Heinkel He 100. Рекордсмен без будущего, и его братья, реальные и вымышленные

Почему Heinkel He.100 провалился, хотя обогнал всех: честный разбор

В 1938 году фирма Heinkel создала истребитель, который летал быстрее любого серийного самолёта в мире. Он установил абсолютный рекорд скорости — 746,6 км/ч. Но в серию его не запустили. Почему инженерный триумф обернулся производственным провалом? Разбираемся без мифов.

Рождение рекордсмена: аэродинамика и странное охлаждение

Проект He.100 (заводской номер 1035) курировали братья Вальтер и Зигфрид Гюнтеры — те самые, что сделали He.70 Blitz эталоном обтекаемости. Их идея: минимизировать лобовое сопротивление любой ценой.

Для этого они отказались от выступающих радиаторов. Вместо них применили испарительную систему охлаждения — сложную сеть трубок, скрытых под обшивкой крыла и в хвосте.

Как это работает: охлаждающая жидкость (вода с глицерином и спиртом) находилась под давлением, не закипая даже при 120 °C. Она подавалась в крыльевые конденсаторы, где мгновенно превращалась в пар. Набегающий воздух охлаждал обшивку, пар конденсировался, и жидкость возвращалась к двигателю. То же самое — с маслом, только через спиртовой контур в гаргроте и оперении.

Система дала выигрыш в скорости: на He.100 V8 с форсированным двигателем DB 601 Re (1 750 л.с.) Ганс Дитерле 30 марта 1939 года разогнался до 746,6 км/ч — первый самолёт, преодолевший рубеж 700 км/ч. Но плата была высока: 22 электродиафрагменных насоса, километры трубок и дикая чувствительность к повреждениям.

«He.100 был быстр как гоночный болид, но в бою одна пуля в крыло могла убить двигатель. Испарительное охлаждение — это засада. Красиво на стенде, страшно в полевых условиях» — личное наблюдение автора, основанное на отчётах Rechlin.

Мистификация He.113: как 12 самолётов обманули Британию

Проиграв тендер на основной истребитель Люфтваффе (его выиграл Bf.109), Хейнкель получил неожиданный заказ... от пропаганды. Двенадцать He.100 D-1 перекрасили, нанесли фиктивные эмблемы эскадрилий и назвали He.113.

Фотографии распространялись через журнал Der Adler. Самолётам приписали «боевые вылеты» в Норвегии и Франции. В передней кромке крыла пропилили отверстия и вставили трубки — на снимках казалось, что истребитель несёт четыре 20-мм пушки. Британская разведка RAF клюнула: три года аналитики были уверены, что у немцев есть резерв из нескольких сотен He.113. Маршал Даудинг лично опасался этой «машины-призрака».

Реальность: ни один He.100 не участвовал в боях. Шесть машин продали в СССР (испытывал Степан Супрун), три — в Японию. Оставшиеся охраняли завод Heinkel в Ростоке, но не сделали ни одного выстрела.

Почему не пошёл в серию: сравнение с Bf.109

Главная причина отказа — не скорость, а логистика. Генеральный инспектор Люфтваффе Эрхард Мильх мыслил тоннами алюминия и мото-часами. Производство уже было развёрнуто под Bf.109 и двигатели DB 601. Запуск второй сложной машины потребовал бы перестройки всей кооперации. К тому же He.100 требовал высококвалифицированных механиков и дефицитных материалов (магниевые сплавы, качественный дюраль). В условиях войны это было непозволительно.

Добавьте политику: Хейнкель был независимым и конфликтным, а Мессершмитт — гибким и удобным для министерства. В итоге выбрали «понятный» Bf.109, который можно было выпускать тысячами, жертвуя характеристиками.

Что осталось за кадром

Технические решения He.100 — испарительное охлаждение, stress-skin обшивка, интегрированные конденсаторы — позже использовались в He 219 и даже в первых реактивных проектах. Но урок выучен: самолёт для войны должен быть не только быстрым, но и живучим, ремонтопригодным, дешёвым.

Советские инженеры, испытывавшие He.100 в НИИ ВВС, пришли к тому же выводу: машина великолепна, но для массовой армии не годится. Слишком сложна, слишком требовательна к топливу и обслуживанию.

Вывод автора: Heinkel He.100 — блестящий пример того, как инженерная одержимость скоростью убивает практичность. Он был хорош для музея и для пропаганды, но не для фронта. И это, пожалуй, главное, что стоит помнить, когда слышишь про «чудо-оружие».