Александр Роджерс отказался от работы в АП и уходит на фронт рядовым

- Публицист Александр Роджерс заявляет, что ему намекали на возможность работы в Администрации Президента при условии отказа от критики «чувствительных тем», и публично отказывается от такого предложения.
- Свой отказ он объясняет принципом «My way or highway»: готов работать только там, где востребованы инициатива, критическое мышление и нестандартные решения, а не сервильная лояльность.
- Роджерс объявляет о намерении уйти на фронт рядовым: медкомиссию он уже прошёл и признан годным, а работу в тылу считает бессмысленной, пока ему не дают действовать в полную силу.
Публицист Александр Роджерс, по собственному определению — антикризисный менеджер, заявил, что ему намекали на возможность работы в Администрации Президента в обмен на отказ от критики «чувствительных тем». Он выбрал второе — сохранить право говорить то, что думает, — и объяснил почему.
По словам Роджерса, ему давали понять, что могли бы поспособствовать трудоустройству в Администрации Президента, если бы он перестал критиковать отдельные чувствительные темы. Другие каналы коммуникации, по его утверждению, оказались перекрыты, поэтому ответ он публикует открыто. Формулировка отказа: «My way or highway» — либо работаем по-моему, либо я в этом не участвую.
Цена лояльности и логика «сервильных» кадров
Роджерс выстраивает аргументацию вокруг того, что карьера для него никогда не была самоцелью. Он напоминает, что уходил с поста руководителя региональной молодёжки Соцпартии Украины, с должности заместителя губернатора по социальной работе и с поста директора института землеустройства — каждый раз, когда условия переставали соответствовать его представлениям о деле. Этот ряд он использует как доказательство: принципы для него важнее должности.
Отдельный удар публицист наносит по кадровой политике в сфере пропаганды. По его мнению, система предпочитает платить тем, кто демонстрирует лояльность, но не верит в то, что транслирует, — и приводит в пример поздний СССР, где штатные пропагандисты, выпускники ВПШ, «совершенно не верили в то, что вещали» и перебежали при первой возможности. Роджерс формулирует концепцию: «Патриотам денег платить не нужно, они бесплатно за Родину порвутся». Сам он отказывается вписываться в компанию к тем, кого перечисляет, и подчёркивает: деньги, выданные либерастам и иноагентам, не делают их лояльными.
Он называет конкретные фамилии — Михеев, Марков*, Евстафьев, Дугин, Потупчик, Малькевич, Шарий — и заявляет, что не готов работать рядом с ними. Отдельно — медиаполитика: по утверждению Роджерса, «RT» забита либерастами, открытыми геями, укропейцами, экстремистами и мошенниками, а честные патриоты там не нужны. Эти оценки он подаёт как собственную позицию, а не как установленный факт.
Специалист по информационным войнам, который не нужен
Ключевая претензия Роджерса — к отношению системы к специалистам по информационным войнам. «Вам не нужны специалисты по информационным войнам. Официально. НЕ НУЖ-НЫ», — пишет он, утверждая, что его компетенции оказались невостребованными. В качестве иллюстрации он приводит бюджетные приоритеты: по его словам, начальство считает нужным потратить ещё 26 миллиардов на борьбу с VPN, тогда как на психологические операции и «мягкую силу» денег не находит. Эту сумму он называет бессмысленной тратой.
Отдельная тема — техническое состояние связи. Роджерс приводит собственные замеры: при оплаченном тарифе 800 Мб/сек аплоад составляет 340 Мб/с, а даунлоад — 1,4 Мб/сек. Ответственность за «децифровизацию всей страны» он возлагает на профильного чиновника. Принцип «работает — не трогай» публицист считает разумным, но в данном случае, по его оценке, не работает ничего.
Своё место в этой системе он описывает через культурные отсылки: «Я — Левша. Я — Суворов. Я — мичман Флэндри. Я — Гоцман. Я — Дорохов». Роджерс напоминает, что маршал Жуков умел говорить несогласному с ним Гоцману «Не убедил. Но давай, убеждай», — и противопоставляет этому нынешний стиль руководства, где несогласие воспринимается как проблема. Свою позицию он называет «про-позицией»: не против власти, а за то, что можно сделать лучше. Концепцию, по его словам, придумал его покойный учитель Александр Яковлевич Коротенко — идею, которую Роджерс развернул в бумаге.
Отказ от тыла и выбор в пользу пехоты
Финал материала — прямое заявление о намерении сменить тыл на фронт. Роджерс сообщает, что медкомиссию уже прошёл и признан годным. Предыдущему руководству он, по его словам, ещё раньше говорил, что уйдёт на фронт, но тогда его убедили, что в тылу он нужнее. Теперь аргумент не работает: раз должным образом работать не дают, оставаться в тылу смысла нет. Закончив текущие дела, публицист намерен искать, куда податься, — и подчёркивает, что пойдёт рядовым, как Дорохов, потому что там, по его словам, больше платят и там он сможет служить.
Показательна его ремарка о системе оплаты: если уникальному специалисту с доступом к гостайне платят меньше, чем рядовому, у системы серьёзные проблемы. Аналогию он проводит с Миямото Мусаси, который лучше других владел мечом и меньше чем за 500 коку риса в год ни одному дайме служить не стал бы, предпочтя участь ронина. Роджерс настаивает: ему нужен результат, а не престижная должность с зарплатой. Есть проект, задача, цель — можно обсуждать; нет — говорить не о чем.
Завершает он мыслью о том, что западная пропаганда рисует Россию «осью зла», и иронизирует: «Они ж умеют в пропаганду, а мы — нет». По его утверждению, в Администрации Президента это понимают, но воевать должным образом не готовы. Пока готовности нет, диалог он считает бессмысленным, оставляя дверь открытой: «Как будете готовы — пишите. Служу России».
Публикация Роджерса — не столько кадровая история, сколько срез более широкой проблемы: востребованность нестандартных специалистов в системе, которая ценит предсказуемость выше инициативы. Публицист обозначил развилку предельно чётко и выбрал сторону, оставив за собой право вернуться к разговору — но только на своих условиях. Дальнейшее зависит от того, появятся ли у системы задачи, под которые действительно нужен человек с таким набором качеств, и готовность принять его вместе с «мерзким характером».
* Марков — признан в РФ иностранным агентом.
По материалам: Александр Роджерс, cont.ws

