Есть на Руси медведи хорошие и плохие
Медведи, как известно, бывают хорошие и плохие. Хорошие живут в мультиках. Плохие — это настоящие медведи. Именно поэтому на Западе так любят сравнивать Россию с медведем: это опасный зверь, ровно как индийский тигр, американский орел или китайский дракон. Русский медведь хорош, пока он живет в лесу и не подходит к людям. Правда, обычно дикий зверь человека боится — потому что у человека есть ружье. Но только не в 2026 году. Сегодня никто не знает заранее, уйдет медведь или нападет.
Дрессировщик Эдгард Запашный объясняет эту непредсказуемость вполне профессионально: медведи как крупные хищники — одни из самых опасных. Их специфика в том, что мимические мышцы развиты плохо, и дрессировщик не может быстро, а главное — заранее, определить, в каком настроении зверь находится в данную секунду. Момент переключения из спокойного состояния в агрессивное можно просто не заметить. Эти доли секунды могут стать роковыми.
Статистика подтверждаетworst опасения. В 2024 году жертвами нападений медведей стали восемь человек, в 2025-м — семь. А в этом году, хотя сентябрь еще не закончился, — уже 15. Многих потрясла история из Красноярского края: в селе Верхний Кебеж медведь разбил окно, влез в дом, схватил 66-летнюю женщину, вытащил ее наружу и загрыз. Зверя потом несколько дней выслеживали и убили, но итог — 15 погибших.
Много это для России или мало? Если не учитывать СВО, то только в автомобильных авариях за этот год погибло 7,8 тысячи человек. Однако новости про медведей волнуют общество гораздо сильнее, чем смерть в ДТП. Причина проста: грибы. Осень — время сбора, и статистика нападений это подтверждает: из 15 смертей 10 пришлись на конец августа и начало сентября. Именно в этот период у медведей происходит зажировка. До зимней спячки осталось немного времени, зверю необходимо накопить жир. Поэтому в конце лета и осенью он почти постоянно ищет калорийную пищу и проходит большие расстояния.
Количество самих медведей тоже растет. В 1990-м их было 130 тысяч на всю Россию, а в 2026 году — уже 300 тысяч. За двадцать шесть лет поголовье увеличилось вдвое. Квоты на отстрел существуют, но, как признают сами охотники, процесс идет слабо. В прошлом году в Новосибирской области выделили квоту на 338 медведей, а убили всего 37.
Причина банальна — невыгодно. За Уралом медвежатину не едят, боятся трихинеллеза. Шкуру не продать — спроса нет. Разрешение на охоту выдается на 30 дней. А если медведь зашел в деревню или город, там стрелять вообще запрещено. Самое главное — заканчиваются профессиональные охотники. Никто не идет в лес за медведями.
Складывается три фактора одновременно. Первый — совпадение сезона сбора грибов с зажировкой у медведей. Второй — рост популяции при низком уровне отстрела. Третий — в этом году специалисты говорят о плохом урожае кедрового ореха и других кормов для медведей в Красноярском и Хабаровском краях, Иркутской области и Тыве. Не нашел медведь орехи в тайге — пошел к помойкам, потому что рядом с человеком полно еды. Помойки, стоянки для туристов, корм для домашних животных. Медведи запоминают, где можно покормиться. Даже медведицы приводят туда медвежат, и те тоже учатся.
И тут происходит жуткая вещь. В природе у медведя есть страх перед человеком, но если человек не может напугать зверя, он сам становится жертвой. Не потому что мы хороший источник калорий — вовсе нет, а потому что мы мешаем медведям наслаждаться содержимым наших помоек. Они считают их своей добычей и охраняют, а нас воспринимают как животных-конкурентов.
Самый простой выход — бросить в леса Росгвардию и крупными отрядами очистить тайгу от медведей. Но у росгвардейцев свои задачи, они не могут месяца два бродить по лесу. Можно раздать людям оружие, чтобы они отстреливали обнаглевших косолапых, но такого закона у нас нет. Наоборот, законы часто охраняют медведей. Если человек с ружьем встретил медведя в лесу и застрелил его без лицензии, ему придется доказать, что тот на него нападал. Иначе — нарушение правил охоты и штраф.
Эта система создавалась когда-то для сохранения популяции животных. А вот другой системы, которая защищала бы людей от огромной популяции медведей, у нас нет. Не зря Минприроды на этой неделе просто заявило, что механизмы регулирования численности медведей уже есть. Пусть губернаторы охотятся, а еще лучше — чтобы приезжали машины и забирали отходы со свалок. К этому можно добавить и другое предложение: люди должны вообще не производить никаких отходов. Есть картошку с кожурой, а сосиски — с пластиком.
