«Безбашенная» анархистка Мария Никифорова

Мария (Маруся) Никифорова — одна из самых противоречивых фигур Гражданской войны, чья биография до сих пор порождает больше вопросов, чем ответов. Анархистка-террористка, ученица Огюста Родена, командир «Вольной боевой дружины», одержавшей верх над отрядом самого Котовского, — она сломала все шаблоны своей эпохи. Но главная загадка, определившая её судьбу, крылась не в политике, а в физиологии.

Гермафродит, которого судьба вытолкнула на подмостки истории

Никифорова родилась в 1885 году в семье дворянина, отставного штабс-капитана. Сразу после её рождения родители резко изменили образ жизни, изолировав дочь от общества. Причиной стала редкая врожденная патология — гермафродитизм. В 1909 году, уже будучи осужденной, она шокировала сокамерниц признанием. Одна из них, Екатерина Акинфиева-Никитина, писала: «Это оказался не мальчик и не девочка, а полного и редкого типа гермафродит... половое уродство сказалось на всей психике — истерической, извращенной и аморальной». Позже ходили слухи о пересадке «гормональных желез» за границей, однако документальных подтверждений этому нет.

«Безмотивница» и наркотический угар

В 16 лет Маруся сбежала из дома. В 18 примкнула к анархистам-«безмотивникам», которые исповедовали террор ради террора. При её участии были взорваны поезд в Никополь, кафе Либмана и галантерейный магазин в Одессе. Сама она бросила бомбу, убившую администратора завода. На суде то рыдала, то угрожала и получила 20 лет каторги. При этом, как отмечали очевидцы, она не знала элементарных основ анархистских теорий и не читала книг. В тюрьме она пыталась ухаживать за Натальей Климовой, участницей покушения на Столыпина.

Побег и парижская жизнь

Летом 1909 года Никифорова стала участницей знаменитого побега 13 женщин из Новинской тюрьмы. Платья для беглянок шили мать и сестра Владимира Маяковского — будущий поэт был арестован по этому делу и провел 11 месяцев в одиночке. Добравшись до Франции, Маруся удивила всех: она поступила в студию Огюста Родена, который высоко ценил её талант. В Париже она жила скандально, появляясь в мужском костюме, и вышла замуж за польского анархиста, но быстро развелась.

Возвращение и «Вольная боевая дружина»

После Февральской революции Никифорова вернулась в Россию. Старый знакомый Владимир Антонов-Овсеенко назначил её начальником формирования кавалерийских отрядов в Степной Украине. На выделенные деньги она создала личный отряд из 580 человек с бронеплатформой, пушками и пулеметами. Её бойцы выглядели как сброд: офицерские френчи, пулеметные ленты, дамские браслеты на руках. Сама Маруся разъезжала на белом коне в кубанке, с папиросой в зубах. На знамени отряда красовался лозунг «Анархия — мать порядка».

Кокаин и «балтийский чай»

По свидетельствам современников, Никифорова была кокаинисткой. В эпоху «сухого закона» в России резко выросло потребление наркотиков, продававшихся в аптеках. Смесь спирта с кокаином называли «балтийским чаем», а с опиумом — «малинкой». Этот фон лишь подчеркивает хаотичность и безудержность жизни «атаманши», которая, по словам Антонова-Овсеенко, была «энергичной и бестолковой водительницей анархических отрядов». Трагедия Марии Никифоровой не в том, что она выбрала анархию, а в том, что её тело и психика с самого начала были полем битвы, где не могло быть победителей. Она не была ни идейным борцом, ни талантливым стратегом — она была человеком, которого история использовала как оружие, а затем выбросила за ненадобностью.