Немцы взяли мост у Яхромы 28 ноября 1941 года, но продержались лишь сутки

Осенью 1941 года группа армий «Центр» рвалась к Москве с севера и юга одновременно. К концу ноября её ударные группировки вышли к водным преградам, за которыми открывались обходные пути к столице. Но закрепиться на этих рубежах и подтянуть за танками пехоту, артиллерию и снабжение немцы не успели. Именно это определило исход последнего крупного наступления на Москву: на каждом участке фронт выигрывал время, а противник терял темп.

Водные рубежи на флангах

На северном крыле 3-я танковая группа наступала на Клин, откуда открывался путь к каналу Москва — Волга. Южнее 4-я танковая группа двигалась к Истре и северо-западным подступам к Москве. Клин и Истра стояли на дорогах к столице с северо-запада, поэтому их захват давал немцам опору для дальнейших ударов.

Клин был взят 23 ноября, Солнечногорск заняли в те же дни. Водный рубеж у Истринского водохранилища и реки Истры позволял задержать танки на переправах, но к вечеру 26 ноября немцы в нескольких местах вышли на восточный берег реки. Попытка остановить их на этой линии тоже не удалась.

Главный успех немцев на севере пришёлся на Яхромский мост. Советское командование попыталось задержать продвижение к каналу: в районе Рогачёва подчинило действовавшие части одному командиру, собрало артиллерийский дивизион с двенадцатью 76-мм пушками и поручило укрепление позиций офицеру армейского штаба. Бои задержали противника, но к исходу 26 ноября его передовые отряды ворвались в Рогачёво и двинулись к Дмитрову и Яхроме. В ночь на 28 ноября мост был захвачен, танки и пехота заняли позиции в районе Перемилова. Однако плацдарм продержался недолго: 29 ноября 29-я и 50-я стрелковые бригады при поддержке артиллерии и авиации вытеснили немцев на западный берег.

Почему подкрепления запаздывали

Советские войска получали время благодаря тому, что обороняли глубину. Ещё 3 ноября Жуков потребовал строить огневые точки в тылу, уделив особое внимание противотанковым районам в Истре, Звенигороде и Наро-Фоминске. На пригодных для танков подходах сосредоточивали орудия, прикрытые пехотой и заграждениями.

Ключевую роль сыграл перевод частей в новые армии. 23 ноября Ставка приказала преобразовать 19-ю армию в 1-ю ударную под командованием Василия Кузнецова, а 29 ноября её части уже сражались у канала. В тот же день Военный совет обороны Москвы распорядился передать четыре стрелковые бригады 20-й армии, развёртывавшейся к северу от столицы. Её основой стала оперативная группа полковника Александра Лизюкова.

Немецкое наступление держалось на снабжении, которое к середине ноября сдавало. Замёрзшая колея ломала грузовики, а в журнале группы армий за 15 ноября зафиксированы поломки рессор. Штаб рассчитывал, что 16 ноября подойдут двенадцать поездов, но грузы от станций выгрузки ещё предстояло доставить до наступавших частей. Состояние автоколонн большой грузоподъёмности ухудшилось сильнее всего: в августе в ремонте находились в среднем 24 процента машин, в середине ноября — 44 процента.

Удар на Нару и предел наступления

Решение о крупном ударе в центре принимали с сомнениями. По дневнику Бока, 27 ноября Клюге предложил ввести в бой 20-й армейский корпус, а Бок усомнился в целесообразности атаки и попросил обдумать её ещё раз. Приказ отдали вечером 29 ноября. 1 декабря 4-я полевая армия атаковала под Наро-Фоминском и прорвала оборону на Наре, однако удержать прорыв не смогла: к 5 декабря прорывы севернее и южнее Наро-Фоминска были ликвидированы.

На Волоколамском шоссе обстановка складывалась иначе. У Крюкова сражалась 8-я гвардейская стрелковая дивизия, бывшая 316-я дивизия Панфилова, усиленная 1-й гвардейской танковой бригадой. Немцы заняли посёлок, но вернуть его целиком советским войскам тоже оказалось трудно. Атаки 3–6 декабря не дали полного результата, однако главные силы 4-й танковой группы дальше к столице уже не продвинулись. К утру 4 декабря 9-я гвардейская стрелковая дивизия остановила противника на рубеже Нефедьево, Селиваниха, Ленино и Рождествено.

Южный фланг тоже не дал немцам свободы действий. Тула задержала Гудериана ещё в конце октября, а 18 ноября 2-я танковая армия прорвала оборону юго-восточнее города и вышла через Сталиногорск и Венёв к Оке. В Кашире советские войска остановили передовые части 17-й танковой дивизии в четырёх километрах от города, и к переправам через Оку немцы не пробились. Декабрьские бои под Тулой продолжались, но обходные части там тоже не добились цели.

Немецкие части заняли Клин, Солнечногорск и Истру, вынудили советские армии оставить ряд рубежей и даже прорвали отдельные участки обороны. Однако прорывы не сложились в окружение: плацдарм у Яхромы был потерян, 4-я танковая группа увязла у Крюкова и Дедовска, а войска Гудериана не смогли выйти к переправам. Немецкие резервы пришлось собирать за счёт действующих войск, Немецкому командованию так и не удалось обеспечить продвижение на обоих флангах, которое требовалось для окружения столицы.

Наступление на Москву остановилось не на одном рубеже, а в череде задержек, за которые советское командование успевало перебрасывать армии и формировать новые резервы. Для вермахта, уже измотанного и зависимого от подвоза, эта цена оказалась непосильной.

По материалам: Военное обозрение