Лента новостей

18:30
Почему Захарченко решил создать Малороссию?
18:27
Битва за Дейр эз-Зор: Асаду необходим контроль над нефтью в Сирии
18:25
Украина считает Мариуполь русским городом
18:25
Российский режиссер в прямом эфире обьявил генералов Вермахта «оппозицией Гитлеру»
18:16
Самые эффектные моменты лётной программы авиасалона МАКС-2017
18:15
МАКС-2017 закончился подписанием контрактов на 400 млрд рублей
18:12
Сирийский поединок России и США: кто победит в главном мировом конфликте десятилетия?
18:11
Истерика вокруг российского газа. «И вот опять»
18:07
Свинья ломится в волчье логово
17:53
Асимметричный ответ Украины на провозглашение Захарченко Малороссии
14:41
Во Львовской области с почестями перезахоронили останки «героев» Вермахта и дивизии СС «Галичина»
14:40
Накануне звонка Порошенко Путину американский куратор Украины Волкер признал, что на Донбассе идет война, а не АТО
14:40
Визит спецпосланника США на Донбасс: радость Киева преждевременна
14:39
«Панамцы» слетаются под крышу Порошенко: российская банкирша Миримская хочет повторить путь Марии Максаковой
14:38
Муженко заявил о планах России провести быстрое наступление на Украину
14:38
Доклад Пентагона: Империя США коллапсирует – “Нам нужна война”
14:35
США подталкивают Киев к самоубийственной атаке
14:25
Трамп на распутье: Запад раскалывается из-за антироссийских санкций
14:25
Как трюкач наказывает США
14:24
Арки Крымского моста собраны на 90%
14:24
Конгресс подозревает: «агенты Кремля» сворачивают сланцевую революцию
14:23
Нововведения о «курортном сборе» и платном багаже убьют российскую туристическую отрасль
13:12
La Stampa: Автомат Калашникова «выстрелил» в Азии
12:39
Евросоюз осмелился грозить США санкциями
12:36
Путин: Я пока не решил, ухожу я или нет
10:12
Что не так с российским интернетом?
10:11
Минобороны нашло замену чешским L-39
10:10
«В одесской СБУ ждут «Русского мира» и просят их не расстреливать»
10:09
Почему госдеп США объявил Донбасс зоной войны
10:08
И они собрались воевать с Россией: Войска США побились при десантировании
10:05
«Социология» на службе «украинского мира»
10:02
Евросоюз пригрозил ответить на не согласованные с ним санкции США против России
09:57
Почему либералы яростно кричат о якобы возрождении в нашей стране сталинизма
09:56
Два разрыва на одной кулисе
09:06
Через ЦБ РФ мы платим США дань как уже побежденные
09:03
Россия и Китай в «Европейском море»
08:55
В пятом поколении Т-50 нет равных
08:45
The Washington Post: Санкции: конгрессмены договорились
08:40
Этот день в истории - 24 Июля
02:23
ВРТ-300: прототип мощного вертолета-беспилотника от «Вертолетов России»
02:22
Роботы-дояры: в России стартует программа модернизации старых молочных ферм
02:20
Зачем Западу конфликт в Приднестровье: Додон раскрыл антироссийский план
02:19
Сотрудничество России и Никарагуа вызывает страх в США
02:16
Легендарный режиссер Эмир Кустурица признал Крым российским
02:14
Впускать или не впускать? Крым разделился по вопросу туристов из Украины
Все новости

Архив публикаций

«    Июль 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31 
» » Двадцать второе июня. В ожидании большой войны

Двадцать второе июня. В ожидании большой войны

Двадцать второе июня. В ожидании большой войныС недавних пор у меня появилась привычка — выхватывать из мира моменты мирной жизни.

  

Я вдруг полюбил подолгу слушать город: грохот его магистралей, детский дворовый щебет, музыку ресторанов, колокольный звон. Бегу тишины и природы — к людям и рукотворному космосу. Приглядываюсь к заурядным уличным сценкам: вот пара обнимается на лавочке, вот мальчик кормит голубей, а вон там — люди садятся в автобус.

 

В жизни собственной семьи я неожиданно полюбил именно эту привычную рутину — мытьё посуды, проводы дочки в садик, прогулки с собакой, звонки мамы. Гляжу под ноги: чудесный асфальт! Гляжу на небо: как хорошо, что не бомбят.

 

Всякий раз, жадно вбирая в себя эти проявления мировой чинности, я удостоверяюсь: всё хорошо. Всё цело и правильно. Мы стоим, не падаем. Мы — русские, Россия — есть.

 

В нечастые минуты национального торжества — вернули свет Крыму, отпраздновали День Победы, освободили Пальмиру, запустили ракету — мне и вовсе начинает казаться, что мы попали в вечность и ничего плохого с нами уже никогда не случится.

 

В дни чужих подвигов — когда какой-нибудь мой соотечественник, о котором я ведать не ведал, ценой собственной жизни ставит заплатку на прохудившейся реальности, без которой сюда хлынули бы демоны, — я принимаюсь думать, что нет такого ада, который бы нас одолел.

 

Когда же становится совсем худо от чувства, будто всё висит на волоске, я вспоминаю собственную спасительную формулу, нащупанную в зиму первого нашего кризиса: "Чтобы хотелось жить, а не лезть в петлю, достаточно знать, что Россия — бездонная, пульсирующая, брюхатая, ненаглядная — любит тебя и будет любить вечно”.

 

Но есть в году один день, когда эта формула не работает, истончается в тень, в насмешку. День, когда подступает трезвое, очень чёткое осознание, что целый мир способен вмиг уйти из-под ног даже посреди прочного порядка вещей. Что такое уже случалось с нами как минимум однажды на этом веку. Эта дата — 22 июня, день общерусской травмы.

 

За считанные минуты, пока звучала речь Молотова, жизнь двухсот миллионов наших дедов перевернулась и больше никогда не была как прежде. Вероломным было не только нападение Германии — сама юдоль земная, казалось, воткнула финку в спину, прервалась и рассыпалась в прах.

 

Тот страшный провал в преисподнюю был за четыре года замурован тридцатимиллионной народной жертвой, превратившей русских — в народ-мученик, а его подвиг — в Христову жертву. Победа одарила народ миром и новыми смыслами, наделила способностью к невиданному историческому рывку.

 

Но память о провале так и не ушла: вся послевоенная судьба народа была повенчана с ожиданием новой войны — решающей, последней. Сознание народа стало "оборонным сознанием”: частично из-за свежих подступающих угроз, но главным образом — из-за довлеющего страха вновь оказаться неготовыми к предательскому удару.

 

На травме 22 июня вырастали поколения. От войны не зарекались — так же как от сумы и тюрьмы. Мы знали, что нужно больше танков. Что нас не должны застать врасплох. Что горе приходит, когда его не ждёшь, — и может нагрянуть в любой момент. Значит, его нужно ждать-поджидать, отгоняя от порога.

 

Эта травма проступала в пятилетних планах и схемах городов, щерилась закрытой границей и суеверным страхом перед Афганом, чудилась в значке ГТО и присказке "Лишь бы не было войны”. А когда мы всё-таки раскрылись, небесная твердь рухнула, и ужас стал явью.

 

Что же сейчас?

 

Каких-то полтора месяца назад — уже после Пальмиры, но до Актюбинска — я написал здесь о своём чувстве: мне вдруг показалось, что мы, целая нация, перестали, наконец, беспокоиться и встали прочно на землю. Ни довлевшая угроза катастрофического кризиса, ни риск позора в Сирии не сломили нас. Вечный страх перед "крушением русской государственности” — в три дня, из-за собственных фатальных просчётов — отступил и не тревожит больше.

 

Но 22 июня — это не про кризис, не про крушение или далёкую заварушку. 22 июня — это про Войну. Отечественную, всё затмевающую, против половины мира. Войну, ненавидимую самой страшной ненавистью. Приходящую всегда нежданно, когда ничего толком не готово и никто, считай, не готов. Требующую полной отдачи от каждого дома — просто потому, что иначе никому не выжить. Самоотверженность — это когда ты, одиночка, чтобы спасти себя и близких, должен забыть о себе и даже о близких, впрячься и спасать всех.

 

Как с Войной быть?

 

Русский одессит Игорь Дмитриев на днях дал ответ, как быть:

 

"Русские мужчины часто говорят о войне. В этом нет ни истерики, ни воодушевления. Просто, обыденно, друзья или предполагаемые партнёры по бизнесу в разговоре так или иначе упоминают слово "война”.

 

Например, так: "Ну, давай попробуем. Получится — заработаем, не получится — ну и чёрт с ним! Всё равно скоро война”. Все говорят об этом спокойно, со знакомым восточным фатализмом. Мол, хорошо пожили, сытно, но пора.

 

Централизованной политики в этом направлении я не увидел — курсов гражданской обороны, военных сборов, информационной накачки. Русские готовятся сами. Один старинный друг-экстремал проводит марафоны по пересечённой местности; говорит: "Ты даже не представляешь, сколько в этом году собирается людей! И все задают один вопрос — тактические задания будут? А боевое слаживание?”

 

В наушниках на пробежке услышал по радио песню "Война, приди!”. И знаете, зацепило. Как когда-то "Перемен требуют наши сердца”. Много таких песен.

 

Русские ждут большой войны. С обречённой готовностью. Как атомы под электромагнитным излучением, они чувствуют её приближение. И это настроение едва заметно передаётся от одного мужчины к другому”.

 

Не сильно нервничая, без драматизма и ненужной суеты, без пустого вопрошания "Да как же они могли?”, звоня в колокола, садясь в автобус или кормя голубей, русские поджидают сотую войну в своей истории. Подпускают поближе, чтобы не ушла с прицелов. Нагрянет ли она на выпускной, как в 1941-м, или на открытие олимпиады, как в 2008-м, или на Благовещение, как в 2014-м, — уже и не важно.

 

Пусть даже сегодня. Даже лучше, если сегодня.

 

Денис Тукмаков





Опубликовано: legioner     Источник

Похожие публикации


Добавьте комментарий

Новости партнеров


Loading...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх