Возвращаемся в 2018. К вопросу о речных флотилиях или дивизионах в составе ВМФ России
Впервые за долгие годы вопрос о возрождении речных флотилий в составе Военно-морского флота России перешел из разряда теоретических дискуссий в плоскость практических решений. Заявление зампреда Совбеза Дмитрия Медведева о формировании нового самостоятельного объединения стало сигналом: опыт специальной военной операции заставил пересмотреть отношение к «малой войне» на воде. Речь идет не просто о создании новой структуры, а о попытке закрыть критическую брешь в возможностях ВМФ, которая стала очевидной в ходе боев на Днепре и в акватории Черного моря.
Почему Днепр стал полигоном для новой тактики
Ситуация на херсонском направлении вскрыла системную проблему. Разрушение Каховской ГЭС изменило гидрографию: вместо водохранилища образовалось русло шириной до 500 метров. Противник активно использует это пространство для действий диверсионно-разведывательных групп. Ключевой нюанс — скорость. Американские малые речные катера типа SURC и Sea Ark Dauntless развивают до 45 узлов. Это делает их крайне сложной целью для средств поражения, работающих по заранее рассчитанным координатам. Пока расчеты корректируют огонь, катер уже уходит из зоны поражения или достигает берега.
Асимметричный ответ: от защиты к перехвату
Главный вызов последних месяцев — морские дроны. Борьба с ними традиционными кораблями (крейсерами, фрегатами) неэффективна. Скоростной маневренный катер — единственный адекватный инструмент для перехвата и уничтожения таких целей. Американский опыт это подтверждает: патрульные катера Mark VI, поставленные Киеву, несут две 30-мм пушки Bushmaster II и шесть 12,7-мм пулеметов. Такая огневая плотность позволяет гарантированно уничтожать дроны и обеспечивать огневую поддержку десанта.
Российский ВМФ, обладая мощным океанским флотом, до недавнего времени не имел серийного аналога такого «речного истребителя». Создание флотилии подразумевает не просто строительство катеров, а формирование новой тактической единицы, способной работать на реках, озерах и в прибрежной зоне.
Новая структура морской пехоты
Параллельно с созданием флотилии идет реформа морской пехоты. Впервые в истории современной России бригады переформировываются в дивизии. Это прямо связано с появлением новых средств доставки. Если раньше морпехи были заложниками наличия больших десантных кораблей, то теперь дивизии получат в подчинение собственные дивизионы десантных катеров. Это кардинально меняет логистику и тактику: штурмовые группы получают возможность высаживаться на необорудованное побережье, острова и участки рек без привязки к базам флота.
По данным из открытых источников, первый экспериментальный дивизион таких катеров уже работает в зоне СВО. Его задача — обкатать тактику взаимодействия с подразделениями морской пехоты и отработать противодействие скоростным целям противника.
Споры о необходимости речных сил велись еще в 2018 году, но тогда аргументы «малой войны» были признаны неактуальными. Сегодня, когда противник использует американские катера для переброски групп и атак дронами, отсутствие собственного скоростного флота стало фактором оперативного риска. Создание флотилии — это не дань традиции, а вынужденная и запоздалая реакция на изменение характера боевых действий. Вопрос не в том, нужны ли такие силы, а в том, успеет ли промышленность обеспечить их современными катерами до того, как противник адаптирует свою тактику.
