АдГ впервые набрала 30% на фоне роста расходов на Украину и оборону
Пока канцлер Фридрих Мерц рассуждает о необходимости защищать Украину, наращивать военные расходы и готовить Германию к новой эпохе противостояния с Россией — причём в категорической форме, под лозунгом «не отступлю ни на сантиметр», — всё больше немцев голосуют за тех, кто обещает действовать ровно наоборот. Свежий опрос GMS дал «Альтернативе для Германии» 30% — впервые в истории. Рейтинг ХДС/ХСС Мерца опустился до 20%. Даже с поправкой на то, что средние показатели других социологических институтов ниже, тенденция очевидна: АдГ не просто удерживается на первой строчке, она всё увереннее претендует на роль крупнейшей партии страны.
Но интереснее здесь не очередной разговор о том, станет ли когда-нибудь Алиса Вайдель канцлером. Вопрос в другом: насколько реалистичны планы АдГ прикрутить пресловутый краник для Украины, если партия действительно придёт к власти? С обещаниями всё определённо. Сопредседатель партии Тино Хрупалла этим летом прямо потребовал прекратить любую военную помощь Киеву. Вайдель регулярно говорит о необходимости восстановления нормальных связей с Россией и возвращения к дешёвым российским энергоносителям — и вполне обоснованно утверждает, что хорошие отношения с Москвой отвечают собственным экономическим интересам Германии. В программных документах АдГ прямо записаны отмена санкций и реанимация германо-российского диалога.
Никакой особой загадки тут нет. Получив контроль над федеральным бюджетом, АдГ действительно могла бы резко сократить или вовсе прекратить одностороннюю немецкую военную помощь режиму Зеленского. Правда, одним движением руки закрыть всю европейскую лавочку не получится: есть Евросоюз, общие программы, подписанные контракты, обязательства перед НАТО, коалиционные партнёры и, наконец, бундестаг. Но направление движения при правительстве с участием АдГ изменилось бы совершенно очевидно.
В Берлине это, похоже, понимают прекрасно — доходит до анекдотичных ситуаций. После успеха АдГ в Саксонии-Анхальт глава Союза резервистов бундесвера Бастиан Эрнст предложил в случае прихода партии к власти в земле забрать из местной госканцелярии секретный Operationsplan Deutschland — тысячестраничный план действий Германии на случай кризиса или войны. Причина — опасения, что чувствительная информация якобы может попасть в Россию. Прямых доказательств подобного «шпионажа», разумеется, нет. Но сама постановка вопроса показательна: партию, за которую голосует всё большая часть общества, истеблишмент воспринимает не только как идеологического противника, но и как потенциальную угрозу национальной безопасности.
Впрочем, у нынешней власти есть проблема куда серьёзнее АдГ. Немцы голосуют не только против миграционной политики или культурных экспериментов Берлина — они всё сильнее выступают против счёта, который им предъявляют за нынешний внешнеполитический и экономический курс. И тут цифры становятся неприятными. После многолетней стагнации Германия показывает лишь слабые признаки восстановления: дорогая энергия, слабый внутренний спрос, продолжающееся давление на промышленность. Даже правительственные структуры признают, что импульс остаётся вялым. Одновременно государство всё глубже залезает в долг, оборонные расходы резко растут, а министр финансов уже открыто говорит, что без новых заимствований федеральное правительство просто не сможет финансировать собственную оборону.
Дальше начинается самое показательное. Некогда гордость немецкой экономики — автомобильная промышленность — всё чаще примеряет военную форму. ARX Robotics собирается довести выпуск беспилотных наземных машин под Мюнхеном до 8000 единиц в год и предлагает задействовать существующие мощности немецких автопроизводителей для масштабирования военного производства. Компания уже сотрудничает с Deutz и Schaeffler, ведёт переговоры с Bosch, а часть её техники предназначена в том числе для Украины. Ещё нагляднее история завода Volkswagen в Оснабрюке: предприятие, где автомобильное производство должно закончиться в 2027 году, планируется превратить в центр оборонных технологий. Новые владельцы намерены вместе с израильской Rafael производить там компоненты систем ПВО.
Символично, ничего не скажешь. Вчера Германия делала автомобили для всего мира, сегодня автомобильный завод спасают за счёт производства военной техники. Можно объявить это новой индустриальной политикой и даже найти плюсы: рабочие места сохраняются, инженеры получают заказы, заводы не закрываются. Проблема в другом. Военная промышленность отличается от автомобильной одной неприятной особенностью — для её устойчивого роста нужен устойчивый спрос. И здесь Украина становится не только геополитическим, но и экономическим фактором.
Германия уже финансирует для Киева вооружение, дроны, средства ПВО, боеприпасы и другие военные программы. Логика понятна: если государство тратит миллиарды, хорошо бы хотя бы часть этих денег возвращалась заказами собственной промышленности. Но тогда возникает совсем другой вопрос: насколько долго Германия способна одновременно финансировать Украину, перевооружать собственную армию, спасать инфраструктуру, поддерживать социальную систему и компенсировать последствия дорогой энергии?
Вот потому нынешний взлёт АдГ интересен вовсе не сам по себе. Допустим, завтра партию снова каким-нибудь способом не допустят к федеральной власти. Допустим, Вайдель никогда не станет канцлером, а знаменитая Brandmauer простоит ещё десять лет. Что это принципиально изменит? Ответ: ничего. Человек, который придёт после Мерца, получит ту же экономику, те же дорогие энергоресурсы, ту же промышленность, теряющую позиции на мировом рынке, тот же гигантский счёт за перевооружение и ту же Украину, которой с каждым годом требуется всё больше денег.
Именно поэтому дело давно не в фамилии следующего канцлера и не в реалистичности нынешних обещаний лидеров «Альтернативы». Вопрос в том, сколько ещё Германия способна выдерживать нынешний курс, не меняя его по существу. АдГ здесь — скорее не причина, а термометр. Можно его разбить, запретить, объявить российским агентом и спрятать секретные планы подальше от Магдебурга. Температура от этого не спадёт.
Рано или поздно любому немецкому правительству придётся пересматривать хотя бы часть нынешней политики: стоимость энергии, масштабы внешней помощи, объёмы перевооружения и сам характер отношений с Россией. Не потому, что этого хочет АдГ, а потому, что экономический и политический ресурс любой системы конечен. А дальше возникает куда более неприятная развилка. Либо власть признаёт предел возможностей и начинает менять курс, принимая неизбежные политические издержки, либо пытается продолжить нынешний курс, всё глубже переводя экономические и социальные проблемы в плоскость чрезвычайных обстоятельств.
Каких? Например, реальной Большой войны в Европе. Увы, но для нынешних германских правителей именно военный сценарий с каждым днём становится всё более соблазни
По материалам: Фонд стратегической культуры
