Лейтенанты по вызову в Донбасс
Украина вдвое увеличила численность армии, но в бой вести солдат некому.
Кабинет министров Украины принял постановление № 83-р о досрочном выпуске курсантов и слушателей выпускных (куда без тавтологии в глубоко бюрократическом документе?) курсов в высших военных учебных заведениях страны. В официальном комментарии к документу сказано: «Принятие данного решения позволит доукомплектовать должности офицерского состава в воинских частях и органах военного управления, поддержать их боевую и мобилизационную готовность на уровне, гарантирующем адекватное реагирование на угрозы национальной безопасности государства».
Когда такое происходит, это верный признак чрезвычайного положения дел в любой армии. Допустим, если война на пороге, а войска к ней совершенно не готовы. Для Украины этот индикатор тревожен вдвойне потому, что нынешний досрочный выпуск недоучившихся курсантов в ней не первый. Минувшей весной было то же самое.
Мало того. При всех военных институтах и академиях Украины организованы трехмесячные курсы младших лейтенантов. Для подъема престижа этого редкого в армии звания президент Петр Порошенко пообещал вскоре его … отменить. В соответствии, как представляется главе государства, с украинской национальной традицией ему мечтается переименовать младших лейтенантов в хорунжиев. Но пока такого решения нет, и курсы штампуют именно «мамлеев» (как именуют обладателей единственной маленькой звездочки на погонах в казармах).
Принимают на краткосрочные курсы, как объявлено, рядовых и сержантов с боевым опытом, приобретенным в ходе так называемой «АТО» в Донбассе. Не будем даже размышлять о том, чему можно научить даже самого способного, дисциплинированного и мотивированного курсанта за три месяца, если в обычных училищах только курс молодого бойца перед присягой длится почти столько же. Просто отметим, что, скорее всего, отбор кандидатов в младшие лейтенанты не очень строгий — только подай рапорт. Во всяком случае, к примеру, в первом выпуске курсов, состоявшемся 14 декабря в Национальной академии Сухопутных войск имени Петра Сагайдачного, одному из 69 новоиспеченных «мамлеев» оказалось 56 лет.
Согласитесь — командовать взводом, ползать на пузе и бегать под пулями на передовой в таком возрасте как-то затруднительно. Вот протирать штаны где-нибудь на складе или в штабе — в самый раз. Но не в штабах в ВСУ сегодня самый лютый некомплект командных кадров. И, конечно, не для их пополнения организованы чрезвычайные курсы.
Общий масштаб кадрового дефицита офицеров в украинской армии — это, естественно, военная тайна Киева. И нам не заглянуть в сейфы их Генштаба. Но остроту проблемы представить все же можно. Допустим, если взглянуть на происходящее глазами местных журналистов, часто бывающих в окопах.
Вот, к примеру, строки из февральского репортажа корреспондента одесской газеты «Думская» Александра Сибирцева, который на днях заглянул на позиции 28-й отдельной механизированной бригады ВСУ в зоне «АТО»: «Участок укрепрайона, по которому мы идем, держит взвод командира с позывным «Хохол». Офицеры уважительно здороваются с комвзвода за руку и несколько минут детально обсуждают свои профессиональные вопросы.
Уже после разговора неожиданно выясняется, что звание у «Хохла», 21-летнего командира взвода из тридцати трех солдат, — рядовой! Пресс-офицер Павел Омельченко поясняет:
— Острая нехватка офицеров в бригаде. Поэтому командирами подразделений назначаем молодых и способных ребят. А на офицерские должности ставим парней с высшим образованием. Мобилизованный он или нет, не имеет значения».
Удивительно ли, что для многих нынешних украинских пехотных командиров откровение, что положенный каждому из них курвиметр — это не устройство для определения количества нехороших людей среди подчиненных. А хранимый в каждой офицерской полевой сумке простой и даже почти примитивный прибор для измерения длины извилистых линий на картах. Чтобы, проще говоря, можно было легко и быстро вычислить, сколько твоему взводу или роте придется месить грязь по петляющему сельскому проселку из пункта А в пункт Б.
Если газетному репортеру из Одессы верить не хочется, давайте послушаем волонтеров. К примеру, одного из самых авторитетных на Украине Романа Доника, тоже не вылезающего из зоны «АТО». Вот его мнение: «Самые большие проблемы в этой войне не со снабжением и не с техникой. Самые большие проблемы этой войны — это острая нехватка командиров младшего и среднего звена, именно кадровых офицеров… Нехватка жуткая. Кадровые тупо морозятся по штабам и не горят желанием ехать воевать, а на вакансии назначаются те, кто уже вышел в запас или уволился. Назначаются мобилизованные офицеры из бывших военных, из других родов войск. Особенно это в мобилизованных механизированных частях. В результате этого на должностях оказываются люди не совсем готовые к этому. В том числе и морально».
Отчего же такое гибельное положение с офицерскими кадрами в ВСУ и Национальной гвардии? Чтобы ответить на этот вопрос, не обойтись без краткого экскурса в недавнюю историю этого войска.
Еще в 2012 году Киев решил подготовить «реалистичную программу реформирования армии с учетом внеблокового статуса государства». За этими политкорректными словами явно проглядывало пацифистское стремление тогдашнего президента Виктора Януковича всемерно ужать расходы на национальную оборону. А лучше вообще разогнать Вооруженные силы за ненадобностью.
Численность ВСУ с имевшихся к тому времени 192 тысяч человек решено было сократить до 70 тысяч к 2017 году. При этом именно в Сухопутных войсках Украины, по расчетам генерал-лейтенанта Григория Дячука, должно было остаться не более 59 тысяч солдат, офицеров и гражданских служащих. Из них именно офицеров — 7600−7800. А значит, расчетная потребность в обновлении офицерского состава танковых, артиллерийских и механизированных частей и соединений в ту пору не превышала 350 человек ежегодно.
Примерно столько до начала гражданской войны на Украине и стали каждое лето набирать в два главных военных вуза страны — Национальную академию Сухопутных войск имени Петра Сагайдачного (Львов) и Военную академию (Одесса). Именно такое общее число лейтенантов эти ввузы и оказались в состоянии выпустить и когда уже вовсю загрохотало. И в 2014-м, и в 2015-м.
Резко увеличить полноценные выпуски академий невозможно — все же каждый курсант обязан до лейтенантских погон отучиться ровно пять лет. И сегодня к досрочным выпускам на Украине готовятся те, кто впервые переступил порог учебных аудиторий в мирном 2011 году.
Тем временем вся «реалистичная» программа Минобороны Украины давно скомкана гражданской войной. В Киеве решено в разы увеличить численность своей армии. 5 марта 2015 Верховная Рада утвердила решение Минобороны умножить личный состав ВСУ до 250 тысяч солдат и офицеров. Это при том, что фактическая численность украинской армии на 1 января 2014 года составляла всего 139 014 человек.
Одна за другой по стране прокатились шесть «волн мобилизации». Батальоны территориальной обороны и отдельные роты охраны повсюду стали возникать, как грибы после теплого осеннего дождика. Всего за один только 2015 год украинским Генеральным штабом были сформированы и развернуты семь мотопехотных, три артиллерийских и одна горно-стрелковая бригады. Это не считая воинских частей поменьше — отдельных батальонов, групп психологического обеспечения и т. д.
Чтобы поднять все это и повести в бой, нужна просто прорва офицерского состава. Сколько именно, сказать трудно. Штатное расписание частей и соединений ВСУ постоянно меняется. Кроме того, все они укомплектованы неодинаково. Но существуют некоторые исходные цифры для размышлений.
К примеру, в каждой механизированной бригаде ВСУ по штату 2012 года должно быть по два танковых и столько же механизированных батальонов. Каждый танковый батальон — 34 офицерские должности. В механизированном батальоне на БМП — 40. Стало быть, только в четырех боевых батальонах не менее 140 офицеров. А еще штаб и управление бригады, бригадная артиллерийская группа, зенитный ракетно-артиллерийский дивизион, разведрота, медицинская рота, рота РЭБ, пожарная рота, рота радиационной и химической защиты, группа инженерного обеспечения, батальон материального обеспечения, ремонтно-восстановительный батальон и прочее.
Если собрать вместе всех выпускников и львовской, и одесской военных академий, только на одну бригаду и хватит. Что делать с оставшимися шестью, что сформировали только в минувшем году? Вот и пришлось запускать трехмесячные курсы будущих хорунжиев.
Но и их пока кот наплакал. На вакантные должности стали ставить до зубов вооруженных политэнтузиастов вроде многочисленных «сотников Майдана». К чему это привело?
По данным военных экспертов в Киеве, свыше 70% боевых потерь украинских войск — результат грубейших, но элементарных ошибок в управлении войсками и вопиющего невежества командного состава, а также недооценки противника.
Подавляющее превосходство ВСУ над ополченцами Донбасса в бронетехнике нивелировано отсутствием подготовленных экипажей и неумением командного состава на поле боя управлять большими массами танков. В результате бронетехника со стороны украинской армии ни разу не применялась массировано. Максимум — группами по несколько десятков танков.
Неграмотные офицеры ВСУ не в состоянии научить подчиненных ни воевать, ни хотя бы просто обслуживать боевую технику. В результате, в прошлом году даже возник скандал между украинским Генштабом и «Укроборонпромом». Сначала генералы «наехали» на промышленников за то, что, как им показалось, новые и модернизированные боевые машины часто выходят из строя из-за некачественной сборки. Заводчане в ответ объяснили: бронемашины ломаются не сами по себе. Их курочат необученные военные. 95% поломок связаны именно с безобразной эксплуатацией в войсках. Заместитель гендиректора «Укроборонпрома» Сергей Пинькас даже публично пожаловался:
— Я не знаю, кто таких людей там отбирает и кто их допускает к управлению техникой, но они садятся в БМП, соответствующим образом не включив там масляный насос. Они делают так, что эта БМП больше не работает.
Станет ли украинская армия хоть чуточку сильнее от того, что в нее стали вливаться офицеры-«досрочники» и «трехмесячные» младшие лейтенанты? Даже в Киеве в это верят далеко не все. Вот мнение авторитетного на Украине военного эксперта Юрия Бутусова: «К сожалению, разбухание армии приводит не к повышению боеспособности, а наоборот — к понижению. Воинская часть — это не просто толпа с автоматами. Управлять армией должны люди с определенным профессиональным уровнем.
К сожалению, при таком резком росте численности и отсутствии всяких серьезных программ ускоренной подготовки офицеров и сержантов, армия не сможет обеспечить командным составом новые части. Потому что и в действующих кадровых бригадах огромный некомплект офицерского и сержантского состава».
Написано это примерно тогда же, когда киевский мечтатель Порошенко заявил, что в его стране создана одна из сильнейших армий Европы. Что тут комментировать? Занавес.
