NI: Россия и Трамп сделают 2017 историческим
Американское издание предсказало главные политические события наступившего года
Ушедший 2016 год, по всеобщему признанию, стал очень непростым для мировой политики. Хотя большинство людей надеется, что в 2017 проблем будет меньше, некоторые аналитики не исключают, что новый год станет если не таким же трудным, то уж точно не менее запоминающимся, чем прошлый.
Американское издание National Interest составило своеобразный рейтинг политических событий, которые могут стать главными новостными сюжетами 2017 года. Интересно, что два пункта из пяти так или иначе связаны с Россией.
На первое место этого топ-5 обозреватель Дэниэл ДеПетрис поставил роль России в сирийском конфликте, причем роль позитивную. По мнению NI, если Москва и лично Владимир Путин начнут выполнять функции миротворца в Сирии, это станет для западного истеблишмента, который воспринимает его исключительно как «плохого парня», едва ли не главной неожиданностью года.
А ведь для этого есть все предпосылки. В конце 2016 президент РФ Владимир Путин согласовал со своим турецким коллегой Реджепом Тайипом Эрдоганом условия третьего перемирия в Сирии, и пока оно в целом соблюдается. Это дает надежду на то, что переговоры в Астане, назначенные на 15 января, могут оказаться продуктивными. «Какая ирония будет в том, если эти переговоры, в самом деле, приведут к политическому соглашению между сторонами, а Владимира Путина поставят первым в очереди на Нобелевскую премию мира», — пишет обозреватель National Interest.
На втором месте рейтинга оказались отношения между Владимиром Путиным и новым президентом США Дональдом Трампом, точнее, их ухудшение. ДеПетрис пишет, что сейчас Путин и Трамп кажутся почти что друзьями, хотя еще ни разу не встречались лично. Но несмотря на все жесты дружбы (например, отказ российского президента от высылки американских дипломатов перед самым Новым годом в ответ на аналогичный шаг Барака Обамы), принципиальные разногласия между США и Россией никуда не денутся. Москва не станет сдавать позиции только для того, чтобы поддерживать хорошие отношения с новым американским лидером, а может, напротив, усилить давление. Поэтому обострение отношений так же вероятно, как и их нормализация.
«Будет ли Трамп так же хорошо настроен, если Владимир Путин оскорбит его интеллект или сделает что-то, что его администрация сочтет ударом в спину? И не окажется ли трамповская перезагрузка отношений с Россией такой же „успешной“, как у Джорджа Буша-младшего и у Барака Обамы?», — задается вопросами NI.
Остальные ключевые события 2017 году, по мнению ДеПетриса, также связаны с Трампом, но уже без непосредственной привязки к России. Так, обозреватель не исключает, что новый президент США решит добиться прорыва в отношениях с Северной Кореей. И демократы, и республиканцы согласны в том, что политика Обамы в отношении этой страны была продолжением предыдущей неудачной линии и привела только к развитию ядерной программы КНДР. Отношение Трампа к Северной Корее пока остается загадкой, но известно, что он уже запросил специальный брифинг разведки по ядерной программе Пхеньяна. Кроме того, в публичной плоскости он назвал Ким Чен Ына «маньяком», но маньяком, который умеет держать генералов в узде.
Издание не исключает, что Трамп, как бизнесмен, который привык договариваться и решать проблемы, а не воевать, предпримет неслыханный шаг вроде отправки делегации высокопоставленных чиновников в КНДР для переговоров. Это даже может привести к заключению какого-то соглашения — от временной заморозки ядерных испытаний до мирного договора. Это стало бы огромным прорывом для администрации Трампа и мирового сообщества.
Впрочем, нового президента США ждут и трудности, причем не за океаном, а в собственной стране. Серьезным источником нестабильности в 2017 может стать противостояние Трампа с Республиканской партией. Перед выборами все изображали мир и согласие, но известно, что в рядах «Великой старой партии» немало противников миллиардера. И они могут проявить себя уже в ближайшее время, при официальном назначении кандидатов Трампа на должности в правительстве. Вполне возможно, что и в Конгрессе вместо традиционного противостояния «республиканцы-демократы» мы увидим еще и борьбу между сторонниками Трампа, его противниками, демократами, фискальными консерваторами и представителями истеблишмента, которая сделает работу администрации нового президента совершенно неэффективной.
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху явно не настроен протягивать руку дружбы палестинцам, а Дэвид Фридман, кандидатуру которого Трамп предложил на пост посла в этой стране, тоже не поддерживает формулу «двух государств». Это может стать последним гвоздем в крышку гроба урегулирования и привести к еще большей радикализации обеих сторон и росту насилия.
Генеральный директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлёв считает, что своеобразная подборка от National Interest составлена совсем не случайно.
— Историю с противоречиями между Трампом и Республиканской партией я бы не назвал большой неожиданностью. То, что у нового президента возникнут разногласия с республиканским комитетом, очень ожидаемо. Он и выборы выиграл именно потому, что был человеком вне существующей системы. Но я бы не сказал, что этот конфликт будет таким судьбоносным. Роль партий в США отличается от нашей, сенаторы голосуют вне зависимости от решения секретариата или исполкома. Поэтому речь скорее о том, как сложатся отношения Трампа с законодательной властью.
— А почему издание с таким скепсисом относится к переговорам по Сирии?
— Понятно, почему для американских СМИ переговоры в Астане — это неожиданность. Они ведь исходят из того, что никакого президента Асада в Сирии нет, а как могут принести успех переговоры с несуществующим президентом? Но в реальности Асад существует, другой вопрос, какая часть населения его поддерживает. А, значит, есть, с кем разговаривать.
Американцы стали заложниками собственного мифа о всенародном восстании в Сирии против жуткого диктатора. С учетом этого мифа успех политических переговоров — действительно огромная неожиданность. Но в реальности это вполне возможно. Конечно, это не значит, что на следующий день в Сирии воцарится мир, и все заживут счастливо, но шанс начать урегулирование есть, и он не так уж фантастичен.
— А прогноз по поводу ухудшения отношений между американским и российским президентами?
— Думаю, наши отношения с Трампом будут лучше, чем ожидают скептики, но хуже, чем хотелось бы обеим сторонам. Трамп, в отличие от Обамы, который защищал интересы выдуманной мечты, будет защищать интересы реальных Соединенных Штатов. И делать это он будет максимально жестко. Поэтому у нас не будет любви с постоянными взаимными уступками. Будут трудные переговоры, в чем-то позиции могут кардинально не совпадать.
Но раз есть конкретные интересы, о них можно говорить. Обама во многом был похож на фанатика, с которым договориться нельзя. С Трампом же одни интересы можно будет обменять на другие. То, что издание называет «дружбой» Путина и Трампа — это просто общность политических методов. Обама, Меркель, Олланд — фантасты, которые живут в мире собственных иллюзий и не желают из него выходить. А Трамп и Путин — реалисты. И несмотря на то, что будут сложности и противоречия двух огромных государств, договориться можно.
Отношения будут не ухудшаться, а конкретизироваться. По каким-то вопросам возможен регресс, например, по Китаю, с которым Трамп явно собирается обострить отношения. Но общая линия будет на здравомыслящее сотрудничество и, думаю, она останется доминирующей.
— Насколько важны остальные сюжеты прогноза?
— Судьба израильско-палестинского конфликта действительно во многом будет зависеть от позиции США. Если она останется комплиментарной к Израилю, скорее всего, никакого обострения не произойдет, особенно если война в Сирии будет выиграна. Если же Трамп станет на позицию «Спасение Израиля — дело рук Израиля» палестинцы могут попытаться обострить конфликт. Но я не думаю, что Трамп решит настолько кардинально менять американскую политику. Нельзя поссориться сразу со всеми.
Что касается Северной Кореи, как раз в стиле Трампа начать с Пхеньяном переговоры. Но проблема в том, что американцам так долго рассказывали, что в КНДР детей на ужин едят, что преодолеть их негативное отношение будет очень сложно. Если Трампу это удастся, то он может начать переговоры с Кореей по ядерной программе. Но большой вопрос готова ли к этим переговорам Америка. В конце концов, они воевали в Корее, там погибло много американских солдат, поэтому для них это серьезно.
А вообще странно, что NI не подняли другие вопросы, например, о нефти, которая в 2017 году может выкидывать удивительные фортели, причем исключительно из-за позиции Трампа. Возможно, издание не захотело слишком явно светить реальные моменты, которые важны для США.
— Почему?
— National Interest — серьезное издание, и они явно думали над этим списком, а не просто шлепнули случайный набор событий. В нем есть своя логика, нужно только понять, какая. Мне кажется, для американской пропаганды сейчас важно добиться соотношения настроений в пользу Дональда Трампа во внешней политике.
Внутриполитические обещания миллиардера населением принимаются очень хорошо. А вот внешняя политика вызывает опасения. Друг Трамп Путину или враг? Предаст ли он интересы США или нет? Именно эти вопросы ставятся в этой пятерке. На самом деле, и КНДР, и Израиль — это точки соприкосновения российско-американских интересов, то есть, по сути, одна и та же тема — как будет выстраивать отношения новый президент с Россией.
— А почему там нет других тем, о которых вы сказали?
— Именно потому, что темы это более серьезные. США — уникальная страна, главный потребитель нефти, который при желании может стать ее главным экспортером. От того, что просто скажет Трамп про нефть, во многом зависит ситуация на рынке. А для него это большая проблема. С одной стороны, нужно развивать производство на собственной территории, и техасские нефтяники только и ждут, что им дадут возможность экспортировать нефть.
С другой, пользоваться только внутренними ресурсами в условиях, когда можно бесконечное количество раз рисовать доллар, а нефть все-таки чего-то стоит, не очень разумно. Возможно, Трамп уже приготовил решение, но пока не объявил, что же он будет делать — увеличивать импорт или экспорт нефти. От этого зависят все, в том числе Россия и российская экономика. Если в США решат экспортировать или просто прекратить импортировать нефть, о недавнем повышении цен можно будет забыть.
Политолог Павел Святенков считает, что NI представил подборку не слишком вероятных сценариев.
— Переговоры в Сирии могут увенчаться успехом, но в этом случае отношения России с США улучшатся, а не ухудшатся, как сказано в прогнозе. Упомянутые события могут произойти, а могут и не произойти вовсе.
Взять хотя бы ухудшение отношений между республиканцами и Трампом. Важный момент в том, что если республиканцы будут два года ссориться с собственным президентом, они имеют все шансы пролететь на следующих выборах в Конгресс, которые пройдут в ноябре 2018. Поэтому им имеет смысл хотя бы частично поддерживать Трампа. Каковы бы ни были разногласия условной республиканской элиты и Трампа, они понимают, что если слишком сильно будут атаковать президента, от них отвернется собственный избиратель.
Что касается миссии в Северную Корею, многое будет зависеть от отношений США с Китаем. Не секрет, что Китай обычно использует КНДР, чтобы продемонстрировать недовольство определенными шагами Вашингтона. Если отношения между США и КНР будут хорошими, Пекин поможет Трампу надавить на Пхеньян, если плохими — никакого урегулирования не будет. Вряд ли США смогут договориться с Северной Кореей напрямую, минуя посредничество Китая.
Мария Безчастная
Фото: imago/ТАСС
