Когда японская броня не устояла. Сражения в Цусиме и Желтом море

Опубликовано: 12.02.2025 Русские снаряды в Цусимском сражении: новые данные о пробитии брони японских кораблей ставят под сомнение устоявшиеся исторические оценки. Анализ семи попаданий крупнокалиберных снарядов в броню флагманского «Микасы», «Фудзи» и других единиц японского флота показывает, что эффективность отечественных боеприпасов была значительно выше, чем принято считать. Ключевой вывод: в ряде эпизодов фугасные снаряды вели себя как бронебойные, пробивая плиты толщиной до 152 мм, что противоречит действовавшим инструкциям и требует пересмотра тактики артиллерийского боя.

Прорыв брони: четыре случая, ломающих стереотипы

Попадание в «Фудзи»: загадка кормового барбета

Один из самых спорных эпизодов — поражение лобовой плиты куполообразной защиты кормового барбета броненосца «Фудзи». Снаряд калибра 12 дюймов попал в плиту толщиной 152 мм на дистанции 25–30 кабельтовых. Угол отклонения от нормали был критическим — не менее 30 градусов, что граничило с рикошетом. Тем не менее, снаряд прошел броню и взорвался внутри барбета, вызвав возгорание восьми полузарядов и вывод из строя правого орудия. Ключевая неопределенность: мог ли это быть фугасный снаряд с трубкой обр. 1894 года? Теоретически, при большом отклонении от нормали время срабатывания ударника увеличивается, что могло отсрочить взрыв. Однако стандартная логика для фугасного боеприпаса — детонация при преодолении брони, а не за ней. Поэтому версия о бронебойном снаряде, хоть и не подтвержденная, остается основной. Искривленная форма плиты и попадание в зону амбразуры дополнительно усложняют однозначную интерпретацию.

Попадание в «Адзуму»: фугас или бронебойный с предельной дистанции?

12-дюймовый снаряд поразил 152-мм броню кормового каземата броненосного крейсера «Адзума» с дистанции 17–24 кабельтовых. Снаряд разбил плиту, проломил крышу каземата, повредил орудие и нанес осколочные повреждения кормовому мостику. Характер разрушений (взрыв в процессе преодоления брони) типичен для фугасного снаряда. Однако источник снаряда неизвестен: он мог быть выпущен как с новейших броненосцев (12-дм/40 пушки обр. 1895 г.), так и с устаревших («Наварин», «Император Николай I»). Для старых орудий 152-мм броня была пределом пробития. Таким образом, попадание могло быть нанесено как фугасным снарядом с новой пушки, так и бронебойным — со старой. В обоих случаях взрыватели сработали штатно.

Попадание в «Ниссин»: итальянская броня под вопросом

10-дюймовый (или 9-дм) снаряд пробил 152-мм броневой пояс крейсера «Ниссин» на дистанции 16–20 кабельтовых. Броня была пробита, но взрыв произошел при прохождении плиты. Головная часть снаряда дошла до середины угольной ямы. Критический фактор — броня «Ниссина» была не крупповской, а итальянской (Терни), стойкость которой, по оценкам, ниже. Это делает невозможным однозначный вывод о типе снаряда: фугасный с трубкой Бринка мог расколоться о броню, а бронебойный — пройти ее на пределе. Возможен также вариант с попаданием в воду перед броней, снизившим скорость.

Попадание в «Сикисиму»: 6-дм снаряд против 102-мм брони

Самый загадочный случай. 6-дюймовый снаряд пробил 102-мм броневой пояс броненосца «Сикисима» на дистанции около 30–33 кабельтовых, оставив пробоину 30х48 см. По расчетам, даже с бронепробивающим колпачком такой снаряд не мог пробить цементированную броню указанной толщины на этой дистанции. Размер пробоины указывает на то, что снаряд имел значительный запас энергии. Возможные объяснения: броня «Сикисимы» могла быть не цементированной, а гомогенной, что резко снижает ее стойкость. Либо снаряд взорвался в процессе преодоления брони, что объясняет и пробитие, и большой размер пробоины. Третий вариант — ошибочная идентификация калибра: снаряд мог быть крупнее 6 дюймов. В сражениях у Шантунга и Цусимы русский флот использовал два основных типа 12-дм снарядов: фугасные с пироксилиновой начинкой и трубкой обр. 1894 г. и бронебойные, которые также снаряжались пироксилином. Инструкции предписывали на дистанциях свыше 20–25 кабельтовых применять фугасные боеприпасы. Однако анализ попаданий показывает, что фугасные снаряды в ряде случаев пробивали броню, что нехарактерно для их конструкции. Это ставит под сомнение как качество японской брони (особенно на старых кораблях), так и корректность русских инструкций. Фактически, на предельных дистанциях разница между бронебойным и фугасным действием стиралась: оба типа могли пробивать плиты толщиной до 152 мм, но с разной вероятностью детонации за броней. Особое внимание привлекает случай с «Сикисимой», где 6-дюймовый снаряд пробил 102-мм броню. Это указывает на возможное системное ослабление броневой защиты японских кораблей в оконечностях, где могли применяться гомогенные плиты. В целом, представленные данные свидетельствуют о том, что русская артиллерия нанесла японскому флоту более серьезные повреждения, чем принято считать, и что тактика применения снарядов нуждается в пересмотре с учетом реальной баллистики и стойкости брони.