“Тревожная тенденция”: на Украине Россия отходит от артиллерийской стратегии в стиле Второй мировой

Противостояние на Украине превратилось в артиллерийскую дуэль, и стороны отчаянно пытаются компенсировать нехватку гаубичных снарядов.

Противникам уже приходится нормировать артиллерийские боеприпасы, а Украина даже приняла на вооружение гаубицы западного производства, чтобы воспользоваться снарядами, поступающими с Запада. У России больше орудий, но запас боеприпасов тоже ограничен — это ускорило переход от ковровых бомбардировок и массированных обстрелов к более точным ударам с использованием меньшего количества снарядов.

С одной стороны, это обнадеживающий признак: Россия не справляется с производством достаточного количества снарядов для продолжения массированных артиллерийских обстрелов. С другой, украинским войскам грозит огонь более точный и эффективный.

Российские войска по-прежнему используют множество гаубиц, минометов и ракет, и Москва пытается наладить поставки боеприпасов, чтобы огонь не ослабевал, но “налицо тенденция к увеличению точности и сокращению количества залпов для достижения желаемого результата вместо обстрела по площадям, который, наоборот, требует их увеличения”, говорится в новом докладе британского Королевского объединенного института оборонных исследований.

“Это тревожная тенденция, поскольку со временем она может значительно усилить российскую артиллерию”, — предполагают авторы доклада Джек Уотлинг и Ник Рейнольдс.

Использовать артиллерию как рапиру, а не кувалду — качественный скачок для армии, которая привыкла компенсировать недостаток обучения и тактическую слабину огромным количеством пушек. Еще Сталину приписывают остроту: “Количество само по себе имеет качество”.

Так, операции “Багратион”, советскому наступлению в июне 1944 года, в результате которого была уничтожена целая группа немецких армий, предшествовал двухчасовой обстрел из 7 000 гаубиц, минометов и ракетных установок, подкосивший немецкую оборону. Битва на Зееловских высотах, открывшая Красной Армии путь на Берлин, началась с того, что советская артиллерия за полчаса выпустила 500 тысяч снарядов.

Количество необходимых снарядов для достижения конкретного эффекта российская артиллерийская доктрина по-прежнему вычисляет, исходя из обширного анализа данных Второй мировой. “Считается, например, что для подавления огневой позиции взвода, по оценкам, необходимо произвести порядка 720 выстрелов, — отмечается в докладе. — Это теоретическая база для действий российской артиллерии на первых этапах конфликта”.

Но даже при наличии мощной оборонно-промышленной базы для производства боеприпасов, российские артиллеристы на Украине не могут поддерживать расход, достигавший порой 30 000 снарядов в сутки. Такая интенсивность изнашивает орудия, требует обширной поддержки и становится тем менее жизнеспособной, чем больше Россия теряет радаров, необходимых для обнаружения и подавления артиллерии противника.

“Во-первых, российским силам не хватает боеприпасов, чтобы выдержать такой объем огневых задач, — говорится в докладе Королевского объединенного института оборонных исследований. — Во-вторых, необходимая для его поддержания логистика слишком уязвима и может быть обнаружена и обезврежена высокоточным ударом с большого расстояния. В-третьих, потеря контрбатарейных радаров и износ орудий постепенно снижают эффективность такого подхода”.

Вместо этого Россия переходит на так называемый “разведывательно-ударный комплекс”, используя поступающую в режиме реального времени информацию (в основном с беспилотников) для оперативного вызова высокоточного артиллерийского огня по заданным координатам. Эта система уже давно в ходу в западных армиях и все чаще используется Украиной, поскольку она уже получила западную артиллерию и “умные” снаряды вроде того же американского 155-мм “Экскалибура” с GPS-наведением.

В настоящее время Россия делает упор на производство 152-мм боеприпасов с лазерным наведением “Краснополь”. При этом новые снаряды “широко доступны по всему фронту”, говорится в докладе Королевского объединенного института оборонных исследований. Небольшие беспилотники — в том числе коммерческие модели от компаний вроде китайской DJI — постоянно летают вдоль линии фронта, чтобы определить местонахождение украинских позиций и засечь передвижение войск.

Кроме того, украинские силы пострадали от многочисленных налетов беспилотников-камикадзе, в том числе барражирующих боеприпасов “Ланцет”, иранских “Шахедов-136” и начиненных взрывчаткой любительских квадрокоптеров. Кроме того, Россия постоянно модернизирует свои беспилотники — в частности, те же “Шахиды” стали менее шумными и более устойчивыми к помехам.

“Рост сложности, разнообразия и плотности российских БПЛА вызывает беспокойство”, — отмечается в докладе Королевского объединенного института оборонных исследований.

Это отнюдь не означает, что Россия отказалась от метода ковровых бомбардировок. Бóльшая часть ее артиллерии времен холодной войны предназначена для огня по площадям, а не для точного поражения цели каждым снарядом.

Согласно докладу, Россия продолжает “широко использовать” реактивные системы залпового огня, 120-мм минометы и “другие неточные системы”. Кроме того, "становится очевидным сокращение производства ее боеприпасов".

Как могли бы подтвердить немцы, выжившие после залпов “Катюш”, массированный огонь со сплошным поражением может быть весьма разрушительным, но его эффективность варьируется. На Зееловских высотах в 1945 году немцы отошли из передовых окопов незадолго до советской бомбардировки, и заранее запланированный обстрел не достиг всех поставленных задач. Столь расточительных боевых действий Россия больше позволить себе не может.