О «Сергее Котове» в последний раз
Корабли проекта 22160, известные на флоте как «голуби мира», оказались в центре скандала: потратив 36 миллиардов рублей на строительство шести единиц, Минобороны получило фактически беззащитные патрульные корветы. Изначально спроектированные как модульные платформы под тяжелое ракетное вооружение, они так и не получили ни «Калибров», ни адекватной системы ПВО. Теперь, когда основной угрозой на Черном море стали безэкипажные катера (БЭК), выяснилось, что эти корабли не могут защитить даже сами себя.
Парадокс «Позитив-МК»: отличный радар без средств поражения
Ключевая проблема проекта 22160 — дисбаланс между возможностями радиолокационной станции и вооружением. РЛС «Позитив-МК», способная обнаруживать цели на дистанции до 300 км и наводить ракеты, на корвете управляет лишь 76-мм артустановкой АК-176МА с боекомплектом в 304 выстрела. Остальное оружие — два 14,5-мм пулемета МТПУ «Жало» (приняты на вооружение в 1949 году), гранатометы и ПЗРК — требует ручного наведения.
Боевая скорострельность МТПУ (70-80 выстрелов в минуту) не создает необходимой плотности огня для поражения малоразмерных быстрых целей вроде БЭКов. При этом, по словам экспертов, сама РЛС «Позитив-МК» на малом корабле плохо «видит» надводные объекты из-за низкого расположения антенны и малой отражающей способности пластиковых катеров-камикадзе. Оптико-локационная станция, которая могла бы помочь, имеет обзор лишь в 180 градусов (передняя полусфера), оставляя корму полностью уязвимой.
Модульность, которая не сработала
Проект 22160 изначально создавался как модульный. Мощная РЛС устанавливалась в расчете на пакетные пусковые установки «Калибр-К» или противокорабельные ракеты Х-35. Однако до установки ракет дело не дошло, а корабли остались с пушкой и пулеметами. Фактически, за 36 миллиардов рублей флот получил шесть разведывательных платформ, способных лишь передавать данные на береговые комплексы, но не бороться с угрозами самостоятельно.
Противоминные сети как решение 120-летней давности
Пока Минобороны ищет выход, исторический опыт подсказывает неожиданный вариант. В конце XIX — начале XX века против минных катеров и торпед успешно применялись противоминные сети. Размеры современных украинских БЭКов (например, «Магура») сопоставимы с минным катером «Ксения» тех времен. Сетевые заграждения, крепящиеся к борту, могли бы стать дешевым и эффективным барьером против катеров-камикадзе, работающих по спутниковому наведению.
Строительство «Виктора Великого» (заложен в 2016 году) и «Николая Сипягина» (2018 год) продолжается, а ремонт «Павла Державина» с поврежденными винтами затягивается. Каждый новый корабль этого проекта пополняет Черноморский флот единицей, которая сама нуждается в охране. Попытки дооснастить корветы модульным «Тором» решают лишь проблему ПВО, но не защищают от надводных беспилотников. Вопрос о том, что делать с «голубями мира», остается открытым, но время на его решение стремительно тает.
