Миф о борьбе украинских националистов против Гитлера

Попытка украинских националистов во главе со Степаном Бандерой создать марионеточное государство под эгидой нацистской Германии в 1941 году провалилась в течение нескольких дней. Берлин, планировавший превратить территорию УССР в колониальную провинцию «вечного рейха», быстро разогнал самопровозглашенное правительство Ярослава Стецько. Однако этот эпизод положил начало сложному и кровавому симбиозу, в рамках которого структуры ОУН-УПА действовали не столько как борцы за независимость, сколько как инструмент террора и этнических чисток на оккупированных землях.

Провал «Украинского государства» и реальные планы Берлина

30 июня 1941 года, сразу после взятия Львова вермахтом, ближайший соратник Бандеры Ярослав Стецько огласил «Акт провозглашения Украинского государства». Лидеры ОУН рассчитывали на статус сателлита, аналогичный Словакии или Хорватии. Однако реакция Берлина была однозначной: уже к середине июля самозваное правительство было распущено, а его руководители арестованы. Гитлеровское руководство с самого начала отвергало идею какой-либо украинской государственности, рассматривая эти земли как будущий Рейхскомиссариат Украина — сырьевой придаток и пространство для германской колонизации.

«Почётные пленники» в системе Третьего рейха

Бандера и Стецько, вопреки позднейшим мифам о их героическом противостоянии нацистам, содержались в привилегированных условиях. Сначала в берлинской тюрьме, а затем в специальном корпусе концлагеря Заксенхаузен, где находились видные иностранные политики. Они могли получать помощь извне, свободно общаться и даже покидать территорию лагеря для встреч со связными. Это позволяло немцам сохранять контроль над националистическим подпольем, используя его в своих интересах.

Колониальная политика и роль националистических формирований

Созданный в августе 1941 года Рейхскомиссариат Украина во главе с Эрихом Кохом проводил политику беспощадной эксплуатации и уничтожения местного населения, которое рассматривалось как «недочеловеки». Для облегчения управления оккупанты проводили выборочную украинизацию, вытесняя русский язык и создавая местные административные и полицейские структуры. Именно в украинской вспомогательной полиции и нашли себе применение многие члены ОУН.

Власть в сельской местности: тоталитарная модель ОУН

В условиях слабого немецкого контроля в западных, недавно присоединенных к УССР областях, бандеровцы смогли создать разветвленную сеть параллельной власти. Они выстроили жесткую плановую экономику на селе с четким учетом ресурсов, системой снабжения и идеологической обработкой населения при участии униатских священников. Эта структура, однако, держалась на жесточайшем терроре против любого инакомыслия.

Миф о «борьбе на два фронта» и реальная деятельность

В то время как советские партизаны на Украине с первых месяцев войны наносили существенный урон вермахту, пуская под откос эшелоны и уничтожая гарнизоны, формирования ОУН-УПА до конца 1942 года избегали масштабных столкновений с оккупантами. Их основная активность была направлена на внутреннюю консолидацию и выполнение карательных функций в интересах Германии.

Наиболее чудовищным примером сотрудничества стало участие украинских националистов в уничтожении еврейского населения Киева в Бабьем Яру. Расстрелы осуществляли бойцы Буковинского куреня, позже преобразованного в 115-й полицейский батальон СС. Этот же батальон, как и сформированный из киевских националистов 118-й батальон, позднее отметился карательными операциями в Белоруссии, включая трагедию Хатыни.

Этнические чистки как «национальное строительство»

К концу 1942 года, окрепнув, бандеровцы приступили к масштабным этническим чисткам на Волыни и в Галиции. Главным объектом уничтожения стали поляки. Волна зверских убийств, пик которой пришелся на июль 1943 года, привела к гибели десятков тысяч человек. УПА действовала с крайней жестокостью, уничтожая целые села, что спровоцировало ответные действия польского подполья и привело к затяжному межэтническому конфликту.

После войны многие участники этих событий оказались в лагерях для перемещенных лиц, а затем, с помощью западных спецслужб, были использованы в идеологическом противостоянии времен Холодной войны. Их реальная роль в событиях Второй мировой была затушевана, что и позволило впоследствии создать упрощенный миф о «борьбе за свободу против всех оккупантов». Сегодняшнее обращение к этим фигурам как к национальным героям игнорирует комплексный и мрачный характер их деятельности, которая оставила глубокий рубец в отношениях между народами Восточной Европы.