году, достигнув отметки в 1,67 трлн юаней (около 231 млрд долларов). Этот шаг, озвученный на ежегодной сессии Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП), сигнализирует о стратегическом курсе на усиление военного потенциала при одновременном стремлении удержать рост ВВП на уровне 5%. Решение принимается на фоне обострения риторики вокруг Тайваня и глобальной перестройки баланса сил.
Военные приоритеты и тайваньский фактор
Премьер Госсовета КНР Ли Цян в своем выступлении перед депутатами четко обозначил внешнеполитические контуры: Пекин намерен твердо придерживаться принципа «одного Китая» и давать решительный отпор любым проявлениям сепаратизма, а также внешнему вмешательству в дела Тайваня. Этот посыл был напрямую увязан с необходимостью наращивания оборонных возможностей. Увеличение бюджета на оборону девятый год подряд (исключением не стал даже период пандемии) демонстрирует, что модернизация Народно-освободительной армии Китая (НОАК) остается безусловным приоритетом национальной стратегии, независимо от экономической конъюнктуры.
Динамика затрат: от триллиона к новым рекордам
Текущий рост является продолжением устойчивого тренда. В 2017 году военный бюджет КНР впервые преодолел отметку в 1 трлн юаней. С тех пор траты неуклонно увеличивались: в 2022 году прирост составил 7,1% (до 1,451 трлн юаней), а в 2023-м — 7,2% (до 1,55 трлн юаней). Нынешний показатель не только абсолютный рекорд в юанях, но и значительное увеличение в долларовом эквиваленте, что укрепляет позиции Китая как второго по величине военного спонсора в мире.
Для понимания масштаба: оборонный бюджет США на 2024 финансовый год утвержден в размере 886,3 млрд долларов, а России — около 118 млрд долларов. Все три страны демонстрируют рекордные показатели военных расходов в номинальном выражении, что отражает общемировую тенденцию к милитаризации и росту геополитической напряженности. Однако подходы различаются: если США и Россия вынуждены наращивать траты в условиях активных конфликтов и прокси-войн, то Китай действует в рамках долгосрочного планирования, закладывая фундамент для достижения статуса глобальной военной сверхдержавы к середине века.
Связь обороны и экономики
Примечательно, что рекордный военный бюджет был принят одновременно с целевым показателем роста ВВП в 5%. Это сигнал рынкам и международному сообществу: Пекин уверен в своей способности финансировать масштабную милитаризацию без ущерба для экономического развития. Удержание таких темпов роста при одновременном увеличении номинальных оборонных расходов потребует от китайского правительства тонкой настройки фискальной политики и поиска новых источников доходов.
Рост военных ассигнований КНР на 7,2% — это не просто цифра в бюджете. Это четкий сигнал о готовности Пекина отстаивать свои интересы силовыми методами, особенно в Тайваньском проливе и Южно-Китайском море. Предыдущие годы показали, что экономические трудности (включая кризис на рынке недвижимости и постпандемийное восстановление) не стали причиной для пересмотра программ перевооружения. Напротив, Пекин рассматривает военную мощь как страховку для своей экономической экспансии и инструмент для переформатирования регионального порядка.
Утверждение рекордного оборонного бюджета в условиях относительно стабильной, но замедляющейся экономики ставит перед китайским руководством сложную задачу. Дальнейшее наращивание военного потенциала может привести к перераспределению ресурсов из гражданских секторов, что способно замедлить достижение целей по внутреннему потреблению и технологическому суверенитету. Для соседей Китая по Азиатско-Тихоокеанскому региону, включая Японию, Австралию и страны АСЕАН, этот шаг станет дополнительным стимулом для пересмотра собственных оборонных доктрин и наращивания военного сотрудничества с США.
