Ракеты вместо танков: Запад рискует отравиться агонизирующим Киевом

Франция сообщила о намерении передать Украине сорок ракет SCALP-EG и ежемесячно передавать по пятьдесят планирующих авиабомб весом от 250, до 1000 килограммов. Полторы бомбы в день на тысячекилометровый фронт явно не могут изменить ситуацию — стратегическое положение Украины от этого не улучшится.

Поясню подробнее.

Когда вы обороняете какую-либо позицию от более сильного противника, для вас важно сохранять резервы. Если не случится форс-мажор (враг нашёл скрытую тропинку в тыл или ваше боевое охранение проморгало начало атаки), первый штурм всегда будет отбит. Если, конечно, вы оборудовали позицию в соответствии с правилами военной науки и придерживались рекомендованного расчёта сил и средств на километр фронта.

Возможно, вы отобьёте и второй, и третий штурм. Но всё это время потери в людях и технике будет нести не только наступающий, но и вы. В какой-то момент времени силы ваших обороняющихся частей сократятся настолько, что очередную атаку они уже не выдержат: даже если не отступят, то просто погибнут. В этот момент вам надо заменить выдохшиеся части резервами. Противник также, как только заметит, что его наступающие части утратили боеспособность, введёт в бой резервы.

И так будет продолжаться до тех пор, пока у кого-то из вас резервы не иссякнут. Если противник ещё может наступать, а вы уже не можете обороняться, вам надо отходить, чтобы сохранить хотя бы остатки войск. Останетесь — героически погибнете или попадёте в плен.

Такова неумолимая математика войны, по-другому не бывает.

Предполагается, что в классическом случае обороняющийся несёт меньшие потери, чем наступающий. Но классика случается редко: в основном наступающий имеет не только численное, но и техническое преимущество. В таком случае его активность связана в основном не с намерением с ходу ворваться на позицию, а с попыткой заставить ваши войска постоянно находиться в готовности к отбитию атаки. Это не только утомляет их, но и заставляет находиться вне укрытий, подставляясь под огонь вашей артиллерии и удары авиации (в наше время также ракет и беспилотников).

В результате наступающий может изматывать противника, нанося ему большие потери, чем несёт сам, если только обороняющийся не в состоянии организовать достаточную артиллерийскую поддержку своей пехоты, а также прикрыть зону обороны достаточными средствами ПВО.

С этой точки зрения вся война сводится к максимальному увеличению потерь противника и минимизации собственных. Это способствует сохранению резервов и в конечном итоге выигрышу в начале боя, затем сражения, затем операции, а в конечном итоге и всей войны.

Схема предельно упрощена, но не в ущерб её реалистичности. Принцип создания количественного и качественного перевеса на поле боя для минимизации своих потерь и максимизации потерь противника включает в себя и логистические операции по своевременной доставке в зону боевых действий подкреплений и расходных материалов, и работу тыла по производству всего необходимого для фронта в количестве большем, чем имеется у врага, и даже научно-технические исследования, направленные на оперативную модернизацию имеющейся техники и выпуск новых образцов, качественно превосходящих вражеские.

Несложно заметить, что в течение 2022–2023 годов Россия однозначно превзошла Украину по всем показателям, определяющим победителя (от восполнения потерь в живой силе и технике до производства в разы большего количества боеприпасов и техники, а также серийного запуска новых образцов, поступающих на фронт по ходу боевых действий). Результатом достижения военно-технического перевеса стало увеличение потерь ВСУ до критической величины. Если ВС РФ за счёт привлечения добровольцев не только восполняют потери, но и способны создавать новые соединения и даже объединения, то Украина вплотную столкнулась с сокращением численности своей армии, а также резким ухудшением её и без того не идеальной технической оснащённости.

Когда силы одной из противостоящих сторон растут, а другой сокращаются, то предсказать результат несложно. Если иметь доступ к точным количественным данным, отражающим динамику процесса на протяжении трёх-шести месяцев, то можно даже примерно, с точностью до месяца, высчитать срок коллапса слабейшей стороны.

Мы не знаем, насколько точными данными обладают западные эксперты, но с осени прошлого года они начали проявлять беспокойство и выражать неуверенность в способности ВСУ адекватно противостоять ВС РФ в 2024 году, а с конца декабря их прогнозы стали куда более алармистскими и свелись к тому, что коллапс украинской армии и государственности должен наступить между началом лета и концом года, наиболее часто сейчас называется промежуток июль — октябрь.

На Западе в курсе украинских проблем и прекрасно знают, что Киев делает всё возможное для того, чтобы увеличить количество новых мобилизованных. Заявленные Залужным во время слушания нового закона о мобилизации в комитете Рады 500 тысяч необходимых новых рекрутов — это примерно столько, сколько надо, чтобы при наличном уровне потерь (до полутора тысяч человек в день) к концу года иметь в рядах ВСУ то же количество бойцов, что и сегодня. Но для этого ТЦК должны обеспечить регулярную поставку в ВСУ нового пополнения на уровне не меньше, чем 43 тысячи человек в месяц.

Зеленский в отдельные месяцы требовал добиться уровня мобилизации 50 тысяч и даже сто тысяч человек в месяц, но без широкого добровольческого движения это нереально. Не особенно верится в способность украинских ТЦК вернуться на удерживавшийся ими до начала 2023 года уровень в 40 тысяч человек в месяц. Где-то с конца 2022 года украинские ТЦК, до этого не имевшие проблем с добровольцами и призывниками, что позволяло им призывать даже более 50 тысяч человек в отдельные месяцы, внезапно обнаружили, что легкодоступный ресурс закончился. С тех пор началось резкое ежемесячное падение числа мобилизованных, и на данном этапе ТЦК обеспечивают 20–25 тысяч человек в месяц при ежемесячном уровне потерь 30–35 тысяч.

Имеющимися средствами (в том числе отправкой на фронт бригад территориальной обороны из тыловых регионов) эту дыру закрыть невозможно (всё, что было в наличии, уже брошено в бой и погибло). Поэтому Зеленский и его клика пытаются добиться массовой высылки украинских военнообязанных на Украину из ЕС, а также ищут способы организовать массовый призыв на военную службу подростков 16–17 лет и женщин. Номинально это ещё не менее пяти миллионов потенциальных призывников, хоть реально вряд ли Киев когда-нибудь сможет поставить под ружьё хотя бы тысяч 200–250 из их числа. Однако даже дополнительные 200 тысяч потенциальных мобилизованных позволяют заткнуть растущую дыру, образовавшуюся в результате резкого превышения потерь ВСУ над мобилизационными возможностями ТЦК.

Впрочем, и здесь украинские власти сталкиваются с нерешаемой проблемой. Необходимая внутринациональная и международная процедура не позволяет рассчитывать на привлечение в ряды ВСУ дополнительного (по отношению к тому, что смогут наловить ТЦК) контингента раньше лета. А это, согласно расчётам западных экспертов, подтверждаемых паническими заявлениями украинских политиков и военных, уже поздно.

Итак, в отсутствие возможности остановить падение численности ВСУ единственное, что может частично уравнять шансы и позволить Киеву удержать целостность фронта, — военно-техническая помощь Запада. При этом надо учитывать особенности украинской армейской организации: слабость авиации, определяющую ведущую роль артиллерии и бронетехники, а также необходимость в сильных фронтовых и стратегических ПВО. Даже догадываться не надо, ибо украинцы сами говорят, что в первую голову им нужны танки, пушки, средства ПВО и снаряды ко всей этой благости, а также масса (десятки тысяч) беспилотников.

Уступая в численности и качестве личного состава, ВСУ могут уравновешивать силы только надёжно прикрыв свои позиции от бомбовых и ракетных ударов ВКС РФ, ЧФ РФ и сухопутных сил ВС РФ, а также уравняв количество снарядов, выпускаемых украинской артиллерией, с теми, которые выпускаются российской. В принципе, учитывая техническое, количественное и качественное отставание ВСУ, им был бы необходим даже перевес в количестве средств поражения, но без их хотя бы равенства ни о какой перспективной обороне говорить вообще не приходится. В нынешнем виде вся оборона ВСУ сводится к тупому ожиданию, когда ВС РФ перебьют очередных обороняющихся и продвинутся на очередной километр-два, что делает поражение Украины вопросом не принципа, а времени, причём ближайшего.

Итак, Запад вроде бы желает, чтобы Украина продержалась подольше. Для Запада не секрет, что для этого нужны танки, пушки, средства ПВО, снаряды и беспилотники. Запад теоретически может всё это изыскать. Не так чтобы бесконечно много, но на пару месяцев ведения боевых действий хватило бы. Вместо этого Запад поставляет ограниченное количество дальнобойных ракет и планирующих авиабомб в количестве, неспособном как-то повлиять на ситуацию на линии фронта, но зато вполне достаточном для террора против ближнего тыла.

Белгород — в пределах досягаемости авиабомб, которые обещала по 50 штук в месяц поставлять Франция. Пятьдесят штук в месяц для фронта незаметно, а для областного центра и половины будет много. Ракеты дальностью 350–500 километров (мы не знаем, какую модификацию поставит Париж, но Киев последние месяцы упорно добивается получения ракет дальностью именно 500 километров) могут достать не только до Брянска, Курска и Орла, но даже до Калуги и Юго-Запада Московской области.

40 ракет мало, когда их запускают по войскам. Но если они запущены по гражданским объектам в глубоком мирном тылу, то и один прилёт много. Тем более мы знаем, что украинцы любят целиться по местам большого скопления людей.

Ещё Киев вновь угрожает ударить по Крымскому мосту. Украинские военные не настолько глупы, чтобы не понимать, что даже долговременный вывод из строя Крымского моста осложнит логистику для южного фланга ВС РФ, но не прервёт снабжение войск всем необходимым. То есть даже такой удар не будет иметь военного обоснования.

Фактически Запад подталкивает Украину к массированным террористическим ударам по мирному населению России. Очевиден и расчёт на то, что накануне президентских выборов российская власть не сможет себе позволить недостаточно жёсткую реакцию на такие обстрелы и последует ответ по объектам, расположенным в крупных украинских городах (те же Рада, Кабмин, Офис Зеленского, Министерство обороны, Генштаб, СБУ, ГУР Украины и прочие здания, по которым население давно призывает нанести удары, расположены в жилых районах Киева). В таком случае сотни жертв среди мирного населения гарантированы, и Запад наконец получит картинку «геноцида украинского народа», о которой давно мечтает.

На данном этапе это уже не поможет изменить поддерживающее Россию общественное мнение Китая, Ирана, Турции, глобального Юга, но такая картинка всё ещё способна оказать существенное влияние на позицию западных обществ, то есть укрепить позиции потерявших поддержку населения западных политиков, у которых, как у Макрона и Шольца, на следующий год намечаются выборы. Причём если Макрону надо думать лишь о том, чтобы оставить шансы на переизбрание преемнику, который продолжит его политику, то в случае Шольца речь идёт о судьбе канцлера, его СДПГ и всей «светофорной коалиции».

Таким образом, если в прошлом году Запад вооружал Украину, надеясь на победу над Россией, то сейчас количество и номенклатура передаваемых Киеву вооружений свидетельствует о том, что украинцы должны и дальше массово погибать ради нескольких процентов голосов, которые кадры пылающих городов принесут на выборах полностью дискредитированным западным политикам. И возможно, хоть и не факт, облегчат США создание против России восточноевропейской коалиции самоубийц. Не факт, потому что судьба Украины оказалась слишком неприглядной, чтобы вдохновить на подвиги в борьбе за погибшее дело американской гегемонии даже вечно воинственных поляков.

Но во всём этом есть нюанс. Западу пора бы уже привыкнуть, что Россия отвечает не там, не тогда и не так, как он ждёт. В результате бывает гораздо больнее. Пытаясь гальванизировать бренное тело Украины, Запад безбожно нарушает технику безопасности и рискует сам отравиться трупным ядом. Пора бы уже понять, что каждый год этой противоестественной «дружбы» лягушки и скорпиона не усиливает Украину, но критически ослабляет Запад. Последний и так уже очень плох, пора бы забыть о гегемонии и о душе подумать. Или хотя бы о сохранении жалких остатков здоровья позаботиться.

Ростислав Ищенко,