Советская авиация бомбила Берлин в 1941–1942 годах ради политического эффекта

- С 7 августа по 5 сентября 1941 года бомбардировщики ДБ-3 и ДБ-3Ф морской и армейской авиации совершили десять налетов на Берлин и другие цели; до германской столицы долетели около 50 самолетов, сброшено около 30 тонн бомб.
- Удар по Берлину 29–30 августа 1942 года стал ответом на бомбардировку Сталинграда 23 августа: в операции участвовали около 97 дальних бомбардировщиков, до столицы Германии добрались 37.
- Главная ценность налетов, по оценке обозревателя, — не в разрушениях, а в политическом и моральном эффекте, который оправдывал потери: в 1941 году было утрачено 17 самолетов и 7 экипажей.
Война в воздухе велась не только количеством сброшенного. Советское командование в 1941–1942 годах осознанно строило ответные удары так, чтобы они были видны и противнику, и собственному обществу, и мировой прессе. Обозреватель разбирает, как рождался план налетов на Берлин, что показывали цифры и почему даже «булавочные уколы» имели значение.
Ответ на «вызов» Москве
Германская авиация в ночных налетах на Москву сбрасывала сотни тысяч зажигательных бомб малого калибра. Советский авиаконструктор А. С. Яковлев, наблюдавший за налетами с крыши Наркомата авиационной промышленности, в мемуарах «Рассказы авиаконструктора» (1964) писал, что на окраинах раздавались взрывы, «полыхало пламя, стелился багряный дым пожаров. Было довольно жутко». Из фугасных попаданий в центре он знал лишь о трех: в фойе Большого театра, в жилом доме на площади Маяковского и в театре Вахтангова.
Москвичи быстро научились гасить «зажигалки»: десятки тысяч жителей ежедневно занимали посты на крышах, и эффект сброса по большому счету оказался невелик. Яковлев, по словам обозревателя, не упомянул о попаданиях в здание Арсенала в Кремле. Важнее другое: в филиале Большого театра шел балет «Лебединое озеро». Обозреватель считает, что с военной точки зрения немецкой стороне было логичнее при малом числе прорвавшихся самолетов загрузить их тяжелыми бомбами и бить по одной цели, Кремлю. Но на такой шаг германское авиационное командование не решилось. Поэтому советскому командованию, по логике публициста, требовалось ответить на очередной «вызов» врага.
Решение было принято в августе 1941 года, сразу после массированных налетов на Москву 22 и 24 июля. С предложением выступили нарком ВМФ СССР адмирал Н. Г. Кузнецов и командующий авиацией ВМФ генерал-лейтенант С. Ф. Жаворонков. Сталин план одобрил.
Балтийский маршрут и ночи над Берлином 1941 года
Ключевой деталью стало использование двухмоторных бомбардировщиков морской авиации Балтийского флота ДБ-3 и ДБ-3Ф. Их перебазировали на аэродром Кагул (Курессааре) на острове Сааремаа (тогда — Эзель). Расстояние до Берлина по прямой составляло примерно 900 км, и радиус действия машин позволял долететь до цели и вернуться.
Первый налет прошел в ночь с 7 на 8 августа 1941 года. Группу экипажей возглавлял полковник Е. Н. Преображенский. Часть самолетов сбросила бомбы на Берлин, другие ударили по иным целям, например по Штеттину. Задача была трудной: лететь над морем, на большой высоте, при минусовой температуре за бортом. Топлива брали в обрез, зато подвешивали крупные бомбы — одну ФАБ-500 или две ФАБ-250. При достаточно точном попадании такие бомбы могли нанести объектам серьезный ущерб.
Первый удар оказался неожиданным, и германская пропаганда попыталась переложить ответственность на англичан. В английской прессе по этому поводу выражали удивление: в ту ночь из-за плохой погоды британские самолеты над Берлином не появлялись.
Всего за август и начало сентября 1941 года налеты выглядели так:
- 7–8 августа: 10 ДБ-3 Балтийского флота; до Берлина долетели 5, сброшено 3 тонны бомб.
- 8–9 августа: 9 ДБ-3; до Берлина долетели 9, сброшено 5,4 тонны.
- 10–11 августа: 8 ТБ-7 (Пе-8) и 3 Ер-2 из Пушкина; до Берлина долетели 3 ТБ-7 и 2 Ер-2.
- 11–12 августа: 3 ДБ-3 Балтийского флота и 9 ДБ-3Ф (Ил-4) Дальней авиации; до Берлина долетели 8.
- 15–16 августа: 13 ДБ-3 и 9 ДБ-3Ф; до Берлина долетели 17, сброшено 10,5 тонны.
- 18–19 августа: 5 ДБ-3Ф (Ил-4); до Берлина долетели 2.
- 20–21 августа: 8 ДБ-3 и 4 ДБ-3Ф; до Берлина долетели 3, потеряно 4 самолета.
- 31 августа – 1 сентября: 6 ДБ-3; до Берлина долетели 2–3.
- 2–3 сентября: 2 ДБ-3; до Берлина долетел 1.
- 4–5 сентября: 6 ДБ-3; до Берлина долетели 3.
Последний налет прошел в ночь на 4 сентября, и в городе было зафиксировано 32 очага пожара. По данным Н. Г. Кузнецова, советские самолеты за весь период сбросили около 21 тонны бомб. Обозреватель оценивает эти цифры как «булавочные уколы», но подчеркивает их значение для формирования положительного общественного мнения в СССР и влияния на мнение за рубежом. Цена тоже была заметной: в ходе операции потеряли 17 самолетов и 7 экипажей. По мнению публициста, в тот момент ее сочли приемлемой.
Налет 29–30 августа 1942 года: ответ на Сталинград
Следующий удар по Берлину пришелся на ночь с 29 на 30 августа 1942 года. В нем участвовали самолеты ДБ-3Ф и ТБ-7. Поводом стала немецкая бомбардировка Сталинграда 23 августа 1942 года. Задача усложнилась: линия фронта летом 1942 года сместилась вглубь СССР, и до Берлина стало около 1500 км, столько же предстояло пролететь обратно.
К операции привлекли около 97 дальних бомбардировщиков Ил-4 (ДБ-3Ф) и Пе-8 (ТБ-7). Удар планировался массированным, с доставкой до цели значительного количества бомб. Перед основным вылетом экипажи провели разведку и отработали маршрут на запасные цели. Сначала в полет по одному самолету отправили от каждой дивизии дальнего действия, и оба успешно достигли цели.
Часть машин ушла на Штеттин, Данциг и Колберг, поэтому непосредственно до Берлина добрались 37 самолетов. Еще 13 бомбили объекты на оккупированной немцами советской территории. Условия были тяжелыми: более 200 прожекторов создали сплошное «поле света», а зенитки выставили «стену» разрывов на высотах от 2 до 8 километров. Тем не менее на город сбросили:
- 4 бомбы весом по 1 тонне;
- 8 бомб по 250 кг;
- 178 бомб по 100 кг;
- 119 зажигательных бомб ЗАБ-100ЦК.
Результатом стали 48 очагов пожара (17 крупных) и 9 сильных взрывов. Все советские экипажи вернулись на базы, а над целью потерь не было. Геббельс по радио объявил, что все советские самолеты сбиты на обратном пути, и вновь попытался списать неудачи на англичан. Те, по версии публициста, не стали присваивать чужие лавры и заявили, что их авиация в воскресенье «отдыхала».
Реальные повреждения получила лишь машина капитана Б. А. Кубышко, которой пришлось садиться в районе оккупированного Каунаса; часть экипажа попала в плен. Налет стал одним из самых масштабных по тыловым объектам противника в 1942 году. Обозреватель видит в нем доказательство того, что дальняя авиация СССР сохраняла способность бить по стратегическим целям в глубоком тылу и делать это достаточно тяжелыми бомбами с разрушительными последствиями. Для сравнения: за весь 1942 год в Берлине воздушная тревога объявлялась девять раз из-за действий авиации союзников, и ни одна из последовавших бомбардировок серьезной не была.
Итоги 1941–1942 годов показывают, что советская дальняя авиация выбирала удары не только по военной эффективности, но и по политическому смыслу. Даже при небольшом числе бомб, сброшенных на Берлин, каждый налет работал на общественное мнение внутри страны и за рубежом, а тяжелые потери первого этапа были осознанно признаны допустимой ценой.
* Meta (Facebook, Instagram) признана экстремистской и запрещена в РФ.
По материалам: Военное обозрение

