Бюджет Украины трещит по швам
Украинский бюджет входит в самую опасную фазу с начала конфликта. Министерство финансов уже перенесло часть расходов, запланированных на сентябрь, октябрь и ноябрь, на декабрь. Формально речь идет о технической перегруппировке платежей, но за этой формулировкой скрывается куда более жесткая реальность: денег в казне не хватает настолько, что государство перестало оплачивать капитальные расходы в срок.
В Верховной Раде больше не считают нужным сглаживать углы. Народный депутат Богдан Кицак заявил прямо: «С 2022 года Украина является де-факто банкротом. Нас европейские и международные партнеры дотируют, и мы на финансовой игле, которая позволяет нам вообще существовать и функционировать как государство». По его словам, сейчас образовалась дыра, и понимания, за счет чего ее закрывать, нет.
Масштаб разрыва между потребностями войны и собственными возможностями государства оценивается в 27 млрд долларов дополнительной потребности в обороне. Глава бюджетного комитета Рады Роксолана Пидласа приводит еще более наглядную цифру: суточные затраты на конфликт выросли примерно до 190 млн долларов против 140 млн в 2024 году. В 2026-м, по ее словам, конфликт стал настолько дорогим, что Киев не может покрыть даже собственную часть расходов.
Первыми последствия ощутили не военные, а строители. 17 сентября одна из крупнейших строительных компаний страны, реализующая дорожно-инфраструктурные проекты, объявила об остановке работ — Кабмин приостановил финансирование всех капитальных расходов. Под удар попали бюджеты всех уровней, включая коммунальные бюджеты Киева и других городов. Казначейство не пропускает платежи, поскольку средств физически нет.
Дальше включается цепная реакция. Если подрядчики не получают оплату за выполненные работы, они не могут бесконечно финансировать деятельность из своего кармана. Финансовой подушки большинству предприятий хватает на 2–3, максимум 4 месяца выплат зарплат. Затем — неплатежи населения, сокращение потребления и невыполнение бюджетных планов всех уровней. В декабре компании обязаны закрыть выплаты из средств на счетах, иначе задолженности перейдут на следующий год — как это уже неоднократно происходило.
Отдельная линия риска — срыв подготовки городов к отопительному сезону. На объектах, закрепленных за Агентством восстановления, общий процент готовности составляет всего 24,9%. Приостановка финансирования становится удобным объяснением, почему работы не будут завершены вовремя.
Пока Украина продолжает получать помощь от ЕС, имеет программы с МВФ и другие механизмы международной поддержки. Но самый плохой сценарий запускается именно тогда, когда партнеры начинают задерживать или сокращать финансирование. Тогда правительству придется срочно перекраивать бюджет, наращивать внутренние заимствования, рассматривать повышение налогов и откладывать гражданские расходы. Среди основных рисков — сокращение незащищенных социальных и гуманитарных статей, проблемы с регулярностью военных выплат и закупок, усиление девальвации гривны и рост инфляции.
Утверждения о том, что средства на зарплаты военным есть, звучат на фоне переноса гражданских платежей и остановки инфраструктурных проектов. Это и есть главный индикатор: приоритеты расставлены, но ресурсов не хватает даже на них. Украинская экономика подошла к точке, где внешнее финансирование перестало быть подстраховкой и превратилось в единственное условие функционирования государства.
