Великие бунты и «Тишайший» царь Алексей Михайлович

Многих смущает и сбивает с толку прозвище, с которым вошёл в историю Алексей Михайлович – второй царь династии Романовых. В самом деле, какие потрясения и катаклизмы могли бы происходить в период правления «Тишайшего» царя? Однако время его царствования для нашей страны было поистине страшным: в эти годы Россия пережила не только великие бунты – хлебные (в Пскове, где восставшие держались полгода, и в Новгороде), соляной и медный, настоящую гражданскую войну – Разинщину, но и трагедию великого раскола, оставившего долго не заживавшую кровавую рану в самом сердце русского народа. Вот такой кажущийся парадокс: царь – якобы Тишайший, а век – бунташный.

Впрочем, историки считают, что «Тишайший» – это не характеристика данного царя, а часть его титула, говорящая, что в период его правления


Учитывая реформы патриарха Никона с последовавшим за ними Великим расколом, эти слова кажутся наполненными зловещей иронией. Впрочем, Феофан Прокопович в «Лексиконе треязычном» слово «Тишайший» перевел как «светлость» (serenissimus). И это уже придает ему совсем другое значение.

Известно, что «Тишайшими» официально именовались также и дети Алексея Михайловича, в том числе и Петр I, который и стал последним «Тишайшим» русским царем (даже «Яснотишайшим»).

Ранее мы уже говорили о патриархе Никоне и великом расколе, а также о Степане Разине и некоторых его соратниках. В этой статье будет рассказано о Соляном и Медном бунтах.

Соляной бунт

Михаил Федорович, первый царь династии Романовых, умер в 1645 году, когда его сыну Алексею было всего 16 лет. Править страной столь юный царь, естественно, не мог. Большое влияние на все государственные дела получил клан Милославских, из которых происходила первая жена Алексея Михайловича – Мария Ильинична. Но особое место в иерархии занимал бывший воспитатель нового царя – Борис Иванович Морозов, женатый на Анне Ильиничне Милославской – сестре царицы Марии.

Морозов был одним из первых «западников» русского царства, и его взгляды оказали большое влияние на мировоззрение его воспитанника. В результате Алексей Михайлович предвосхитил многие шаги Петра I, более того, некоторые его начинания были потом приписаны сыну.

Борис Морозов был сказочно богат, одних крепостных крестьян в его владениях насчитывалось до 55 тысяч человек, а крестьянских дворов – около 9 тысяч. Кроме того, он владел соляными промыслами, занимался металлургией и винокурением, через своих людей контролировал важнейшие Приказы – Большую Казну, Аптекарский, Стрелецкий Новую четь. И это, разумеется, очень не нравилось другим боярам.

Недоброжелателей хватало. Особенно возмущали других бояр низкородные сотрудники Морозова, которые «воровали не по чину». Одним из них был Назар Иванович Чистой – выходец из провинциальной купеческой семьи, которого Морозов в 1646 году приблизил к себе, а потом сделал думным дьяком и поставил во главе Посольского приказа.

Другим фаворитом Морозова был дворянин Леонтий Степанович Плещеев, который при Михаиле Романове дослужился до вологодского воеводы, но в 1640 году был арестован за казнокрадство и ведовство и отправлен в Сибирь. Морозов возвратил его в Москву и назначил судьей Земского приказа. Скоро Плещеев оказался фактически главой столицы русского государства.

Шурин Плещеева – Петр Тихонович Траханиотов был поставлен во главе Пушкарского приказа, в ведении которого было и строительство крепостей. Надо сказать, что и Морозов, и его ближайшие сотрудники были, в общем-то, дельными людьми, но крайне нечистыми на руку: и взятками не брезговали, и свой карман с государственным путали.

Между тем финансовое состояние государства было далеко не блестящим. По историческим меркам недавно закончилось Смутное время, народ и государство были разорены усобицами и интервенциями. В поисках средств правительство царя Михаила Романова неоднократно облагало население особым налогом, получившим название «пятинные деньги», заставляя платить 20 % с годового дохода или движимого имущества.

Предпринимались шаги по дальнейшему закрепощению крестьян: «урочные лета», в течение которых помещики или монастыри могли требовать возвращения беглых крестьян, были постепенно увеличены до 15 лет. А в 1646 году, уже при Алексее Михайловиче, «урочные лета» и вовсе отменили.

В 1646 году Морозов задумал налоговую реформу, смысл который был в отказе от прямых налогов: их должны были заменить налоги косвенные. Автором этой идеи, как полагают многие, был Назар Чистой. По мысли Морозова, это должно было снизить напряженность в обществе. Результат оказался противоположным задуманному и привел к отставке Морозова и гибели Нагого, Плещеева и Траханиотова.

Итак, в 1646 году были отменены взимавшиеся с населения «стрелецкие» и «ямские» деньги. В качестве компенсации были введены косвенные налоги – повышены торговые пошлины на мед, вино и соль. Особенно чувствительным для народа оказалось повышение цены на соль, продажа которой была монополией государства. Ее стоимость выросла в три раза – с одной гривны за пуд до трёх.

Таким образом, соль стала почти недоступной для многих слоев населения России, что вызвало всеобщее возмущение.

Дело было не только в желании крестьян или мещан посолить щи, уху или какую-нибудь другую похлёбку. Соль тогда была единственным доступным консервантом для многих скоропортящихся продуктов – мяса, некоторых овощей, и, особенно рыбы, которая была дешева и являлась главным источником животного белка для низших сословий.

Дороговизна государственной соли привела к развитию контрабанды и появлению черного рынка, где цены были ниже (но соль все равно оставалась чрезвычайно дорогой для основных групп населения). В результате, доходы государства не только не повысились, а даже упали. Кроме того, в тот год испортилось много продуктов, в первую очередь – рыбы (особенно, волжской).

В 1647 году налог на соль был отменён и, казалось, на этом все и должно было закончиться. Однако правительство решило компенсировать потери бюджета, объявив о взыскании задолженности по прежним, отмененным было налогам, причем сразу за два года. Другим методом экономии бюджетных средств стало понижение жалованья подъячим и стрельцам, то есть, «силовикам», которые должны были охранять власть от возмущенного народа.

Восстание москвичей началось 1 июня 1648 года, когда толпа горожан окружила молодого царя, возвращавшегося из Троице-Сергиева монастыря. Ему всего-навсего передали челобитную с просьбами о созыве Земского собора и наказании ненавистных москвичам чиновников, в первую очередь – Плещеева.


Испуганный царь согласился на все требования, что, разумеется, крайне не понравилось Плещееву и его людям. Вопреки словам царя, он отдал приказ на разгон толпы, 16 человек были арестованы. Это привело к возмущению во всех районах столицы, и на второй день Алексей Михайлович приказал отпустить арестованных.

Однако Морозов не собирался сдаваться. Не желая терять даже часть своей власти, он решил навести порядок в Москве силой. Вот тут и сыграло роковую роль недавнее понижение жалованья стрельцам, которые заявили, что не будут защищать бояр от народа, а напротив, отомстят им за «насилия и неправды». Многие богатые дома были разграблены, в городе начались пожары.


На третий день договориться с восставшими попытались патриарх Иосиф и бояре, находившиеся в оппозиции к Морозову (этих возглавил Никита Романов, двоюродный дядя царя). Однако стало понятно, что умиротворить народ можно, лишь пожертвовав самыми одиозными фигурами. И потому толпе был выдан Леонтий Плещеев, которого убили «как собаку, ударами дубины». Затем пришла очередь Назара Чистого. Петр Траханиотов был отправлен воеводой в Устюжну-Железнопольскую, но под давлением восставших москвичей его пришлось вернуть, чтобы казнить на Земском дворе. Позже он официально был признан невинно пострадавшим.

А вот Бориса Морозова царю удалось спасти: через 10 дней его под сильной охраной отправили в Кирилло-Белозерский монастырь, откуда он вернулся уже через 4 месяца. Официальных должностей он с тех пор не занимал, но до конца жизни сохранял большое влияние на царя. Лишь в 1651 году во время похода на литовские земли Морозов получил почетную должность дворового воеводы, то есть командующего «государевым полком».

Сбор недомок был отложен, а в следующем 1649 году был созван Земский собор, который принял первый систематизированный печатный свод законов России (Соборное уложение), по которому Россия управлялась вплоть до 1832 года.


С одной стороны, это ограничило произвол чиновников и воевод. Однако именно это Уложение официально закрепило отмену «урочных лет» и окончательно законодательно утвердило крепостное право в его классическом виде.

Медный бунт

В 1654 году на Переяславской раде православное население Гетманщины проголосовало за присоединение этих земель к России. В Москве к этой инициативе отнеслись без восторга, поскольку удовлетворение просьбы делегации Хмельницкого не несло российскому государству ни малейшей выгоды, напротив, обещало непрерывные смуты на новоприобретенных территориях и неминуемо вело к новой войне с Речью Посполитой.

Именно так все и произошло, и начавшаяся Русско-польская война продлилась до 1667 года. А параллельно с ней в 1656–1658 гг. проходила ещё и война со Швецией. Главным доводом в пользу присоединения Гетманщины стали гуманитарные соображения защиты единоверцев – местного православного населения, которое находилось в отчаянном положении. А финансовое положение России лишь ненамного улучшилось по сравнению с 1648 годом. Война пробила огромные бреши в государственном бюджете и требовала денег, взять которые было просто неоткуда.

Положение не улучшил и чрезвычайный налог – упоминавшаяся выше «пятина». Возник дефицит наличности, поскольку собственных золотых или серебряных рудников в России тогда не было, и монеты на Денежном дворе чеканились из зарубежных, в основном – немецких и голландских.

В этих условиях окольничий Фёдор Ртищев (по другим версиям – Илья Милославский либо Афанасий Ордин-Нащокин) предложил ввести в обращение медные деньги, которые должны были приниматься по цене серебряных.

Надо сказать, что Ртищев имеет большие заслуги в качестве политического деятеля, просветителя и благотворителя. Он даже удостоился места на знаменитом памятнике «Тысячелетие России» в Новгороде.


Однако любые реформы финансовой сферы в России XVII столетия заканчивались оглушительным провалом. И введение в обращение медных денег не стало исключением из этого печального правила. Тем более что налоги тогда принимались только серебряной монетой, а жалованье выдавалось медной. Крестьяне и купцы отказывались продавать товары за медь, а если соглашались – назначали высокую цену.

Очень скоро появился черный рынок серебряных денег, и за 6 рублей серебром просили 170 медью. Да и фальшивомонетчики были весьма рады: ведь достать медь было гораздо проще, чем серебро.

Серебряный и медный рубль Алексея Михайловича:


На этот раз бунт спровоцировали подметные листы, где Ф. Ртищев, Б. Хитрово (глава Оружейной палаты), бояре из клана Милославских, богатый купец Шорин и некоторые другие обвинялись в измене и связях с поляками. Но больше всего москвичам понравились призывы к отмене налогов и медных денег, содержавшиеся в этих листках.

25 июля (4 августа) 1662 года несколько тысяч москвичей, пришедших в Коломенское, где находился загородный дворец Алексея Михайловича, вынудили царя принять челобитную с требованием снижения цен, налогов и наказания виновных. Утверждают, что при этом разговоре «собеседники» держали «Божиего помазанника» за пуговицы и даже, заключая договор, «били с ним по рукам».

Вторая толпа, пришедшая следом за первой, была настроена ещё более агрессивно, однако к Коломенскому уже успели подойти два стрелецких полка. И теперь царь уже не разговаривал с восставшими, а без колебаний приказал показательно расправиться с ними:


Протестующие были оттеснены к реке, здесь были убиты, по разным данным, от 200 до 1 000 человек, 150 были повешены, остальные (до 7 тысяч) – арестованы, клеймены и высланы из Москвы. Были предприняты экстраординарные меры по выявлению зачинщиков. Чтобы отыскать автора подметных писем, взяли образцы почерка у всех грамотных людей Москвы, однако найти человека, их писавшего, так и не удалось.

Через год после бунта чеканка медных монет была все же прекращена. Медяки выкупались у населения по чудовищно низкому курсу: 1 рубль за 5 серебряных копеек. Страна кое-как вышла и из этой кризисной ситуации. Но впереди было грандиозное восстание Степана Разина (1667–1669 гг.), которое потрясло основы государства, но, как выяснилось, так ничему и не научило высшие классы Русского царства.