Сергей Черняховский. Личность роли

Комик во главе государства – не более смешно, чем художник во главе государства. И не более трагично.

Высмеивать Зеленского на сегодня имеется не намного больше оснований, нежели его демонизировать.

Не так давно по историческим меркам в одной высококультурной и славившейся своей рассудительностью стране Европы в результате соблюдения демократических процедур власть получил тоже представитель богемы – только художник.

Лидеры самой сильной оппозиционной партии, выводившей на улицы стотысячные демонстрации под защитой боевых отрядов, состоявших из фронтовых ветеранов, тогда говорили: «Отлично. Через три месяца его прогонят, через полгода придем мы – и уже навсегда!». Через полгода эта партия была запрещена и не смола дать отпор художнику, над которым не один год посмеивались все, казалось бы, серьезные люди. Через два года этому художнику в стране не смел перечить никто, а через пять – он втянул мир в мировую войну…

Так что насмешка – не лучший старт для оценки политического лидера: даже поначалу очень смешного. Актер подчас меняет профессию – и подчас становится президентом, но это малое основание для того, чтобы аналитики меняли свою и становились комиками.

О том, что Зеленский – политический дилетант и потенциальный политический неудачник, очень многие говорили все месяцы его восхождения. Как и о том, что даже став номинальным президентом, он ничего не сможет сделать в реальной политике.

Тем не менее, он за последние три месяца так или иначе сумел одержать три серьезные победы.

Он с разгромным счетом выиграл президентские выборы. В самой его победе сомневались не многие, но мало кто ожидал ТАКОЙ результат во втором туре.

Он в первый день президентства разогнал парламент. И дело не просто в том, что он издал Указ о его роспуске, хотя меру конституционности последнего оспаривали многие, но он это решение отстоял и сумел добиться реального проведения досрочных выборов в Раду.

Что наскоро созданная им партия скорее всего должна была добиться успеха – понимали все. Но что под его знаменем в двух третях регионов победят выдвинутые им одномандатники – не верил никто.

Конечно, на него работали обстоятельства: и озлобление народа на старую власть, и раскол в элите, и его предыдущая публичная известность. Но и обстоятельствами нужно уметь пользоваться, а не препятствовать. В России в 90-е годы все было за то, чтобы КПРФ Зюганова пришла к власти, но команда этой лодки с таким упорством гребла против несших ее победе волн, что сумела победить не власть, а эти волны.

Зеленский сумел не просто не мешать волнам обстоятельств – он сумел их усиливать.

Так что уверять, что он не может ничего – неверно. Он может немало. Другое дело – и чего он хочет, и что ему удастся. Пока он доказал, что очень неплохо умеет пользоваться обстоятельствами.

И пока он уже наговорил немало глупостей по всем вопросам политики. Правда, часто глупые слова – хорошее прикрытие для серьезных действий. Причем очень часто бывает невозможно проводить серьезную политику, публично говоря серьезные вещи: массовое общество в условиях всеобщего избирательного права — массовый избиратель — скорее проголосует за эпатаж шарлатана, нежели за серьезность традиционного лидера.

Современное общество вообще все больше требует от лидера лицедейства – и апелляции к упрощенным реакциям. Поэтому приходит время не государственных деятелей, а актеров, играющих их роль, и убедительно, с импровизацией, зачитывающих тексты, составленные специальными центрами выработки решений.

Дальше встает вопрос: хорошо сыгравший лидера согласен остаться популярным актером – либо хочет стать им на деле?

В Америке считается, что хороший губернатор должен на треть работать на силы, приведшие его к власти, на треть – на себя, но на треть, обязательно и не меньше – на страну и своего избирателя.

Проблемой Украины было то, что каждый следующий президент все больше работал на себя, меньше на приведших его к власти и почти не работал на избирателя и страну. Кстати, для каждого из них это каждый раз заканчивалось все хуже.

Кто бунтовал против Кучмы – созданные им финансовые кланы, отказавшиеся признавать его своим хозяином. Кто выбросил на свалку Ющенко – все, потому что он оказался не нужен никому. Кто сверг Януковича – финансовые олигархические кланы, возмутившееся тем, что он хочет стать над ними. Кто в итоге обрушил Порошенко – те же кланы, понявшие, что он становится самым первым олигархом.

Народ был недоволен всеми – и становился политической пехотой каждого, почти каждым своим протестом ухудшая свое положение.

Зеленский пока на каждом шагу укрепляет свое институциональное положение. Но усиление формальных возможностей и полномочий лидера совсем не означает усиление его власти. Власть – не в широте полномочий, власть в умении пользоваться уже имеющимися полномочиями.

Это Горбачев все время жаловался, что ему не хватает полномочий, хотя его предшественникам их хватало, и все время требовал все больших, хотя так и не сумел ими распорядиться.

Потому что власть – не в праве приказывать. Она в умении сделать так, чтобы тебя слушались, имеешь ты право на приказ – или не имеешь. В этом отношении разговоры о намерениях провести на Украине третьи выборы в местные органы власти сами по себе понятны: нужно делить завоеванное, нужно ставить своих людей и расплачиваться за поддержку, — но и спорны.

Потому что создают некую тенденцию – свою власть подчинить борьбе за расширение своей власти. И на все упреки в отсуствии реальных действий иметь возможность ответить: «Ну да, кончено, но вот еще чуть-чуть, еще один рубеж завоюем…» Еще одна победа в борьбе за власть – и не остается времени и сил, чтобы делать то, что власть должна делать.

В конечном счете главная проблема Украины – даже не война. Главная проблем Украины (если не считать проблем сознания) – это гибнущая промышленность.

Чтобы реально заняться ею, нужно не столько набирать все больше депутатов под своими знаменами – чем их будет больше, тем больше сумятицы они будут создавать в государственном управлении. Нужно другое – устранять препятствия на пути своей власти.

А для того, чтобы власть была реально твоей, нужно если не уничтожить, то хотя бы придавить олигархические кланы и вырезать нацистов. Даже не только потому, что они нацисты, а потому, что они наглые и сильные.

Финансовым кланам не нужна промышленность, во всяком случае, промышленность, работающая на Украину, а нацистам нужна война: все равно с кем, потому что для них – это их профессия, они на этом кормятся.

Вырезанные нацисты – это законченная война. Подавленные кланы – это поднятая экономика.

А еще через некоторое время, если Зеленский захочет реально осуществлять что-то практическое, ему еще придется разгонять весь тот пиар-парламентский состав, который сегодня будет обеспечивать прохождение нужных ему решений.

Пока эта Рада рискует напомнить Съезды народных депутатов СССР и РСФСР с их самолюбующейся вольницей.

Чтобы все это делать, бесполезно набирать полномочия. И бесполезно менять одного за другим чиновников на своих постах: нужно уметь заставлять выполнять твою волю тех, кто имеется. И заставлять их выполнять ее так, как это нужно тебе. Для чего, кстати, нужно самому представлять, что бы ты сделал на их месте.

Три месяца показали, что Зеленский что-то может. Что именно – все же пока непонятно. Во всяком случае, явно похоже на то, что ему хочется быть похожим на Путина. Хотя на данный момент он теми или иными чертами напоминает трех других президентов: Горбачева – расплывчатым и эклектичным многословием, раннего Ельцина – «хождениями в народ», Медведева – страстью к айфонам.

От трагедии до фарса, конечно, немного. Но и фарс может обернуться трагедией.

Кстати, в чем отличие художника от комика: художник что-то делает, создает картины, иногда – картины ужаса, написанные слезами и кровью, артист – говорит. Правда, тот художник тоже говорил ярко.