Наступательные возможности ВСУ исчерпаны, а российская армия готовится к масштабным операциям, заявил Forsal военный аналитик Конрад Музыка. Играть с русскими на истощение Киеву не по силам. Украина не способна победить Россию на поле боя. На это есть много причин.
![Боевая работа артиллеристов на Запорожском направлении Боевая работа артиллеристов на Запорожском направлении - ИноСМИ, 1920, 06.12.2023](https://cdnn1.inosmi.ru/img/07e7/0b/11/266642692_0:40:3073:1576_1920x0_80_0_0_9b0ad0842700f5c898ced7cd347a0e60.jpg)
Украинское контрнаступление обернулось поражением, Россия медленно готовится к собственном масштабным наступательным действиям. К тому же российская экономика чувствует себя очень даже неплохо – производственные мощности ее оборонной промышленности достигнут в 2024 году пиковых показателей. Как будет выглядеть ситуация на фронте в 2024 году? Об этом в интервью порталу Forsal рассказывает военный аналитик, основатель компании Rochan Consulting, Конрад Музыка (Konrad Muzyka).
Forsal: Ты только что вернулся с Украины. Какова твоя оценка ситуации на фронте?
Конрад Музыка: После неудачного украинского контрнаступления русские усилились и постепенно перехватили инициативу. Это касается почти всего фронта, от Харьковской области и Донбасса до Запорожья. Исключение составляет ситуация в Херсонской области, где уже примерно два месяца украинцы проводят операцию на левом берегу Днепра. Части, которые участвуют в ней еще с июня, до этого воевали в западной части Донецкой области и входили в состав подразделений, выделенных для украинского контрнаступления. У них было всего несколько недель, чтобы восстановить свои силы и подготовиться к выполнению новых задач. Эти военные находятся в условиях постоянных боевых действий уже в течение полугода, они сильно устали, поэтому их боеспособность наверняка сильно ограничена. Кроме того, украинцы не имеют возможности оказывать этим подразделениям какую-либо существенную поддержку.
Что касается украинской армии, то ее активность несомненно снизилась, после контрнаступления ее наступательные возможности исчерпаны. В настоящее время для проведения атак на русские окопы бригады единовременно могут выделить не более взвода, максимум два, а это всего несколько десятков солдат. Да, их поддерживает артиллерия, но интенсивность обстрела российских позиций снизилась очень значительно – на несколько десятков процентов по сравнению с летом.
Уже в течение месяцев фронт практически не двигается, изменения незначительны.
С обеих сторон вырыты окопы, линия разграничения составляет от нескольких десятков до нескольких сотен метров. Обе армии пытаются атаковать укрепления противника, но насыщенность разведывательными средствами с обеих сторон настолько велика, что двигаться большими колоннами можно только ночью. Если украинцы осуществляют какие-либо атаки на российские позиции, то делают это до рассвета, когда в воздухе меньше беспилотников. Но занять окоп мало, нужно иметь с собой необходимое количество воды, еды, боеприпасов – чтобы выжить в этом окопе в течение нескольких часов, пока не зайдет солнце. Тогда кто-то сможет к ним подойти или подъехать и передать запасы. Попытка проникнуть в эту траншею в течение дня будет встречена российским артиллерийским огнем, противотанковыми средствами или беспилотниками.
– Давайте вернемся немного назад во времени, почему контрнаступление не удалось?
– На это нет простого ответа, тут много факторов. Во-первых, украинцы выбрали для атаки место, которое сегодня является самым укрепленным в Европе. Минные поля, окопы, насыщение артиллерией – масштабы всего этого были огромны, и украинцы не смогли организовать крупную атаку, которая привела бы к значительному прорыву русских линий на Запорожье. Во-вторых, они никогда до этого не проводили такого рода операции, поэтому трудности возникали и на уровне руководства операцией. Штаб не смог эффективно провести скоординированную атаку.
Проблема заключалась также в том, что украинские войска рассредоточили свои силы, часть была задействована под Артемовском (Бахмутом), часть отправлена на запад Донецкой области, а самая крупная группировка была перекинута в направлении Токмака. Рассредоточение сил было слишком большим и неоправданным. Имелись также трудности с обучением, как со стороны НАТО, так и со стороны украинцев. Они говорят, что Альянс не понимает нынешнего конфликта, широчайшего применения вездесущих разведывательных беспилотников и интенсивности использования артиллерии.
– А русские?
– К этому контрнаступлению они подготовились очень хорошо. В течение полугода они укрепляли свои позиции на Запорожье, пока украинцы сосредоточились на обороне Артемовска (Бахмута). Если бы часть этих сил и средств ВСУ была перенаправлена на юг, чтобы затруднить русским создание укреплений, весьма вероятно, что это контрнаступление выглядело бы иначе. Ведь эти тысячи километров фортификационных линий появились не в одночасье, это был длительный процесс, за которым украинцы наблюдали, не в силах ему помешать.
– А как сейчас дела у русских?
– Их продолжающееся уже месяц наступление под Авдеевкой осуществляется в стиле, типичном для начальника штаба Российской Федерации генерала Герасимова. Его метод состоит в том, чтобы постоянно посылать в бой все новые и новые отряды, то есть создавать последовательные волны, одно подразделение за другим, одно за другим. Этой операции предшествовала очень хорошая разведка, имеется поддержка крупных авиационных и ракетных сил, на это направление также было перенаправлено большое количество артиллерийских средств. Никакого значительного территориального продвижения Россия не добилась, но украинцы в этом районе понесли очень тяжелые потери.
Две недели назад Wall Street Journal рассказывал историю одной из украинских рот, оснащенных боевыми машинами пехоты Bradley. Эта рота начала контрнаступление, имея в своем составе 120 солдат. В настоящее время в ней осталось 20 бойцов, включая резервистов, приданных ей за последние несколько месяцев. Остальные либо погибли, либо ранены, либо переведены в нештурмовые подразделения.
– Но Авдеевку они по-прежнему защищают.
– Украинцы в районе Авдеевки используют ту же тактику, что и русские в Запорожье, то есть занимаются активной обороной. Если русские захватывают какую-то территорию, украинцы контратакуют. Это уже бои на истощение, украинцы не хотят уступать и платят за это очень высокую цену. В статье, о которой я говорил, рассказывалось о командире роты, который, получив приказ контратаковать захваченный русскими окоп, отказался его выполнять, заявив, что это бессмысленно и сопряжено с очень большим риском. Но атака все-таки состоялась. Из 36 отправленных туда солдат 17 погибли. Этот метод обороны не сработает. Украинцы не могут воевать с Россией на истощение.
– Как у русских с запасами техники?
– Мы в Rochan Consulting подсчитали, что русские могут воевать с нынешней интенсивностью еще два – три года. Они производят новые и ремонтируют старые, находящиеся на хранении танки, а также машины, получившие повреждения на поле боя. К этому нужно добавить значительный рост объема производства артиллерийских снарядов и огромное количество беспилотников, как российских, так и импортных. Мы не знаем, как долго это будет продолжаться, как долго российская экономика продержится, но сегодня 40% от всего федерального бюджета России выделяется на оборону, то есть на армию и внутреннюю безопасность. Думается, в перспективе пяти или десяти лет столько выделять на этот сектор не получится.
– Однако слухи о том, что их экономика рухнет, оказались сильно преувеличенными.
– Дефицит бюджета России составляет всего 1% ВВП. Российская экономика, которая якобы должна была рухнуть из-за санкций, скорее всего, в этом году отметит 2-процентный рост ВВП. Спустя год после введения санкций Россия вышла из экономического кризиса. Это, конечно, связано с большими социальными издержками, но это не важно, поскольку имеется понятный пропагандистский нарратив: русские борются за выживание и поэтому должны быть готовы к лишениям и жертвам во имя победы в войне с Западом, которая именно сейчас и ведется. Даже если мы видим какие-то протесты российских военных, нужно понимать, что они это делают не потому, что не хотят воевать. Они просто жалуются на отсутствие необходимой техники и обучения.
– Как обстоят дела с поставками Украине западного вооружения?
– В марте я говорил, что мы наблюдаем пиковый момент этих поставок. К сожалению, я был прав. В настоящее время в Европе нет такого количества техники, которая могла бы помочь украинцам в проведении наступления в наступающем году. Похоже, США тоже не передадут Украине того количества бронетехники, которое необходимо для создания новых бригад или модернизации старых. Утешением может служить тот факт, что часть техники, которую украинцы получили в последние месяцы, еще не применялась в бою, или использовалась, но не была уничтожена.
Поставки с Запада в настоящее время очень ограничены, это особенно заметно по 155-мм боеприпасам. Эти поставки не только небольшие, но еще и нерегулярные, что очень затрудняет планирование действий даже на тактическом уровне. Проблема также в том, что нет никаких перспективных планов, неизвестно, что делать дальше. Мы отчасти оказались в порочном круге. Запад ждет, когда украинцы представят планы на следующий год, а те ждут информации о том, на какую технику они могут рассчитывать, чтобы на основании этого планировать, что делать в следующем году. Поэтому, как все будет дальше, предсказать трудно.
– Повлияет ли зима на обстановку на фронте?
– Русские уже много раз демонстрировали, что зимой они чувствуют себя очень хорошо и часто используют зимние условия для наступательных действий. Я ожидаю, что те атаки, которые сейчас ведутся, продолжатся, и вполне вероятно, что в ближайшие два-три месяца российская армия проведет какую-то крупную операцию.
– Все говорят, что 2024 год будет для Украины более тяжелым, чем нынешний.
– Да, тут свою роль сыграют политические причины, особенно, что касается ситуации в Соединенных Штатах, где поддержка Конгресса уже не так очевидна, а возвращение Дональда Трампа в Белый дом представляется вполне реальным. Поэтому украинцам придется бороться за то, чтобы Запад сохранял интерес к Украине и желание ее поддерживать. Именно по этой причине украинцы могут запланировать какую-то крупную операцию, используя ту технику, которая у них осталось, и боеприпасы, которые удалось к этому времени сохранить.
Что касается положительных моментов, то нужно помнить, что в настоящее время украинцы производят очень большое количество разведывательных и ударных беспилотников, дальность действия которых исчисляется сотнями, а может и тысячами километров. Ответ Украины на российские наступательные действия может заключаться именно в усилении ударов с помощью беспилотников по целям в Крыму, а также в самой России, чтобы подорвать доверие россиян к власти и ослабить возможности армии России. Целью могут быть, например, аэродромы или базы Черноморского флота.
– Где будет проходить линия фронта будет через год?
– Это очень трудно предсказать. С одной стороны, производство вооружений в России очень сильно растет, и с точки зрения запасов техники и количества войск русские способны провести крупную наступательную операцию. Главный вопрос, как к этому будут готовиться украинцы и насколько эффективным будет российское командование. Если это будет повторение того, что происходит сейчас под Авдеевкой, то вероятность того, что россияне достигнут больших успехов, очень мала. Но и украинцы должны создавать линии укреплений вдоль линии фронта, как это сделали русские на Запорожье. Для этого есть две причины. Во-первых, конечно же, так легче обороняться. Во-вторых, если смотреть стратегически, удержание линии укреплений требует меньшего количества войск и техники, чем оборона без укреплений. После того, как они будут созданы, часть подразделений можно будет снять с линии фронта и отправить на обучение в тыл. Этого сейчас не происходит, потому что большинство подразделений находятся близко к линии фронта.
– Насколько большой проблемой Украины является нехватка солдат и пополнения?
– Я считаю, что это был их осознанный выбор. Они не проводили мобилизацию, утверждая, что у них достаточно войск не только для обороны, но и для наступления. Проблема в том, русские провели большую мобилизацию, набрав 300 тысяч человек, и теперь еще каждый месяц набирают примерно 20 тысяч резервистов. Причем их используют не только для покрытия текущих потерь, но и для создания новых подразделений в тылу, где сейчас новые бойцы проходят обучение.
С начала конфликта украинцы понесли большие потери. Большая часть тех, кто сейчас служит в ВСУ, проходила военную подготовку, но некоторые очень давно – 15-20 лет назад. Но это люди, которые знают, что такое армия. Остается еще возможность призвать молодых украинцев, которые никогда не имели никакого отношения к армии. Однако украинские политики очень не хотят идти на этот шаг, поэтому в последние дни появилась информация об усилении мер по привлечению добровольцев. Но я не думаю, что это удовлетворит потребности ВСУ. Если Киев планирует крупную наступательную операцию с целью нанесения стратегического поражения русским, то он должен принять решение о мобилизации.
–Что можно сделать, чтобы увеличить шансы Украины на победу?
– Смотря когда. В настоящее время Украина не в состоянии победить Россию на поле боя. В 2024 году украинцы должны меньше думать о таких эффектных вещах, как самолеты F-16, а заняться базовой работой, такой, как подготовка резервистов и обучение штабов, улучшение работы тактической медицины и повышение слаженности действий, например, артиллерии и бронетехники. Без этого будет сложно добиться успеха.
Автор: Мачей Милош (Maciej Miłosz)
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
Подпишись: