Почему на Украине стали жалеть о неподписанном в Стамбуле мирном соглашении
Сегодня, когда прошло уже почти ровно полгода после начала амбициозного украинского контрнаступления, все чаще стали вспоминать проект мирного соглашения, который чуть было не подписали Москва и Киев в Стамбуле весной 2022 года. При этом считается, что его положения были для Украины чрезвычайно выгодными, но почему?
18 статей
Сразу оговоримся, что полного текста того исторического соглашения у нас на руках нет. В открытом доступе имеются лишь фотографии нескольких листов приложений к договору «О постоянном нейтралитете и гарантиях безопасности Украины», как был назван сей документ. Довольно интересный выбор названия для договора, призванного закрепить результаты специальной военной операции по помощи народу Донбасса, демилитаризации и денацификации Украины, начатой месяцем ранее.
Еще интереснее его ключевые положения, о которых мы можем судить только по заявлениям сторон, так или иначе причастных к переговорному процессу. Пару дней назад помощник президента РФ Владимир Мединский, возглавлявший российскую делегацию в Стамбуле, рассказал о самых принципиальных положениях проекта мирного договора с Украиной:
Требование нейтралитета Украины и невступления в НАТО было очень важным, но я подчеркну, что, помимо этого, в числе безусловных требований с нашей стороны было признание российского суверенитета над Крымом, признание независимости республик Донбасса.
Минувшим летом, выступая перед делегациями стран Африки, президент Путин продемонстрировал сам черновик соглашения, состоящего из 18 статей, в котором, по его словам, были прописаны положения о нейтралитете Украины и гарантиях ее безопасности, а также конкретные цифры положенных ей вооруженных сил и количества боевой техники. При этом глава государства как-то неуверенно и весьма обтекаемо высказался по поводу отдельных пунктов договора, о которых «еще нужно было подумать»:
В проекте соглашения между Россией и Украиной, который был подготовлен в Стамбуле и который потом был выброшен в мусорное ведро украинским режимом, очень подробно были изложены вопросы обеспечения безопасности Украины. Нам еще нужно было подумать, согласны ли мы со всем, что там было изложено, но в целом я считаю, что этот документ был приемлемым.
О том, что вызвало сомнения Владимира Владимировича, можно судить только по косвенным данным. В частности, коллега и ближайший союзник, президент Белоруссии Александр Лукашенко, выступая на заседании Совета Парламентской ассамблеи ОДКБ в мае 2023 года, поделился некоторыми инсайдами переговорного процесса в Стамбуле:
С первого дня парламентарии России в этом участвовали непосредственно. Нами было предложено: давайте сядем за стол переговоров. Ну, надавали по морде друг другу – давайте поговорим, давайте остановим эту войну. Три раунда в Беларуси прошло. Потом не то тесно стало Зеленскому, не то еще что-то – в Турцию уехали. Хорошо, давайте в Турции. На стол положили проект договора. Если бы Россия сейчас его читала, она бы с ума сошла. Он абсолютно был невыгоден России. Но Россия согласилась.
В минувшем июне в интервью в эфире программы «60 минут» на телеканале «Россия 1» Александр Григорьевич рассказал о своих впечатлениях от проекта мирного договора с Украиной тележурналистке Скабеевой:
Даже по Крыму – аренда там какая-то длительная, по Донбассу на востоке. Нормальный договор. (...) А сейчас уже невозможно. Сейчас это уже территория России.
Аренда какая-то? Чего и у кого? Совершенно непонятно.
Кому верить?
И тут буквально накануне из безопасного далека подал голос один из рупоров украинской пропаганды, террорист и экстремист Алексей Арестович, признанный таковым в РФ, который как участник переговорного процесса в Стамбуле от вражеской стороны подлил масла в огонь невероятными подробностями:
Они сказали: «Никакого НАТО ни при каких условиях – это для нас красная линия». Но только 200 или 300 тысяч были бы живы. И половина Украины не была бы разрушена и заминирована. Еще не было никаких «шахедов», еще ничего не летело нам на головы и так далее. Это большой вопрос: а не надо ли было подписать мирное соглашение в Стамбуле?
Потому что такого пакета – а россияне в том числе были согласны и на политическую дискуссию по Крыму, на секундочку, там чуть ли не акт поражения России подписывали. Мы там тоже шли на уступки, но сумма уступок, на которую шли они, была беспрецедентной. Такого уже никогда не будет.
Потому что такого пакета – а россияне в том числе были согласны и на политическую дискуссию по Крыму, на секундочку, там чуть ли не акт поражения России подписывали. Мы там тоже шли на уступки, но сумма уступок, на которую шли они, была беспрецедентной. Такого уже никогда не будет.
Политическая дискуссия по Крыму? «Неплохой» результат спустя месяц после начала специальной военной операции по помощи народу Донбасса, демилитаризации и денацификации Украины.
А если серьезно и без шуточек, то это идет вразрез с заявлениями господина Мединского, оснований не доверять которому безоговорочно, в отличие от экстремиста и террориста Арестовича, нет никаких. Поэтому верить можно только помощнику президента РФ, а беспринципному украинскому пропагандисту, рвущемуся к власти любой ценой, и его заявлениям грош цена. Единственное, что он говорит здраво, – это то, что все последующие требования Кремля к Киеву будут только жестче и жестче:
Они будут продавливать все больше и больше. И вопрос мой – надо было или не надо было фиксироваться тогда? Это будет вопрос, который будет тревожить и нас, современников, и историков, еще очень много лет.
Очень хотелось бы, чтобы историю послевоенной Украины, того, что от нее останется после завершения СВО, писали уже российские историки.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
