Перевооружение 2018?2025: без «Арматы» и «Курганца»

 Новую государственную программу вооружений России 2018?2025 объявят в начале июля. Между тем, 16 мая стало известно, что ВПК и армия получат на модернизацию меньше, чем это планировалось ранее. Причем, намного. Вместо 20 трлн. рублей — 17 триллионов. Несмотря на это, президент Владимир Путин настаивает на обеспечении к 2020 году национальных ВС современным оружием на уровне не ниже 70%.

Судя по официальным анонсам, приоритет отдается развитию сухопутных сил. Во многом это определяется агрессивностью Запада на всем пространстве от Балтики до Черного моря. Вкратце, перечислим угрозы, идущие из Европы.

Во-первых, на Украине увеличивается вероятность государственного преследования русских только за то, что они русские. Понятно, что у Москвы рано или поздно кончится терпение, и она прихлопнет «бандеровский» клоповник. Во-вторых, стремительно беднеющие прибалтийские страны пытаются конвертировать русофобию в звонкую монету, следовательно, можно ждать любых провокаций. В-третьих, из-за миграционного цунами в ЕС нарастает политическая и экономическая нестабильность. В-четвертых, за всем этим стоит погрязшая в долгах Америка, которой удобно рассматривать Старый Свет как пространство для новой войны за свою глобальную гегемонию.

Другими словами, столкнувшись с откровенной враждебностью НАТО, а также с непоследовательностью и с непредсказуемостью администрации Трампа, Россия вынуждена укреплять, прежде всего, свою сухопутную армию.

Однако в отличие от стратегии Пентагона по обеспечению американских войск суперсовременной техникой завтрашнего дня, Минобороны РФ стремится иметь «хорошую матчасть» сегодня, причем в строю. Другими словами, делается все, чтобы не оказаться между прошлым и будущим, «если завтра война».

Наверное, главным разочарованием новой семилетки перевооружения явится то, к 2025 году Т-14 не станет основным боевым танком наших войск. Несмотря, что был анонсирован заказ на 100 «Армат», скорей всего закупки ограничатся 20?30 единицами в год. Таким образом, самым многочисленным останется сбалансированный по цене и боевым возможностям Т-72Б3 или его модернизированная версия. При этом российской бронетехнике предстоит оценить новую угрозу от гранатомета M3A1, который в армии США идет на смену нынешнему M3 Carl Gustaf.

Ясно и то, что перспективный гусеничный БМП «Курганец-25», а также колесный бронетранспортер «Бумеранг» вряд ли будут введены в строй в 2019 году. В частности, до сих пор непонятно, какой двигатель — ЯМЗ-780 или 2В-06 — выберут для «Курганца». Имеются вопросы и по 45-мм автоматической пушке с телескопическим выстрелом для БМП или БТР нового поколения. В целом, можно насчитать десятки технических проблем, сведения о которых просочились в открытые источники и которые еще предстоит решить разработчикам.

Отметим, что доводка военной бронетехники до ума — дело не быстрое, тем более, что речь идет о принципиальной иной компоновке и начинке, чем у предшественников. К примеру, над БМП-3 трудились не один десяток лет!

С другой стороны, это ровно тот случай, когда спешка смерти подобна. В качестве временной меры, Министерство обороны закупит несколько сотен БМП-2М «Бережок» и БМП-3, а также произведет ремонт и модернизацию имеющего парка бронетехники. По большому счету, трагедии из-за задержки «Курганца» и «Бумеранга» устраивать не следует.

Зато с уверенностью можно сказать, что в центре внимания ведомства Сергея Шойгу будет противовоздушная и противоракетная оборона. Армия продолжит получать «Бук-М3», «Тор-М2» и С-400. Однако в течение следующего периода госпрограммы перевооружения комплекс С-500, скорей всего, не будет закупаться. Его предстоит дорабатывать еще достаточно долго. Впрочем, потенциальный противник также столкнулся с многочисленными проблемами по части новой авиационной техники. В Пентагоне есть четкое понимание, что F-35 не сможет обеспечить превосходство в воздухе, а также подавление ПВО на суше. Даже если американцы вернутся к самолету F-22S, то произойдет это не раньше 2025 года.

С большой долей вероятности, изменения в госпрограмме перевооружения затронут и Воздушно-космические войска. Возобновление усилий по производству 50?60 бомбардировщиков Ту-160 и модернизация имеющего парка под стандарт Ту-160М2 свидетельствуют об отсрочке ввода комплекса ПАК ДА. Что касается перспективного авиационного проекта ПАК ФА/Т-50, то мелкосерийное производство этой машины начнется в ближайшие годы. Однако основные закупки придутся на проверенные самолеты Су-35, Су-34, Су-30. Также следует ожидать приобретения небольшой партии МиГ-35. По ударным вертолетам Ка-52 и Ми-28Н вопросов вообще нет. Холдинг АО «Вертолёты России» без заказов однозначно не останется.

На всю катушку будут загружены и мощности по производству боеприпасов, причем удвоится выпуск высокоточных ракет, бомб и снарядов. Связано это, прежде всего, с выводами из непростой сирийской кампании.

Что касается военно-морских сил, то их скромная доля в программе перевооружения 2018?2025 вызвана не столько принижением роли русского флота, как такового, сколько текущим моментом. Нашей стране еще предстоит освоение новых судостроительных технологий. Другими словами, время авианосца «Шторм» и атомных эсминцев еще не пришло: строить их по старинке не только экономически нецелесообразно, а вообще разорительно для бюджета. Только с вводом в строй новейшего комплекса СК «Звезда» на Дальнем Востоке у правительства наконец-то появится возможность заказывать сложную морскую технику с большим водоизмещением, причем по разумной цене. Так что придется подождать еще 7 лет.

С другой стороны, российский флот сохранит текущие темпы приобретения обычных и атомных подводных лодок. Также можно не сомневаться, что ускорится строительство ракетных корветов и легких фрегатов, которые доказали свою ценность в сирийском конфликте. Более того, фрегаты пр. 22350 класса «Адмирал Горшков» будут оптимизированы для решения новых задач ПВО. Логично ожидать модернизацию уже имеющих боевых кораблей, в том числе и «Адмирала Кузнецов».

Таким образом, новая программа перевооружения, с одной стороны, обеспечивает сдерживание агрессивного блока НАТО, с другой — основывается на уроках сирийского кризиса. Как пишет в этой связи американский военный эксперт Джей Хоук, который анализировал программу перевооружения 2018?2025, российская армия являет собой «молчаливое подтверждение того печального факта, что Владимир Путин воспринимается как достойный партнер по переговорам с Западом только потому, что Москва невосприимчива к политическому и военному давлению. Как и раньше, оружие русских предназначено в качестве последнего аргумента».