Два прочтения одной хрестоматии

В августе 1943 года, на фоне затишья на сухопутном фронте Таманского полуострова, продолжалась напряженная борьба за коммуникации в Черном море. Советская авиация Черноморского флота предпринимала отчаянные попытки сорвать немецкие морские перевозки между Крымом и Анапой, но сталкивалась с хорошо организованной противовоздушной обороной конвоев. Анализ документов обеих сторон показывает, что реальная эффективность этих атак была значительно ниже, чем указывалось в боевых донесениях, а самым значимым успехом августа стало пленение немецкого аса, а не уничтожение плавсредств.

Неудачный эксперимент с фосфором и пленение аса

В начале августа 11-я штурмовая авиадивизия ВВС ЧФ базировалась в Геленджике, имея в строю ограниченное количество исправных Ил-2 и истребителей прикрытия. Несколько попыток перехватить конвои «Хаген» сорвались из-за погоды или позднего обнаружения целей.

Атака 6 августа: разочаровывающий результат

6 августа группа из 11 штурмовиков атаковала конвой «Хаген 63». Несмотря на благоприятные условия — отсутствие воздушного прикрытия у противника и сильное волнение, мешавшее зенитчикам, — атака оказалась малорезультативной. Из-за скученности строя часть самолётов не смогла выполнить заход. По советским данным, одна десантная баржа (БДБ) была потоплена, две повреждены. Однако немецкие отчёты свидетельствуют лишь о лёгких осколочных повреждениях одной баржи и одном раненом. На отходе два советских истребителя были сбиты немецким асом Вернером Квастом.

7 августа: ценность одного пленного

На следующий день ударная группа впервые применила против конвоя «Хаген 64» выливные авиаприборы ВАП-250 с гранулированным фосфором. Немцы, получившие предупреждение с береговой РЛС, встретили штурмовиков мощным заградительным огнём. Фосфор не вызвал ожидаемых пожаров, а заявленные потопления барж не подтвердились немецкими документами. Однако в последовавшем воздушном бою был сбит и взят в плен сам Вернер Кваст — один из самых результативных пилотов люфтваффе на этом участке фронта. Этот успех перевесил скромные результаты штурмовки.

«Хрестоматийный» налёт 10 августа: успех на бумаге

Атака конвоя «Хаген 67» 10 августа вошла в советские учебники как образцовая операция. Семь Ил-2 под прикрытием истребителей, используя дымку и туман, совершили два внезапных захода, применив фосфор и бомбы. Лётчики доложили об одной потопленной барже и одном катере, а также о двух горящих БДБ. Этот бой подробно описан в послевоенных исследованиях. Однако немецкие отчёты того дня говорят лишь о лёгких осколочных повреждениях одной баржи, одном обожжённом и одном тяжелораненом моряке. Ни одна единица не была потоплена или серьёзно повреждена. Мужество экипажей было неоспоримым, но плотный зенитный огонь и дым от фосфора свели эффективность удара к минимуму.

К концу августа стало очевидно, что применение фосфора не оправдало надежд. Он создавал дымовую завесу, мешавшую прицеливанию, но из-за низкой температуры горения легко тушился. Немцы же оперативно разработали инструкцию по противоожоговой защите для своих экипажей.

Сентябрьские атаки на фоне эвакуации

К сентябрю 1943 года стратегическая инициатива окончательно перешла к советским войскам. Немецкое командование приняло решение об эвакуации с Кубани, что отразилось на организации конвоев. Люфтваффе уже не могло гарантировать постоянное истребительное прикрытие.

Последние попытки авиации

2 сентября штурмовики, разочарованные фосфором, применили против «Хагена 78» зажигательные бомбы ЗАБ-100-65ТШ с термитными шарами. Немцы описали это как сброс «золотисто-рыжеватой массы», но и это новшество не принесло результата — ни один шар не попал в цель. 5 сентября две группы Ил-2 атаковали конвой «Хаген 79». Несмотря на большой расход боеприпасов, был серьёзно повреждён только один корабль — БДБ F326. В этих условиях даже скромные тактические успехи давались с большим трудом.

Упущенные возможности надводных сил

В середине сентября, когда немцы перешли на ночные переходы, у торпедных катеров ЧФ появился теоретический шанс атаковать конвои в темноте. Однако этот шанс не был реализован. Катерные силы флота были измотаны и обескровлены в ходе Новороссийской десантной операции, страдали от нехватки запчастей. Единичные выходы к Анапе заканчивались безрезультатными поисками или столкновениями с немецкими дозорными катерами, где советские «Г-5» уступали в вооружении и живучести. Последняя попытка набега 19 сентября была скорее демонстративной и также не привела к контакту с конвоями.

Борьба с анапскими конвоями в августе-сентябре 1943 года наглядно показала проблемы взаимодействия родов сил. Авиация, неся потери, не могла из-за мощной ПВО нанести конвоям решающий урон. Надводные же катера, которые могли действовать ночью, были скованы другими задачами и собственными техническими ограничениями. Немецкая система конвоирования, основанная на тральщиках, зенитных баржах и, когда это было возможно, истребительном прикрытии, оказалась эффективной. Даже в условиях общего отступления вермахта и господства советской авиации в небе, морские перевозки функционировали вплоть до окончательной эвакуации Тамани, выполняя свою задачу по снабжению, а затем и отводу войск.