Боевые корабли. Эсминцы. Волки северных морей

Предисловие

Публично признаюсь, много лет как перестал читать комментарии к своим статьям. Пока модераторствовал, это было ни к чему, а потом по инерции. Да и зачем настроение портить, если у нас в читательской среде огромное количество приходит только затем, чтобы, не читая статью, быстренько намалевать что «афтар идиёт, ничего не панимаит». Ну как этот, которого возмутило, что голландский «Дорнье 24» потопил японский эсминец. А в действительности Do.24 мог быть и австралийским… Но это же надо хотя бы в википедию зайти, посмотреть, кому немцы продавали свои самолеты... Дело трудоемкое и небесплатное, как известно. Но у нас речь не об «одаренных» читателях с громкими буквами, а совсем о других.



Вообще был очень удивлен такому количеству положительных откликов. Мореманы, я вас благодарю от всей души, более того, те, кто нажимал кнопку поддержать в дни выхода статей, тут вообще интересно вышло. Фамилий/ников нам не сообщают, но факт: в дни публикаций про эсминцы вы наприсылали столько, что хватило на покупку справочника у одного нехорошего и жадного человека по немецким эсминцам. И теперь после японцев пойдут немцы, там столько фото, которых просто нет в русскоязычном сегменте, что руки чешутся всё это к нам переместить, снабдив каким-никаким переводом.

А там еще и торпедоботы… Кстати, японцы это у немцев передрали, и про японские торпедные корабли вообще отдельная тема будет, потому что там фантазия разыгралась по полной программе.

В общем – спасибо, что читаете, идем дальше.

Сказ о тех, кто ушел на Север, но там не отсиделся

Сегодня у нас «Хацухару-класс» эсминцев Императорских военно-морских сил Японии, находившихся на вооружении до и во время Второй мировой войны и представляющих собою осмысленное решение руководства флота в ответ на изменяющиеся перспективы. «Фубуки» был первым шагом, «Акацуки» — пробой улучшить построенное, а вот «Хацухару» уже стал плодом понимания и осмысления.

Учитывая все наработки, а главное, необходимость в большом количестве новых кораблей, а еще и учитывая требования Лондонского договора 1930 года (пройдет каких-то 4 года с момента вхождения в строй последнего эсминца предвоенной серии, и Япония плюнет вообще на все ограничения), Императорский флот Японии поручил судостроителям спроектировать корабли, которые были бы легче как минимум на 260 тонн, и при этом установить такое же вооружение.

В итоге в новом классе стало на одно орудие меньше (три башни с пятью 127-мм орудиями вместо шести), корпус стал короче, а водоизмещение, соответственно, меньше.


Всё это привело к тому, что конструкция эсминца всё равно вышла за рамки допустимого и оказалась слишком тяжёлой в верхней части, что привело к серьёзным проблемам с остойчивостью. В результате эсминцы класса «Хацухару» пришлось перестраивать (первые два корабля пришлось перестраивать дважды) или модифицировать в процессе строительства, чтобы устранить проблемы с остойчивостью.

Требования к эсминцам типа «Хацухару» были, мягко говоря, своеобразными. Им отводилась роль сопровождения основных ударных сил флота и проведения дневных и ночных торпедных атак. Несмотря на водоизмещение всего 1400 тонн по сравнению с 1700 тоннами у более ранних эсминцев, они должны были быть вооружены так же, как и эсминцы типа «Фубуки». Минус один ствол главного калибра – это был мегакомпромисс на самом деле. Кроме того, системы управления огнём «Хацухару» должны были быть более современными, чем у старых систем, и реально уметь в ПВО. Для этого требовалось модифицировать орудийные башни для стрельбы под большим углом, что также означало необходимость в более мощных двигателях для более быстрого поворота и подъёма орудий для поражения высокоскоростных самолетов.

Торпедные аппараты должны были быть оснащены защитными экранами, чтобы их можно было использовать в плохую погоду и чтобы они были защищены от осколков. А еще «Хацухару» должны были быть оснащены современными закрытыми командными пунктами, защищёнными от атак с воздуха.

Эти требования можно было выполнить, только увеличив вес верхней части судна и что-то сделав с его центром тяжести. Единственным способом уложиться в заданное водоизмещение было максимально возможное снижение веса корпуса и другого оборудования ниже ватерлинии. Но это поставило корабельных конструкторов в безвыходное положение, поскольку любое снижение веса ниже ватерлинии ещё больше поднимало центр тяжести корабля и снижало его устойчивость.

Замкнутый круг? Так-то да, но не в Японии. В те времена всё было как при сёгунате: не можешь — вон тебе кусунгобу, вперед, если не хочешь быть полезным сыну Ямато. Учитывая, что не все в Японии горели желанием закончить карьеру при помощи харакири, выкручивались кто как мог.

В принципе, вес корпуса можно было бы уменьшить, используя другие марки стали, которые были бы легче и тоньше при той же прочности, уменьшив размеры, особенно длину, или применив передовые методы строительства, такие как сварка, которая позволяет снизить вес по сравнению с традиционной клёпкой.

Но Япония была не то чтобы отсталой страной в плане технологий, скорее, больше мешала косность мозгов адмиралов. Об этом писали многие японцы в мемуарах, это было характерно как для флота, так и для обеих авиаций, морской и сухопутной.

Потому японцы использовали для эсминцев типа «Хацухару» ту же высокопрочную сталь, что и для более старых эсминцев, зато совершили ряд других манипуляций, направленных на достижение поставленных задач:

- оставили прежние силовые установки, что были на «Фубуки»;
- удлинили корпус, увеличили ширину, чтобы компенсировать дополнительный вес в верхней части;
- уменьшили осадку, чтобы снизить сопротивление корпуса.

На самом деле всё очень спорно, особенно уменьшение осадки. Это явно уменьшило остойчивость за счёт сокращения площади корпуса под ватерлинией по сравнению с площадью над ней, на которую воздействовал ветер и волны. Потому корпус в итоге стал на 10 метров короче, чем у «Фубуки».

И конечно, японские судостроители боролись с весом всюду, где только можно, причем довольно странными способами. Внедряли сварку, причем по полной программе, клепаными сделали только продольные стрингеры и несколько других деталей, уменьшили количество шпангоутов и сделали их тоньше. Благодаря этому вес корпуса был снижен на 66,5 тонн по сравнению с кораблями класса «Фубуки». Отмечалось, что сварка в Японии была новшеством, а потому качество было ниже среднего, если сравнивать с теми же американскими эсминцами.

В целом эсминцы класса «Хацухару» сохранили общую конфигурацию эсминцев класса «Фубуки» с длинным полубаком и выраженным скосом полубака для улучшения мореходных качеств на высоких скоростях. В кормовой части палубы полубака располагалась большая мостовая конструкция, над которой находились четыре поста управления огнём различных типов. Самым нижним, прямо над компасным мостиком, располагался торпедный пост, выше — пост управления артиллерийским огнём, а над ним находился дальномерный пост. Каждый из постов был защищён 10-миллиметровой броней от обстрела и осколков снарядов.

Перед мостиком была установлена одноорудийная башня модели A, установленная над двухорудийной башней модели B2. Вторая двухорудийная башня была установлена в кормовой части корабля на главной палубе. Эти башни были немного тяжелее, чем более ранние башни модели A и модели B, установленные на кораблях класса «Фубуки». Все башни были оснащены 127-мм орудием Type 3.

Между двумя трубами располагался передний 610-мм трехтрубный торпедный аппарат. За ним располагался торпедный отсек с механической системой быстрой перезарядки на три запасных торпеды. Средний торпедный аппарат располагался за кормовой дымовой трубой по центральной линии, но перезарядный отсек с механизмом был смещен вправо от оси для сохранения центровки корабля. Расположен так же, как и у передней установки. За задней рубкой располагался кормовой торпедный аппарат, а за ним расположенный по осевой линии под небольшим углом вправо механизм перезарядки с торпедным отсеком, так что торпедному аппарату нужно было лишь немного повернуться, чтобы выровняться с механизмом и начать перезарядку. Эсминец типа «Хацухару» нес девять торпед в аппаратах и еще столько же запасных, хотя по требованию флота достаточно было двух трехтрубных торпедных аппаратов.

Это было не единственное «перевыполнение плана» в конструкции эсминца. Два зенитных орудия Vickers 40-мм («пом-помы») были установлены на платформе в передней части задней дымовой трубы. Это не было предусмотрено проектом, но конструкторы решили, что без зениток никак.

Силовая установка «Хацухару» состояла из двух комплектов паровых турбин с редуктором «Кампон», по одному на каждый вал. Каждый комплект состоял из одной турбины низкого давления и одной турбины высокого давления, а также турбины крейсерского хода, соединенной с турбиной высокого давления. Суммарная мощность «Хацухару» составляла всего 42 000 л. с. по сравнению с 50 000 л. с. у их предшественников класса «Фубуки», но оборудование было значительно легче и мощнее в пересчёте на единицу. Силовая установка «Хацухару» весила всего 106 тонн по сравнению с 144 тоннами на кораблях класса «Фубуки», или 396 лошадиных сил на валу на тонну по сравнению с 347 лошадиными силами на валу на тонну у более старых кораблей.

Три котла Kampon типа Ro-Gō на кораблях класса «Хацухару» выдавали 14 000 л. с. каждый, в то время как более старые котлы выдавали 12 500 л. с. Таким образом, у «Хацухару» соотношение веса к мощности на валу составляло 3,6 кг на лошадиную силу по сравнению с 4,1 кг на л. с. у «Фубуки».

«Хацухару» мог пройти 4 000 морских миль (7400 км) со скоростью 18 узлов (33 км/ч) и 460 тоннами топлива. Во время испытаний эсминец «Ненохи» развил максимальную скорость 37,64 узла, что было приличным показателем.

Эсминцы «Хацухару» были вооружены всё теми же орудиями 127-мм с длиной ствола 50 калибров, башни могли подниматься на 75°, что давало орудиям минимальную возможность поражать самолеты. Во время войны одноорудийная башня была снята со всех уцелевших кораблей после 1942 года и взамен установлены зенитные автоматы.

Изначально единственными зенитными орудиями были две 40-миллиметровые пушки лицензионного производства Vickers с водяным охлаждением. Эти орудия были признаны слишком тяжёлыми, стреляющими медленно и недалеко. С 1943 года на уцелевших кораблях их заменили зенитными орудиями Type 96 в одинарных, двойных и тройных установках, произведёнными по лицензии «Гочкисс».

Точные цифры не всегда известны, но в июне 1944 года на «Хацухару» было установлено три трехствольных установки с электроприводом, в том числе одна вместо одиночной 127-мм орудийной башни, одна спаренная установка с электроприводом на платформе перед мостиком и две одинарные установки с ручным приводом.

Установки с электроприводом были признаны неудовлетворительными, поскольку скорость их поворота и наведения была слишком низкой для борьбы со скоростными самолётами, и в последний год войны на кораблях было установлено больше одноствольных установок. Например, «Хацусимо» был вооружён десятью одноствольными 25-мм пушками, когда его потопили в июле 1945 года. На «Хацусимо» также были установлены четыре 13,2-мм пулемёта Тип 93, но они были мало полезны против современных самолётов.

610-мм торпеда Type 90 заряжалась в трёхтрубные аппараты Type 90 Model 2, созданные на основе двухтрубных пусковых установок Type 89, которые использовались на тяжёлых крейсерах класса «Такао».

На торпедных установках и в отсеках для торпед были установлены щиты для защиты от непогоды и атак с воздуха. Изначально щиты были сделаны из дюралюминия для снижения веса, но соленая морская вода быстро привела их в негодность, и их пришлось заменить. Для новых щитов была выбрана сталь «NiCrMo» толщиной 3 мм. Торпедный аппарат управлялся электрогидравлической системой и мог поворачиваться на 360° за 25 секунд. При использовании резервной ручной системы время поворота увеличивалось до двух минут. Каждый аппарат можно было перезарядить за 23 секунды с помощью механизма перезарядки.


Глубинные бомбы. Изначально на корме располагалась только одна ячейка с восемнадцатью глубинными бомбами, но после осени 1942 года их количество увеличилось до тридцати шести. Судя по всему, сонар и гидрофоны были установлены только после начала войны, когда появились сонар Type 93 и гидрофоны Type 93 (одинаковое название для разных устройств). Оба этих устройства уступали современным американским и британским разработкам, но лучше, чем ничего, по крайней мере, эсминцы перестали представлять собой легкие цели для подводных лодок.

Радар изначально не устанавливался на кораблях этого класса, но дожившие до конца войны корабли (как минимум к 1944 году переоборудовали «Хацухару», «Вакаба» и «Хацусимо») получали при ремонтах. На фок-мачте обычно устанавливали радар обнаружения надводных целей Type 22, на грот-мачте — РЛС обнаружения воздушных целей Type 13, а выше Type 22 на фок-мачте — устройство Type E-27 для постановки помех локаторам противника.

Все «Хацухару» в процессе службы подвергались множественным переделкам, в основном направленным на повышение остойчивости.

Кормовую рубку и дальномер убрали, носовую одиночную 127-мм орудийную установку демонтировали, а ее снарядный погреб переделали в топливный бак.

Трехтрубный торпедный аппарат № 3 и его отсек перезарядки с механизмом убрали. На фото не смог найти, но есть схемы переноса одноорудийной башни на корму, как раз не на место торпедного аппарата, но позади, со сдвигом кормового мостика. Была ли реализована такая схема в жизни — сказать сложно, скорее всего, нет, целесообразнее было бы установить там «на все» зенитных автоматов.


Ходовой мостик опустили на один уровень ниже, а всю конструкцию мостика освободили от противоосколочной брони.

Обе дымовые трубы были укорочены на 1–1,5 метра, как и обе мачты.

Носовая торпедная установка была опущена на 30 сантиметров, пулемётная платформа — на 1,5 метра, а платформа прожектора — на 2 метра.

Наружная обшивка днища была усилена, а на дно судна было добавлено около 70 тонн балласта.

Была установлена автоматическая система, которая заполняла часть топливных баков морской водой, чтобы компенсировать расход топлива и, как следствие, повышение центра тяжести и, как результат, потерю устойчивости. Когда в топливный бак добавляли морскую воду, из-за разницы в удельном весе морская вода опускалась на дно бака, а топливо оставалось на поверхности.

Служба в военное время

Все корабли типа «Хацухару» были потеряны во время войны на Тихом океане. Четыре были потоплены в результате авиаударов, а «Ненохи» — американской подводной лодкой «Тритон». «Хацусимо», последний японский эсминец, потерянный во время войны, подорвался на мине 30 июля 1945 года.

«Хацухару» «Ранняя весна»

С началом войны «Хацухару» вместе со своими однотипными кораблями «Ненохи», «Вакаба» и «Хацусимо» оставался в японских территориальных водах для противолодочного патрулирования.

С конца января 1942 года он входил в состав сил вторжения в Нидерландскую Ост-Индию, прикрывая высадку десанта в Кендари на Сулавеси.

25 января «Хацухару» получил повреждения в результате столкновения с крейсером «Нагара» и был вынужден вернуться в Давао для срочного ремонта. После завершения ремонта к 11 февраля она сопровождала танкеры в Баликпапан, Таракан и Макассар.

С мая 1942 года «Хацухару» был переведён на северное направление и направлен вместе с «Абукумой» для участия в Алеутской кампании. До середины июля они патрулировали окрестности Атту, Киски и острова Амчитка. 17 октября «Хацухару» в сопровождении эсминца «Оборо» был атакован бомбардировщиками ВВС США Martin B-26 Marauder у Кыска. Прямое попадание бомбы в корму вывело из строя руль, в результате чего четыре члена экипажа погибли, а еще 14 получили ранения. «Оборо» был потоплен в ходе той же атаки, а «Хацухару» спас 17 выживших и своим ходом добрался до Парамусиро.

«Хацухару» находился в доке военно-морского арсенала Майдзуру с 6 ноября 1942 года по 30 сентября 1943 года. Во время ремонта на него установили несколько 25-миллиметровых зенитных орудий Type 96 и радар Type 22.

Ремонт был окончательно завершен к 11 октября 1943 года. «Хацухару» вместе с «Хацусимо» сопровождал авианосцы «Рюхо» и «Титосэ» в Сингапур. Аналогичным образом 24 ноября вместе с «Хацусимо» и «Вакаба» он сопровождал авианосец «Хиё» из Куре в Трук через Манилу, Сингапур, Тарака́н и Палау, а в конце года вернулся в Йокосуку вместе с авианосцами «Унъё» и «Дзуйхо».


В начале 1944 года «Хацухару» вернулся в северные воды. В июле он совершил два рейса для перевозки войск на Иводзиму в рамках подготовки Японии к высадке американских войск. В конце июля на корабль установили радар Type 13. С августа по октябрь он сопровождал конвои с войсками из Куре на Тайвань и Лусон.

24 октября 1944 года в ходе битвы в заливе Лейте «Хацухару» спас 78 выживших с «Вакабы», потопленного авиацией USS «Франклин» у западного побережья Паная.

В ноябре «Хацухару» вышел из Манилы, чтобы сопровождать конвои с войсками в Ормок 1 и 9 ноября. Однако в ночь на 13 ноября, после возвращения в Манилу, корабль попал под авианалет в Манильском заливе. Несколько близких разрывов привели к деформации обшивки и возгоранию, в результате чего корабль затонул на мелководье. В результате атаки погибли 12 членов экипажа, еще 60 получили ранения, но 218 человек выжили.

«Ненохи» «Первый день Нового года»

С 1940 года использовался для патрулирования и прикрытия высадки японских войск во время вторжения в Французский Индокитай. На начальных этапах операции он стоял в доке в Ханое и выполнял функции радиостанции для координации беспроводной связи во время вторжения, а позже базировался в Хайфоне в качестве сторожевого корабля.

В начале войны вместе с однотипными кораблями «Хацухару», «Вакаба» и «Хацусимо» оставался в японских территориальных водах для противолодочного патрулирования. С конца января 1942 года входил в состав сил вторжения в Нидерландскую Ост-Индию, прикрывая высадку десанта в Кендари на Сулавеси, в Макассаре и на Бали и Ломбоке 18 февраля.

С мая 1942 года «Ненохи» был переведён на северное направление и направлен для участия в Алеутской кампании, патрулируя окрестности Атту, Киски и острова Амчитка.

4 июля 1942 года Nenohi был торпедирован и потоплен американской подводной лодкой «Тритон» во время сопровождения гидроавианосца «Камикава Мару» к юго-востоку от Атту, недалеко от острова Агатту. Через две минуты после попадания торпеды он перевернулся и затонул через пять минут. Погибли 188 человек, 38 выживших были спасены эсминцем «Иназума».

«Хацусимо» «Первый мороз»

С 1937 года «Хацусимо» прикрывал высадку японских войск в Шанхае и Ханчжоу. С 1940 года он патрулировал и прикрывал высадку японских войск в южном Китае, а также участвовал во вторжении в Французский Индокитай.

В начале войны оставался в японских территориальных водах, осуществляя противолодочное патрулирование. С конца января 1942 года участвовал в высадке десанта в Нидерландской Ост-Индии в рамках операции «H», прикрывая высадку в Кендари на Сулавеси, в Макассаре и на Бали и Ломбоке.

28 февраля эсминцы действовали в Яванском море, когда столкнулись с голландским грузовым судном «Siaoe». «Хацусимо» и «Вакабу» открыли по судну артиллерийский огонь и потопили его, убив почти всю команду. Только трое выживших «Siaoe» были спасены голландским грузовым судном «Tomohon».

На следующий день эсминцы всё ещё действовали у берегов Явы, когда они столкнулись с американскими эсминцами «Олден», «Джон Д. Эдвардс», «Джон Д. Форд» и «Пол Джонс». Это были единственные уцелевшие корабли союзников в сражении в Яванском море, которые пытались прорваться через Балийский пролив. «Хацусимо» и другие корабли вступили в бой с американскими эсминцами, но ни одна из сторон не добилась ни одного попадания, и противник благополучно добрался до Австралии.

С мая 1942 года «Хацусимо» был переведён на северное направление и направлен для участия в Алеутской кампании. До середины июля и до декабря он патрулировал в районе Атту, Киски и острова Амчитка, в районе островов Тисима, выходя из Парамусиро или Шумусю в Атту и Киску и совершая многочисленные рейсы для доставки припасов и подкреплений.

«Хацусимо» прибыл в Сасебо в конце 1942 года, и во время ремонта его кормовые 40-мм зенитные орудия были заменены на спаренные 25-мм зенитные пушки Type 96.

«Хацусимо» вернулся в северные воды в январе 1943 года и продолжил патрулирование и доставку грузов на Алеутские острова. 26 марта он участвовал в сражении у Командорских островов в составе 5-го флота Императорского флота Японии и безуспешно атаковал силы ВМС США на большом расстоянии с помощью торпед. В конце марта он вместе с «Нати» и «Майя» вернулся в Йокосуку.


Вид на место проведения операции «Тэн-Го», 7 апреля 1945 года. Эсминец «Касуми» лежит на боку после попадания бомбы, «Хацусимо» и «Фуюцуки» находятся позади него, а за ними виден линкор «Ямато», накренившийся на левый борт и горящий в средней части корпуса.

«Хацусимо» снова ушел в северные воды в середине мая и до конца июня сопровождал конвои между Парамуширо и Оминато. В июле он участвовал в эвакуации с Алеутских островов в составе отряда прикрытия, в который входили эсминцы «Вакаба», «Наганами», «Симакадзе» и «Самидаре».

26 июля произошло морское ДТП: «Хацусимо» протаранил «Вакабу» в кормовую часть, а в ответ получил таран от «Наганами» во время сильного тумана, получив при этом средние повреждения.

По возвращении в Йокосуку в сентябре для месячного ремонта на корабле установили радар Type 22, демонтировали орудийную башню и добавили дополнительные 25-мм зенитные орудия. Эсминец смог вернуться в строй в середине октября, когда сопровождал авианосцы «Рюхо» и «Титосэ» в Сингапур и обратно.

С 24 ноября «Хацусимо» сопровождал авианосец «Хиё» из Куре в Трук через Манилу, Сингапур, Тарака́н и Палау, а в конце года вернулся в Йокосуку вместе с авианосцами «Унъё» и «Дзуйхо».


В начале 1944 года «Хацусимо» выполнял задачи по патрулированию и сопровождению других кораблей между Йокосукой и Труком. 14 апреля он вернулся в Сасебо, где на него установили дополнительные 25-мм зенитные орудия и радар Type 22. В июне он участвовал в сражении в Филиппинском море в составе Первого отряда снабжения и до сентября продолжал выполнять задачи по сопровождению между Японией и Филиппинами. В ходе технического обслуживания в военно-морском арсенале Куре были установлены дополнительные 25-мм зенитные орудия и радар Type 13. «Хацусимо» продолжал выполнять задачи по транспортировке и сопровождению грузов на Филиппины до ноября.


Фотография грибовидного облака, образовавшегося в результате взрыва «Ямато». Эсминцы «Юкикадзэ», «Хацусимо» и «Фуюцуки» пытаются подойти к «Ямато» для спасения экипажа.

24 октября 1944 года, после битвы в заливе Лейте, «Хацусимо» спас 74 выживших с затонувшего «Вакабы». Далее до конца года выполнял задачи по сопровождению между Сингапуром и заливом Камрань во Французском Индокитае.

В феврале 1945 года «Хацусимо» сопровождал линкоры «Исэ» и «Хюга» из Сингапура обратно в Куре во время операции «Кита». В апреле 1945 года «Хацусимо» входил в состав эскорта линкора «Ямато» во время его последней операции «Тэн-Го». Во время миссии эсминец не получил повреждений и спасал выживших с «Ямато», «Яхаги» и «Хамакадзе».


Впоследствии «Хацусимо» был переведён в Майдзуру для использования в качестве учебного и сторожевого корабля. 30 июля 1945 года «Хацусимо» подорвался на сброшенной с воздуха морской мине во время атаки самолётов ВМС США, из-за чего экипажу пришлось посадить корабль на мель. В результате атаки погибли 17 членов экипажа. «Хацусимо» стал 129-м и последним эсминцем Императорского флота Японии, потерянным во время войны.

«Вакаба» «Молодые листья»

С начала войны находился в японских территориальных водах для противолодочного патрулирования. С конца января 1942 года входил в состав сил вторжения в Нидерландскую Ост-Индию, прикрывая высадку десанта в Кендари на Сулавеси, Макассаре и Бали и Ломбоке.

С мая 1942 года «Вакаба» был переведён на север и направлен для участия в Алеутской кампании. До середины июля он патрулировал окрестности Атту, Киски и острова Амчитка, патрулировал у островов Тисима, совершал переходы из Парамусиро или Сюмусю на Атту и Киск, доставляя припасы и подкрепления до декабря.

«Вакаба» пришел на ремонт в Сасебо в конце 1942 года, и во время ремонта его кормовые 40-мм орудия были заменены на спаренные 25-мм зенитные пушки Type 96.

Эсминец вернулся в северные воды в январе 1943 года, продолжив патрулирование и доставку грузов на Алеутские острова. 26 марта она участвовала в сражении у Командорских островов в составе 5-го флота Императорского флота Японии и безуспешно атаковала силы ВМС США на большом расстоянии с помощью торпед. 30 марта он столкнулся с эсминцем «Икадзути» и вместе с крейсерами «Нати» и «Мая» был отправлен в Йокосуку на ремонт.

«Вакаба» с конца апреля и до начала июля сопровождал конвои между Парамуширо и Оминато. В июле он участвовал в эвакуации с Алеутских островов в составе отряда прикрытия, в который входили эсминцы «Хацусимо», «Наганами», «Симакадзе» и «Самидаре». 26 июля он был протаранен «Хацусимо» в кормовую часть и получил серьезные повреждения, из-за которых пришлось вернуться в Сасебо на двухмесячный ремонт. В Сасебо на него установили радар Type 22, демонтировали башню «X» и добавили дополнительные 25-мм зенитные орудия. В середине октября он вернулся в строй северного флота.

В ноябре «Вакаба» сопровождал авианосец «Хиё» из Куре в Трук через Манилу, Сингапур, Тарака́н и Палау, а в конце года вернулся в Йокосуку вместе с авианосцами «Уньё» и «Зуйхо».

В начале 1944 года «Вакаба» продолжал выполнять задачи по сопровождению между Йокосукой и Труком. В июле он совершил два рейса для перевозки войск на Иводзиму в рамках подготовки Японии к высадке американских войск. В конце июля на корабле установили радар Type 13 и дополнительные 25-мм зенитные автоматы. С августа по октябрь он сопровождал конвои с войсками из Куре на Тайвань и Лусон.

24 октября 1944 года в ходе битвы в заливе Лейте «Вакаба» был потоплен самолётами с авианосца «Франклин», которые добились прямых попаданий двух бомб. «Хацухару» спас 78 человек, а «Хацусимо» — 74.

«Ариаке» «Рассвет»

В начале войны вместе с однотипными кораблями «Сирацую», «Сигурэ» и «Югурэ» базировался в Хасирадзиме в японских территориальных водах и привлекался для противолодочного патрулирования.

В январе 1942 года «Ариаке» сопровождал авианосцы «Хирю» и «Сёрю» на пути к Палау и Амбону во время вторжения в Нидерландскую Ост-Индию, а также участвовал в налёте на Дарвин 19 февраля 1942 года. После этого он базировался в заливе Старинг на Сулавеси, откуда до конца марта совершал патрульные выходы. С 22 марта по 15 апреля 1942 года он вернулся в военно-морской арсенал Сасебо для ремонта. В конце апреля он отправился на Трук в составе эскорта авианосцев «Сёкаку» и «Дзуйкаку» и участвовал в сражении в Коралловом море. В мае его перевели в сопровождение крейсеров «Мёко» и «Хагуро» на обратном пути в Куре.

Во время битвы за Мидуэй «Ариаке» входил в состав эскорта Алеутской диверсионной группы.


После бомбардировки Науру 23 августа десантный отряд с «Ариаке» занял этот остров. Далее «Ариаке» был направлен на Соломоновы острова, где участвовал в переброске войск для высадки отрядов «Итики» и «Аоба» на Гуадалканал, а также в обстреле Хендерсон-Филд.

С сентября по декабрь 1942 года он участвовал в многочисленных рейсах «Токийского экспресса» по перевозке грузов по Соломоновым островам. 17 декабря он атаковал и, по некоторым данным, потопил неопознанную подводную лодку, но эта информация не подтверждена. В конце декабря «Ариаке» получил серьезные повреждения недалеко от Рабаула во время авианалета бомбардировщиков B-24 при буксировке поврежденного эсминца «Узуки». В результате шести близких разрывов снарядов погибли 28 членов экипажа и еще 40 получили ранения, были выведены из строя орудийные башни №2 и №3.

После возвращения в Сасебо для капитального ремонта в середине февраля 1943 года «Ариаке» сопровождал конвой до Трука, а в конце февраля — ещё один конвой из Трука в Рабаул и обратно в Йокосуку в конце апреля. В конце месяца он вернулся в Трук в качестве эскорта авианосца «Унъё», а в конце мая — вместе с линкором «Мусаси». В начале июня он встал на ремонт, за исключением одного выхода в море для сопровождения авианосца «Хиэй» на Трук и возвращения с тем же поврежденным кораблем через несколько дней. В конце июня он сопровождал авианосец «Рюдзё» из Йокосуки на Трук, а крейсеры «Кумано» и «Судзуйя» — из Трука в Рабаул, повторив эту миссию дважды в начале июля.

27–28 июля 1943 года «Ариаке» перевозил войска в Тулуву, Новая Британия. Эсминец «Микадзуки» сел на мель на рифе недалеко от мыса Глостер, «Ариаке» завершил миссию на Тулуву, после чего вернулся на помощь «Микадзуки», где был потоплен американскими B-25. Погибли семь человек, в том числе капитан «Ариаке», лейтенант-коммандер Акифуми Кавахаси.

«Югуре» «Сумерки»

В начале войны вместе с однотипными кораблями «Сирацую», «Сигурэ» и «Ариаке» базировался в Хасирадзиме в территориальных водах Японии и привлекался для противолодочного патрулирования.

В январе 1942 года «Югуре» сопровождал авианосцы «Хирю» и «Сорю» в Палау и Амбону во время вторжения в Нидерландскую Ост-Индию, а также участвовал в авианалёте на Дарвин 19 февраля 1942 года. После этого он базировался в заливе Старинг на Сулавеси, откуда до конца марта совершал патрульные выходы в сопровождении других кораблей. В конце апреля эсминец отправился на Трук в составе эскорта авианосцев «Сёкаку» и «Дзуйкаку» и участвовал в составе сил адмирала Такаги в сражении в Коралловом море.

В мае «Югуре» получил задание сопроводить крейсеры «Мёко» и «Хагуро» обратно в Куре. Во время битвы за Мидуэй он входил в состав эскорта Алеутской диверсионной группы. Участник бомбардировки Оушен-Айленда 23 августа, десантная группа с «Югуре» 26 августа заняла этот остров. Затем «Югуре» был направлен на Соломоновы острова, где до января 1943 года участвовал в многочисленных высокоскоростных перевозках «Токийского экспресса» по Соломоновым островам. Хотя он не участвовал в первом морском сражении у Гуадалканала, после него «Югуре» помогал в спасательных операциях, принимая на борт экипаж с повреждённого линкора «Хией».

В середине января 1943 года «Югуре» сопровождал конвой до Циндао, а оттуда до Палау и Вэвака. В марте он сопровождал еще один конвой из Трука в Вэвак и обратно в Йокосуку, а в мае — еще один. В конце месяца он вернулся на Трук в качестве эскорта авианосца «Уньо», а в конце мая вернулся с линкором «Мусаси». В начале июня он сопровождал авианосец «Нийё» до Трука, а через несколько дней вернулся обратно. В конце июня он сопровождал авианосец «Рюхо» из Йокосуки до Трука. В начале июня ему было поручено прикрывать перевозки войск в Коломбангару.

12 июля 1943 года «Югуре» участвовал в битве при Коломбангаре, потопив торпедами американский эсминец «Гвин», а также повредив крейсеры «Гонолулу» и «Сент-Луис» и новозеландский крейсер «Линдер».

Однако несколько дней спустя, в ночь на 20 июля 1943 года, во время переброски войск в Коломбангару, «Югуре» был атакован и потоплен американскими торпедоносцами с Гуадалканала, к северо-северо-западу от Коломбангары. Спасательный эсминец «Киенами» подобрал около двадцати выживших, но вскоре после этого, в свою очередь, был потоплен, в результате чего из экипажа «Югуре» из 228 человек не выжил никто, и только один человек из экипажа «Киенами».


Подытоживая, стоит ответить на один-единственный вопрос: пошли ли переделки на благо?

Здесь всё просто: когда строили эти эсминцы, Япония еще обращала внимание на различные морские договоры и что-то там пыталась ограничить и ввести в определенные рамки. В итоге получилось не очень, и вся жизнь шестерки «Хацухару» — это сплошная борьба не за остойчивость, а, скорее, с остойчивостью. Но если посмотреть на тот объем работ, который проделали эти эсминцы, точно можно сказать, что не хуже, чем у «Фубуки».

Ослабление артиллерии на один ствол уже не кажется чем-то этаким. Наши эсминцы и с четырьмя орудиями вполне справлялись, так что с самого начала можно было бы убирать одну башню и не ломать над этим голову. Японские орудия очень сильно уступали в скорострельности тем же американским, потому сделать акцент на применение торпед было вполне разумным шагом. Девять (а так — восемнадцать) «Лонг-Лэнсов» представляли собой куда большую угрозу, чем 127-мм орудия, и там уже не важно, сколько их было бы: 4, 5 или 6.

Если посмотреть на потери эсминцев, то становится понятно, что оборудование их гидроакустической аппаратурой резко пошло на пользу, и подлодки США перестали топить эсминцы, как котят. Один из шести – ну совсем не то, что у предшественников.

ПВО так и осталось очень слабым, тут речь не столько про количество стволов, сколько про качество. 25-мм «Гочкисс», на основе которого был сделан «Тип 96», в лучшие свои времена уступал тому же 20-мм «Эрликону», про 40-мм «Бофорс» мы даже не заикаемся. Автомат был… корявый изначально, с невысокой скорострельностью и неприятной баллистикой. И даже большое количество этих стрелялок не спасало корабли от американской авиации, причем — от тральщика до «Ямато». Это неоспоримый факт.

Как было сказано в самом начале, планы по созданию эсминца первой линии, мягко говоря, не вышли. Не тянули «Хацухару» на эту роль, в первую очередь из-за дисбаланса в вооружении. Прекрасные торпеды – единственное, чем они могли похвастаться. Всё остальное было сильно ниже среднего. Именно потому в первый период войны «Хацухару» исполняли роль боевых кораблей, а потом сыграли в скоростные транспорты и эскортные корабли. Всё закономерно.

Но тут мы подходим к самому интересному в нашем музее. К тому, что пришло на смену «Фубуки», и это действительно интересно. В декабре 1941 года японские флотоводцы дружно выдохнули, плюнули на все договоры и ограничения и приказали строить то, что им было нужно.

Конечно, это всё было запланировано заранее, проекты не просто ждали своего часа, они уже закладывались и строились. Тут вышло как с крейсерами «Могами»: вроде бы один из мощнейших легких крейсеров (15 х 155-мм орудий), наделавший изрядно шума, в одночасье стал тяжелым! Вместо башен с тремя 155-мм орудиями установили башни с двумя 203-мм, и так сделали четыре раза! Четыре легких крейсера превратили в тяжелые. И понятно, что всё было спланировано заранее, решение принималось не в 1940 году.

Так примерно получилось и с эсминцами, во второй части войны на Тихом океане приняли участие корабли, очень сильно отличавшиеся от наших сегодняшних героев. Речь идет о классе «Асасио», герое одного из следующих материалов. Да, перед ним будет еще о попытке «очеловечить» «Хацухару», но второе поколение уже наступало им на винты.