АК-12. Компоновка и особенности современного автомата

Компоновка и особенности конструкции

Являюсь приверженцем оружия классической компоновочной схемы. Удобство удержания при прицеливании и стрельбе (особенно навскидку) и расположение элементов управления (отработанная до звона эргономика), универсальность в плане левого/правого плеча, правильная балансировка, удобство при стрельбе с упора или через амбразуру, нормальная длина прицельной линии механического прицела, лучшая совместимость с аксессуарами и т. д. является, с моей точки зрения, более ощутимым преимуществом, чем отсутствие необходимости время от времени складывать или откидывать приклад у «булл-папа».

Наиболее отработанной, надёжной и, как следствие, распространённой схемой автоматики является на данный момент времени схема с отводом части пороховых газов через боковое отверстие в стенке ствола. Вариант этой схемы с прямым действием газов, когда газ из ствола по трубке подаётся внутрь подвижных частей, где затвор работает как поршень (все ранние и большинство современных образцов AR, включая М16 и М4), несмотря высокую кучность стрельбы оружия, выполненного с применением такой схемы, а также на авторитет, упрямство и «вес» производителей, постепенно теряет позиции из-за низкой надёжности оружия, особенно при стрельбе некачественными боеприпасами. Во всяком случае все новые разработки боевого оружия на этой платформе ведутся с использованием схемы с газовым поршнем, при его коротком ходе.

Такая схема используется также в винтовке СВД в отличие от автоматов серии АК, в которых газовый поршень установлен в затворной раме с обеспечением возможности «болтанки» относительно неё. Отнюдь не способствующая улучшению кучности стрельбы «болтанка» довольно-таки массивного газового поршня – необходимый элемент конструкции, позволяющий обеспечить работоспособность оружия при нарушении соосности газовой каморы и газового поршня в результате неблагоприятного расклада размерной цепочки при изготовлении и/или поводки ствола в результате его нагрева. В автомате 9А-91, выпускавшемся одно время на КМЗ, этого элемента не было, так обеспечить соосность газового поршня и газовой каморы было сущим мучением, несмотря ни на какую технологическую оснастку.

Наличие газового регулятора? Честно говоря, не определился в этом вопросе. Как конструктор, долгое время участвовавший в работах по созданию и совершенствованию ротных (единых) пулемётов – предпочёл бы иметь, тем более, если газовая камора всё равно имеет переднюю съёмную пробку – заглушку. Но если без него можно обойтись, а опыт эксплуатации АК говорит, что можно, или введение газового регулятора в конструкцию сильно её усложнит и увеличит трудоёмкость изготовления, то, наверное, нет.

В принципе, газовый регулятор по идее может повысить кучность стрельбы за счёт оптимизации скоростей подвижных частей в различных условиях применения оружия, но получается, что если я неправильно оценил эти самые условия или они внезапно изменились, то могу словить задержку в не самый подходящий момент. А мне оно надо? В пулемёте другие режимы огня, в т. ч. отстреливаемый до чистки и смазки боекомплект, больший ресурс – там регулятор точно нужен, а в автомате – не знаю. Не уверен.

Узлы запирания современных штурмовых винтовок (автоматов) в подавляющем большинстве выполнены с поворотными поршневыми затворами. При этом, как правило, применяются три базовых конструкции: по типу АК (АК и «Зиг-Зауер»), АR-10 и 15 (все АR, AUG 77), АR-18 (SCAR, G-36, L-85 и др.). Узел запирания Калашникова: два-три (СВД) боевых упора, винтовая спираль на рабочих поверхностях боевых упоров и наличие предварительного поворота затвора при запирании. Непревзойдённая надёжность работы достигается благодаря наличию спирали на боевых упорах и предварительному повороту затвора при запирании, возможность использования простого и эффективного жёсткого отражателя, простота неполной сборки-разборки и отсутствие при этом мелких деталей. Отражение гильзы вправо вверх.

Из недостатков, сравнительно с узлами запирания АR, можно отметить довольно большие габариты при заданной площади пятна контакта боевых упоров, большой общий угол поворота затвора и момент инерции при его повороте, а главное – сложность в изготовлении и почти (ключевое слово) неизбежная необходимость выполняемых вручную припиловок и боевых упоров и сухаря или скоса затвора, с ним взаимодействующего, обеспечивающих предварительный разворот затвора. Это и привело к тому, что, кроме «Калашникова» – и старых (исключение – «Зиг-Зауэр» 556ix) «Зигов», эта конструкция нигде не используется, и про новые разработки с её применением я ничего не слышал.

Узлы запирания современных штурмовых винтовок в подавляющем большинстве (прямо гегемония какая-то) – варианты узлов запирания АR-10 и АR-15 или АR-18. Так называемые многошлицевые затворы имеют соответственно 7 или 6 боевых упоров, отражение вправо вверх или вправо «в горизонт» соответственно. Последнее у нас считается недостатком, т. к. велик риск попадания отражённой гильзы в лицо рядом стоящего человека. Кто думает, что это пустяк – неправ. Зато упрощается исключение контакта гильзы с рукояткой перезаряжания, если последняя установлена с правой стороны ствольной коробки.

Отсутствие предварительного разворота затвора иногда компенсируют введением в конструкцию специального стопорного механизма, исключающего возможность поворота затвора до определённого момента (пулемёт «Корд»), но в штурмовых винтовках я такого механизма не встречал, там этот недостаток иногда частично нивелируется специально подобранным профилем копирного паза затворной рамы, взаимодействующего с ведущей деталью затвора.

По совокупности свойств для боевого оружия больше подходит, наверное, всё же узел запирания АК, особенно в плане надёжности. Хотя опыт других разработчиков нельзя сбрасывать со счетов. По крайней мере, неслабые преимущества АR-образных узлов запирания в части технологичности и простоты изготовления и лучших массогабаритных характеристик делают их применение более чем оправданным.

Другими преимуществами АR узлов запирания, является актуальная и сейчас, и в ближайшем будущем, возможность обеспечить стабильное качество изготовления на станках с ЧПУ за счёт исключения необходимости работ по ручной отладке (припиловок). АR узлы запирания в принципе лучше защищены от пыли и грязи, хотя и более чувствительны к ним и хуже работают при загрязнении патронника ствола и с некондиционными боеприпасами.

Конструкция ствольной коробки

Ствольная коробка современного автомата, никуда не денешься, должна включать монтажные планки для установки существующих и перспективных аксессуаров. Для армейского автомата достаточно верхней планки заданной длины, нижней – в районе цевья и, возможно, короткой боковой для фонаря.

Эталоном, с моей точки зрения, в этом вопросе являются чешский «Брен», без ненужных боковых планок, и SCAR «Зиг-Зауэр». Поэтому применение переломной или разъёмной конструкции отнюдь не дань моде, а необходимость. При этом приклад (точнее – основание складного приклада) должен быть жёстко, относительно ствола, закреплён на верхней части ствольной коробки. Нижняя планка Пикатинни, рассчитанная на присоединение к автомату подствольного гранатомёта, должна выполняться из стали и закрываться цевьём таким образом, чтобы не мешать стрелку, когда она не используется.

При использовании планки цевьё должно сдвигаться (но не отделяться, иначе потеряется) таким образом, чтобы не мешать использованию планки по назначению. Вообще, в идеале, к верхней планке в районе цевья желательно применение такого же решения с обеспечением возможности охвата автомата в районе цевья кистью руки, но это уже, наверное, техническая утопия.

Материал ствольной коробки: лёгкий сплав или листовая сталь. Извините, но пластик рассматривать не буду, и дело не только в эпопее злосчастной G36, но и в опыте создателей АЕК (изначально АЕК-971 имел пластмассовую армированную сталью ствольную коробку – наследство автомата Константинова и «Абакана»), при отстреле двух БК – назначенных носимых боекомплектов, происходило расслоение пластика с металлической арматурой ствольной коробки.

Коробки из лёгкого сплава получили в последнее время наибольшее распространение. Их отличает, прежде всего, высокая технологичность и точность при изготовлении, при использовании для их производства станков с ЧПУ и прогрессивных заготовок. При этом в одной детали удаётся совместить несколько функций, которые в штампосварных конструкциях выполняют несколько разных деталей.

Высокая точность изготовления и практически полное отсутствие неразъёмных соединений и сложных сборочных операций (присоединение, например, муфты ствола и некоторых других деталей производится, как правило, при помощи винтов, накидных гаек и т. п. и требует контроля только по моменту затяжки резьбового соединения) практически исключает влияние на качество изготовления деталей и их сборку человеческого фактора, но требует наличия совершенного станочного парка, высокой квалификации обслуживающего его персонала и наличия дорогостоящего инструмента и технологической оснастки. Приятный бонус таких конструкций ствольных коробок – их высокий вариативный и модернизационный потенциал, а оснащение производства совершенным оборудованием определяет его гибкость. Из других достоинств лёгких сплавов – хороший теплоотвод.

Недостатком легкосплавных коробок являются свойства основного материала, который имеет определённую пористость структуры и низкую твёрдость. Мне в своё время Георгий Семёнович Гаранин рассказывал про попытки использования титана и алюминия для изготовления пулемётных ствольных коробок. По его словам, пороховой нагар сразу и навсегда «въедался» в материал деталей, увеличивая до совершенно непотребных значений коэффициент трения, и никакой чистке это непотребство не поддавалось. Т. е. без специальных гальванических покрытий, упрочняющих поверхностную структуру, применение таких материалов невозможно.

Нельзя сказать, что эту проблему не решили. Решили. Процентов на 70. Врождённые недостатки, как и врождённые болезни, почти никогда полностью не излечиваются. Покрытия имеют свойства стираться, склонны к образованию трещин при ударах, т. е. имеют некоторые особенности, требующие внимания при эксплуатации. Кроме того, гальваника – это вредное производство, и там снова во всей красе проявляется человеческий фактор. Характеристики реактивов, их концентрация, температура, время выдержки, чистота ванны, последовательность действий, подготовка поверхности. Часть вышеперечисленных параметров никакой автоматизации не поддаётся.

До сих пор помню, как мне испоганили принесённую кем-то в ремонт красавицу горизонталку – …долго разогревать ванну до режима, ванна грязная, Маша в отпуске и т. д. Как-то я продемонстрировал опытный образец своей опытной 6,7-мм штурмовой самозарядки военнослужащему, увлекающемуся одним из видов (точней не скажу, по-моему, просто любитель) высокоточной стрельбы на дальние дистанции и был поражён его реакцией на алюминиевую, выполненную зацело со ствольной коробкой планку Пикатинни. Он прицепился к ней с лёта, не обращая внимания на собственно оружие, смысл его претензий заключался в том, что такие вещи надо делать только из стали, а легкосплавная имеет слабую износоустойчивость. Ну а представьте армейскую эксплуатацию – в бронетехнике, в горной местности или урбанизированной среде.

Комбинированные конструкции сталь-алюминий являются электрохимической парой и нуждаются в защите от коррозии, кроме того, у них сильно разный коэффициент температурного расширения, а их совместная сборка может превратиться в некоторую конструкторско-технологическую проблему (и точечную, и любую другую сварку вряд ли применишь, и заклёпку без футорки не поставишь). Трудоёмкость изготовления и зависимость от человеческого фактора возрастают, и появляются кое-какие специфические проблемы.

Про стальные ствольные коробки штампосварной конструкции я упоминал выше, и добавить по существу мне нечего. Они лучше любых других подходят для армейской эксплуатации, дешевле при массовом производстве, но их применение имеет смысл, только если есть уверенность в долгожительстве и приличных объёмах выпуска данного образца стрелкового вооружения.

Т. е. конструкция перспективного автомата зависит от ТЗ (прежде всего), конструкции заявленных к применению аксессуаров, располагаемых технологий конкретного разработчика, возможностей его интеллектуального конструкторско-технологического ресурса, располагаемого задела (ведь недаром у концерна «Калашников» всегда получается очередной АК – уже 75 лет, а АЕК за 40 лет разработки изменился внешне, но не внутренне, только из-за требования присобачить планку – мелочи не в счёт) и некоторых факторов непроизводственного характера. Иначе говоря, любой разработчик вместо конструкции, оптимизированной под требования полученного им ТЗ, будет стремиться использовать свой задел, пытаться скорректировать и согласовать под него ТЗ и т. д.

Людей можно понять, технические риски и связанная с этим ответственность никому не нужны. Начинать где-то с чистого листа? А где в этой чистой тетради взять соответствующие кадры? Перспективная молодёжь? Но это всего лишь материал для обучения – задел на будущее. Специалистами их может сделать (и то далеко не всех) только постоянное обучение и их собственный опыт, который ещё надо наработать, но учить всё же желательно на чужих ошибках, а от своих они всё равно никуда не денутся. А для обучения требуются опытные специалисты, умеющие проектировать «с листа», а не только собирать пирамидки из готовых кубиков. Но они почему-то, как правило, мешают современным опытным «менагерам». К тому же встаёт вопрос лицензирования, проведения испытаний и других организационных составляющих инфраструктуры, необходимой для занятия такого рода деятельностью.

Хочется ещё раз упомянуть о конструкции аксессуаров. Уж если разрабатывать их под новые требования, то разрабатывать под эти требования желательно все аксессуары, а не: вот этот новый с универсальной установкой на планке а, допустим, подствольник – от АК и установочное место, будь добр, сделай, как у АК. Это жёстко диктует конфигурацию и размеры многих деталей оружия, и его архитектуру в целом. Для прицелов, фонарей и т. д. необходимо разработать быстросъёмное крепление на планке Пикатинни по типу того, что применяется сейчас для крепления на штатной боковой планке. И, наконец, патрон, с которым необходимо определиться не в последнюю очередь.

В сущности, я не сделаю открытия из утверждения, что для замены такого изделия, как автомат АК (считаю, что на сегодняшний день это по-прежнему лучший в мире армейский автомат для наших условий), необходим комплексный подход с тщательно продуманным ТЗ и, возможно, с промежуточными НИОКР на проверку некоторых решений.

Простите меня, если хотите. Я, конечно, не знаю всех раскладов, но мне странно стало наблюдать происходящее, а ведь происходит по большому счёту чётко прослеживаемая тенденция потери позиций нашей страны как одного из главных мировых авторитетов в области разработки и производства стрелкового вооружения. Мне это всё же как-то не без разницы, и я считаю, что об этом надо как минимум говорить.

А что касается глубоко обоснованных выводов некоторых особо продвинутых экспертов о том, что в век ракетного вооружения и авиации стрелковое вооружение теряет свою актуальность, пусть они попробуют найти хоть один пример, когда военные действия велись без применения этого «анахронизма», а вот без ракет и авиации талибы, к примеру, вполне обходились.