«Побег тринадцати». Наталья Климова после покушения на Столыпина

Лид-абзац Побег из Новинской каторжной тюрьмы в 1909 году стал одной из самых дерзких акций подполья начала XX века. Его главной героиней была Наталья Климова — террористка-максималистка, чье предсмертное письмо, написанное в ожидании казни, критики ставили в один ряд с «De profundis» Оскара Уайльда. Однако вместо эшафота ее ждала каторга, а затем — рискованный побег, в организации которого принял участие 16-летний Владимир Маяковский.

Приговор, заменивший смерть

Участница покушения на премьер-министра Столыпина, Климова была арестована в конце ноября 1906 года и приговорена к смерти. Спасительным обстоятельством стало ходатайство ее отца — члена Государственного совета, который вскоре скончался от туберкулеза. Казнь заменили на пожизненную каторгу. Узнав о масштабах жертв теракта и потеряв мужа, также казненного, Климова впала в глубокую депрессию. Перевод в московскую Новинскую тюрьму дал ей шанс: в голове созрел план побега.

Камера № 8: портрет подполья

Новинская тюрьма, открытая в 1907 году на месте бывших арестантских рот, была снесена в 1960-х. Сегодня на этом месте — высотка на Новом Арбате. В 1909 году в камере № 8 собрался уникальный «букет»: социал-демократы, эсеры, анархистки. Негласным лидером стала Климова, обладавшая, по словам сокамерниц, «ореолом героини и мученицы». Среди узниц были боевики, «технари» и даже будущая знаменитая атаманша гражданской войны — Мария Никифорова.

Операция «Новинская»: роль Маяковского и снотворное для охраны

Инициатором побега выступил социал-демократ Василий Калашников. Ключевой фигурой стала надзирательница Александра Тарасова, которую, по одной из версий, завербовали сами заключенные, «доведя до состояния восторженного мученичества». Она сделала копии ключей и передала мужскую одежду. Через мать и сестру Маяковского в тюрьму попали паспорта умерших больных. Решающая ночь — с 30 июня на 1 июля 1909 года. Охранника напоили пивом со снотворным, коллег Тарасовой угостили отравленным тортом. Когда в дежурке зазвонил телефон от обер-полицмейстера, трубку взяла Климова и хладнокровно доложила, что «все идет по плану». 16-летний Маяковский дежурил на колокольне соседней церкви, готовый подать сигнал тревоги. Городового, заметившего движение, отвлек Калашников, рассыпавший перед ним монеты.

Провалы и триумф

Побег удался, хотя беглянки забыли в камере 8 тысяч рублей, собранных на дорогу. Троих поймали на следующий день из-за жадности извозчика. Одна сбежала из участка. Десять человек добрались до Парижа, откуда на Пасху отправили в тюремную инспекцию издевательскую телеграмму: «Христос Воскресе». Маяковский за участие в подготовке провел 11 месяцев в Бутырке, где написал свои первые стихи. Климова месяц скрывалась у влюбленного в нее инженера, затем через Сибирь, пустыню Гоби и Японию добралась до Франции. В эмиграции она вышла замуж за бежавшего с каторги эсера, родила трех дочерей. После известия о Февральской революции семья решила вернуться, но планы нарушила «испанка». В 1918 году, ухаживая за больными детьми, Климова сама заразилась и умерла в возрасте 34 лет. За фигурой Натальи Климовой — не просто история дерзкого побега. Это срез эпохи, когда террор и поэзия, каторга и парижская эмиграция, смертный приговор и отцовское заступничество переплелись в судьбе одной женщины. Ее «Письмо перед казнью» стало манифестом поколения, а побег из Новинской тюрьмы — символом отчаянной борьбы, где на кону была не только свобода, но и сама жизнь. Судьба ее дочерей, одна из которых прошла советские лагеря, а другая умерла в Женеве в 96 лет, лишь подчеркивает трагический разлом, по которому прошла Россия.