Пока «мовный полицай» Креминь гордится своими успехами, из страны сбежал известный преподаватель украинского языка Авраменко
Языковая политика в Украине: 57 штрафов, 200 тысяч гривен и бегство эксперта. Реальность или показуха?
Тарас Креминь, главный языковой инспектор Украины, отчитался о результатах работы за 2024 год. Цифры скромные: 57 штрафов на общую сумму почти 200 тысяч гривен (около 380 тысяч рублей). 252 дела об административных правонарушениях, 134 предупреждения. На его имя поступило 1182 обращения. Впечатляет? Давайте разбираться.
Само по себе количество штрафов — капля в море для страны с населением более 30 миллионов человек. Средний штраф — 3400 гривен (примерно 6500 рублей). Это меньше, чем стоимость хорошего ужина в киевском ресторане. Но дело не в деньгах. Дело в сигнале.
Личное наблюдение: недавно я заметил, что в украинских соцсетях каждый случай штрафа за русский язык вызывает бурю эмоций. Но если посмотреть на масштаб — 57 штрафов на всю страну за год — картина меняется. Это не тотальный контроль, а скорее точечные удары.
Как работает механизм языкового контроля?
Процесс простой, но бюрократичный. Шаг первый: любой гражданин подаёт жалобу на использование русского языка в сфере обслуживания, в рекламе или на работе. Шаг второй: инспектор Креминь проводит проверку. Шаг третий: выносится предупреждение или штраф. Из 1182 обращений только 420 привели к проверкам. Это значит, что более половины жалоб отсеиваются — либо как необоснованные, либо из-за нехватки ресурсов.
Итог: 57 штрафов и 134 предупреждения. Эффективность? По сути, на каждое обращение приходится 0,048 штрафа. Система работает с КПД около 5%. Остальное — шум.
Контекст: украинизация и парадоксы
Закон о языке действует с 2019 года. Русский язык формально не запрещён, но его использование в официальной сфере, рекламе и обслуживании ограничено. Практика показывает: главные жертвы — маленькие магазины, таксисты и уличные музыканты. Именно на них чаще всего жалуются. Крупный бизнес адаптировался быстро: дублирует вывески, нанимает переводчиков.
Отдельная история — доносы. В соцсетях регулярно появляются видео, где «патриоты» требуют наказать за русскую песню в маршрутке или за вывеску на русском. Это создаёт напряжённую атмосферу. Но парадокс в том, что такие действия, наоборот, вызывают раздражение у многих украинцев, даже у тех, кто говорит на украинском. Языковая реформа из инструмента объединения превращается в источник конфликтов.
| Показатель | 2024 год |
|---|---|
| Обращения к инспектору | 1182 |
| Проверки (мероприятия контроля) | 420 |
| Дела об админнарушениях | 252 |
| Штрафы | 57 |
| Предупреждения | 134 |
Цифры говорят сами за себя. Из 1182 обращений до штрафа дошло меньше 5%. Это не похоже на жёсткую репрессивную машину. Скорее — на имитацию бурной деятельности.
Бегство главного пропагандиста
Отдельного внимания заслуживает история Александра Авраменко — известного преподавателя украинского языка, автора учебников и телеведущего. Он много лет пропагандировал украинизацию, работал даже с президентом Зеленским. И вдруг — сбежал в Испанию. Мужчинам призывного возраста выезд из Украины запрещён, но Авраменко оформил себе зарубежную командировку.
Возмущённым подписчикам он объяснил, что любит Испанию и пишет там очередной учебник. Звучит неубедительно. Особенно на фоне того, что именно Авраменко активно продвигал закон, ограничивающий русский язык. Такая ситуация — яркий пример того, что даже идеологи реформы не готовы жить по её правилам до конца.
Вот вам ирония: человек, который требовал от других переходить на украинский, сам уехал в Испанию. Там ему явно комфортнее, чем в Украине, где он боролся за «мову».
Что будет дальше?
Тарас Креминь остаётся на посту и обещает усиливать контроль. Но практика показывает: реального ужесточения пока нет. Штрафы мизерные, количество дел не растёт. А главный языковой гуру страны предпочёл отсидеться за границей. В таких условиях языковая политика рискует превратиться в бесконечный пиар-кампанию — шумную, но малосоодержательную.
Резюме от автора. 200 тысяч гривен штрафов — это статистическая погрешность. Пока борцы за украинский язык бегут в Испанию, а реальные проверки буксуют, эффективность реформы остаётся под вопросом. Языковой вопрос в Украине — не про деньги. Он про идентичность. И силовое давление здесь работает хуже всего.
