1920. Восстание «Красной Рурской армии»
Перевод статьи «Links gegen Rechts. Aufstand der Roten Ruhrarmee, 1920», опубликованной в немецком журнале «Militär und Geschichte» N1/2026.
Автор: Daniel Zander (Швейцария)
Перевод: Slug_BDMP
В марте 1920 года в Берлине праворадикальные силы совершили путч против правительства. Однако общенациональная забастовка привела к тому, что государственный переворот спустя несколько дней потерпел крах. В Рурской области эти события стали поводом к крупнейшему вооруженному восстанию рабочих в истории Германии.
13 марта 1920 года, около полудня, в Рурскую область поступили тревожные известия из Берлина: правореакционные силы свергли правительство рейха, министры бежали. После того как прошёл первый шок, во второй половине дня в крупных городах собрались тысячи разгневанных людей, чтобы выступить против государственного переворота. Несколько часов спустя молниеносно распространился призыв СДПГ к всеобщей забастовке:
Рабочие, товарищи!... Бастуйте, прекратите работу и перекройте кислород этой военной диктатуре.
В ближайшие дни этому призыву последовали около двенадцати миллионов человек по всей Германии.
Путчисты в Берлине, 1920
В Рурском регионе радикально-левые силы — коммунисты (КПГ), независимые социал-демократы (НСДПГ), а также синдикалисты (профсоюзное социалистическое движение) — были особенно сильны и глубоко разочарованы предыдущими рейхс-правительствами, возглавляемыми СДПГ. Было дано слишком много обещаний улучшить положение рабочих и шахтёров, но они так и не были выполнены.
Зарождение Красной Рурской Армии
Во многих городах рабочие после демонстраций не разошлись по домам. Они создали исполнительные советы против путча, фактически взяли власть в своих городах и организовали всеобщую забастовку. В Хагене политики НСДПГ призвали к вооружённому сопротивлению, вместе со своими сторонниками направились к ратуше и вынудили власти выдать оружие из арсеналов. Так была сформирована группа численностью около 800 человек — зародыш Красной Рурской армии.
В последующие дни этот сценарий повторился и в других городах: рабочие исполнительные советы формировали рабочие милиции и разоружали отряды самообороны и полицию безопасности (SiPo — Sicherheitspolizei). Однако на фоне борьбы против право-националистических заговорщиков в Берлине многие из них теперь увидели «исторический шанс» избавиться от «предателей социализма», как они клеймят правительство СДПГ, и бороться за «завоевание политической власти путём диктатуры пролетариата».
Справка
Красная Рурская Армия
Красная Рурская армия сформировалась из стихийно возникших вооружённых рабочих боевых групп, первые из которых появились в Хагене и Дортмунде. В ходе восстания во всех городах Рурской области были созданы рабочие роты, боровшиеся за социалистическо- коммунистическую советскую республику. Подразделений крупнее батальонов не существовало. Общая численность армии достигала 50–60 тысяч человек. Благодаря захвату оружейных складов роты были хорошо вооружены, в том числе, пулемётами, и отличались высокой дисциплиной, так как в них принимались только «лучшие и наиболее надёжные люди» — преимущественно члены левых партий или профсоюзов. Три четверти бойцов — социалисты или коммунисты. Их командиры, часто рабочие с опытом Первой мировой войны, почти всегда активно участвовали в профсоюзной или местной политической деятельности.
Повстанцы у Дортмундского почтамта
Фрайкор «Тотшлаг»
Против Красной Рурской армии выступил генерал-лейтенант Оскар барон фон Ваттер, командующий военным округом VI, в ведении которого находилась Рурская область. Когда он заявил о намерении «поддерживать порядок и спокойствие в своём округе», это воспринималось многими как издёвка, поскольку значительная часть подчинённых ему сил — около дюжины фрайкоров — открыто поддержала берлинских путчистов.
Одним из наиболее ненавистных добровольческих формирований был фрайкор Лихтшлага, получивший среди населения прозвище «фрайкор “Тотшлаг”» (Смертельный удар). Утром 15 марта 1920 года фон Ваттер перебросил этот корпус в район Дортмунда и Хагена.
Первым подразделением этого фрайкора, прибывшим на железнодорожную станцию небольшого города Веттер, стала батарея капитана Отто Хазенклевера. Один из солдат фрайкора вспоминал позднее:
Уже в поезде мы по угрожающему настроению населения, которое, увидев проходящий поезд, не скрывало своей ярости и ожесточения, поняли, что этот день станет серьёзным для всех нас.
Поднятые заводскими сиренами и доставленные на грузовиках из Хагена, две тысячи возмущённых, вооружённых рабочих окружили маленький вокзал.
Рабочие идут на штурм
Когда капитан Хазенклевер публично заявил о поддержке путчистского правительства, ситуация резко обострилась. Началась стрельба, и вскоре рабочие, занявшие окружающие высоты и здания, прижали солдат фрайкора огнем к земле.
Один из бойцов фрайкора вспоминает: «В неимоверных количествах гранаты спартаковцев летели внутрь вокзала, так что вскоре значительная часть из нас была выведена из строя взрывами». Капитан Хазенклевер погибает от выстрела в голову, и, в конце концов, красные бойцы захватывают территорию вокзала.
Утром 17 марта основные силы фрайкора «Тотшлаг» столкнулись у Дортмунда-Аплербека с примерно десятью тысячами хорошо вооружённых рабочих, которые наступали с юга и впервые применили артиллерию и миномёты. В кровопролитных уличных боях значительная часть корпуса была разгромлена стремительно наступающими массами рабочих, около 600 человек попали в плен. В тот же день колонны повстанцев вошли в Дортмунд.
Рабочие устанавливают пулемет на площади Ханзаплац в Дортмунде и готовятся к «встрече» фрайкоровцев
Без верховного командования
Это становится сигналом. Отсюда бойцы продолжили наступление. Их ряды при этом постоянно пополнялись. Красная Рурская армия представляла собой конгломерат сотен стихийно возникших подразделений без единого командования. Среди них шахтёр Макс Бранденбург, которому тогда был 21 год:
Нам выдавали красную повязку, а на следующий день вручали оружие… формы тогда ведь ещё не было.
Бойцы Рурской армии сражаются мужественно, хотя основание для этого в эти часы 17 марта фактически исчезает: сломленный всеобщей забастовкой, путч в Берлине терпит крах, конституционный порядок восстанавливается.
Но красноармейцы продолжают борьбу. Они не хотят упустить уникальную возможность создать социалистическую Германию. Из Дортмунда красные колонны движутся на запад и северо-запад — в самое сердце Рурской области, а также на юг, в сторону Ремшайда. Они занимают Гельзенкирхен, Бохум и Реклингхаузен; затем наступает очередь Эссена.
Генерал фон Ваттер полон решимости удержать «город Круппа» любой ценой. Но чем удерживать? Эссен защищают лишь отряды местной самообороны и полиция безопасности (Sipo), которые повсюду вынуждены складывать оружие. Лишь в водонапорной башне — символе города — 46 защитников 19 марта всё ещё упрямо держатся, поскольку телефонный звонок, сообщающий о капитуляции бургомистра, они ошибочно принимают за уловку противника.
Генерал-лейтенант Оскар фон Ваттер
Трагедия разыгрывается, когда гарнизон на первом этаже вывешивает белый флаг, но находящиеся этажом выше открывают огонь по рабочим, которые осторожно приближаются.
Ярость красногвардейцев после этого уже не знала границ, и гарнизон был почти полностью расстрелян,
— вспоминал позже один из рабочих.
В Ремшайде в тот же день 15 000 «красных» после ожесточённых уличных боёв выбивают фрайкор Хакетау из города. 1 500 солдат фрайкора, оказавшиеся в безвыходном положении, бегут в зону, оккупированную британцами, где подвергаются интернированию.
СПРАВКА
Задействованные военные силы
Полиция безопасности (Sipo): Основанная летом 1919 года национальная парамилитарная полиция безопасности, почти полностью набранная из ветеранов Первой мировой войны, весной 1920 года насчитывает в Рурской области до 10 000 человек. Военизированное формирование носит серо-зелёную форму («зелёная полиция») и в ходе восстания теряет 41 человека убитыми и 127 ранеными.
Отряды самообороны (Einwohnerwehren): добровольческие формирования, местные гражданские дружины и службы порядка, существовавшие всего полтора года (1918–1920) и комплектовавшиеся из лояльных конституции рабочих и граждан.
Фрайкоры: тяжеловооружённые парамилитарные формирования, возникшие в хаосе послевоенного времени, часто имевшие структуру бригад или даже дивизий — с артиллерией, кавалерией и штабами, и, несмотря на часто сомнительную лояльность, формально подчинённые правительству рейха. В Рурском восстании задействовано около двух десятков таких соединений, среди них известные корпуса Россбах, Оберланд, Эпп, III морская бригада Лёвенфельда, Гвардейская кавалерийско-стрелковая дивизия, фон Аулок, Лихтшлаг, Лютцов и Хакетау.
Отход «правых» к Везелю
На фоне неудач, вечером 19 марта, генерал фон Ваттер вынужден был приказать всем подразделениям в Рурской области отступить к «крепости Везель». При оставлении Дюссельдорфа, Дуйсбурга и Мюльхайма произошли столь тяжёлые бои, что один из бойцов фрайкора позже признавал: «Даже старые, закалённые войной офицеры и унтер-офицеры ничего подобного ещё не переживали».
Два дня спустя вся Рурская область уже находилась в руках Красной Рурской армии. Правительственные войска повсюду исчезли, в то время как «люди с мозолистыми руками, чеканя шаг и с винтовкой на плече, поют, проходя по улицам», как с нескрываемым восторгом писала тогда одна левая газета.
Однако в масштабах всей страны ситуация за последние дни кардинально изменилась: вернувшись в Берлин, правительство рейха ясно осознаёт, что в Рурском регионе происходит восстание против законной государственной власти, которое не может быть терпимо.
Чтобы «путём разъяснений разобщить» красные войска, 24 марта предлагается так называемое «Билефельдское соглашение», закрепляющее прекращение огня и предоставляющее восставшим рабочим значительные уступки. Тем самым движение было расколото. Несколько исполнительных советов принимают его и демобилизуют своих людей, другие — нет.
«Билефельдское соглашение внесло путаницу», — вспоминает красноармеец Макс Бранденбург. «Подразделения начали уходить — слева и справа от нас… Мы стали ослабевать».
Реванш
Тем временем генерал фон Ваттер стягивал подкрепления со всей территории рейха и постепенно сформировал вокруг Рурской области кольцо из примерно двух десятков фрайкоров и нескольких регулярных частей — в общей сложности около 30 000 человек.
Повстанцам Рура противостоят Рейхсвер и фрайкоры
Среди них — баварский фрайкор Эппа, в штабе которого в звании капитана служит будущий глава СА Эрнст Рём. С изображением свастики на касках это соединение 1 апреля в Пелькуме под Хаммом выступает против «красных бандитов» и устраивает массовую резню.
«Пощады не будет», — подводит итог один из них в письме. «Мы расстреливаем даже раненых… Всё, что попадает к нам в руки, сначала добивается прикладом, а затем получает пулю». Они без колебаний убивают даже десять сестёр милосердия Красного Креста. «С радостью мы стреляли в этих позорных тварей. Как они плакали, как умоляли сохранить им жизнь!».
Многие сестры милосердия находившиеся в рядах повстанцев были безжалостно убиты «правыми»
Требование капитуляции
Так началась операция по повторному завоеванию Рурской области. Она развернулась в полную силу после того, как 28 марта правительство рейха направляет «красным» требование о капитуляции, которое генерал фон Ваттер самовольно ужесточает до такой степени, что выполнить его невозможно.
Обескураженные, многие рабочие всё же подчиняются неизбежному. Лишь решительное ядро, готовое идти до конца, противостоит теперь превосходящим силам, которые фон Ваттер с утра 3 апреля вводит в Рурскую область одновременно с пяти направлений.
Решение в Боттропе
Решающая битва этой гражданской войны развернулась вокруг города Боттроп, где рабочие 3 и 4 апреля ожесточённо обороняются против III морской бригады Вильфрида фон Лёвенфельда. Здесь бойцы фрайкоров сталкиваются с хорошо организованными рурскими отрядами, которые занимают позиции в домах, «причём на нескольких этажах и с глубоко эшелонированной обороной», как сообщает один из корреспондентов.
Лёвенфельд применяет 12,5-сантиметровые орудия и миномёты и приказывает «зачищать дом за домом залпами». Повстанцы были вынуждены отступить.
После падения Боттропа боевой дух рабочих повсеместно рушится. По меньшей мере 15 000 человек пробиваются на территорию к западу от Рейна, занятую союзниками, чтобы избежать мести победителей.
Ибо фрайкоры тянут за собой по стране кровавый след возмездия. Пленных во многих случаях расстреливают «при попытке к бегству», а их тела в назидание оставляют лежать на полях.
Макс Бранденбург видел у Динслакена тела 24 красноармейцев, чьи трупы «были изувечены столь зверским образом, что невозможно было распознать черты лица».
Поражение повстанцев
На фоне этих жестокостей остальная часть кампании превращается в победный марш: 6 апреля рейхсвер вновь занимает Дортмунд, днём позже — Эссен, а 15 апреля части рейхсвера входят в Бохум.
Сбор тел убитых повстанцев
Разрушенная ратуша Дортмунда
Под угрозой строгих наказаний гражданские лица были обязаны сдать всё, имеющееся у них на руках оружие
Так, полной победой правительственных сил и тотальным поражением повстанцев завершилось крупнейшее народное восстание в Германии со времён Крестьянской войны. Около 1500 человек были убиты, среди них 360 военнослужащих полиции, рейхсвера и фрайкоров, но в основном — левые повстанцы и мирные жители — забытые жертвы забытого конфликта.
Daniel Zander. Перевод: Slug_BDMP
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
